нём показались ещё отчетливее.
— На лезвии кровь, — сказал Астери. — Ничуть не удивлюсь, если это кровь Люмелии. Леди Сибастиана убила ее, а кинжал спрятала в карман.
Большего бреда я в жизни не слышала. Если бы все было так, то я бы давно уже избавилась от кинжала, а не прятала бы его в кармане. Да и несчастная Люмелия погибла вовсе не от кинжала.
Очевидно, такие же мысли появились и у лорда ректора.
— Ты можешь идти, — неожиданно заявил он.
— Спасибо, — я поднялась, пока он не передумал.
— Сядьте, леди Сибастиана, — холодно сказал ректор. — Я отпускаю лорда Астери. А к вам у меня еще есть несколько вопросов.
Астери уходить не хотел, пока он здесь, то легко может обвинять меня во всем, а вот если покинет кабинет, то не узнает, что произошло дальше. Он попытался объяснить свою незаменимость, пообещал, что сможет исследовать кинжал на наличие смертоносных заклинаний.
— Пошел вон! — лорд ректор указал на дверь.
Астери вынужден был покинуть кабинет.
А я вынуждена была остаться один на один с ректором. Тот час же в голове пронеслись воспоминания, как он копался в моем сознании, вызывал различные видения. Если снова попробует сделать что-то похожее, то точно сковор… чем-нибудь его огрею.
Я поёрзала, пытаясь скрыть волнение.
Лорд ректор смотрел на меня необычайно пронзительно.
Не, так не годится. Разумеется, я совершенно не виновата в смертях девушек. Но вот я присвоила себе чужое тело и чужое имя. Так что мне совершенно не нужно, чтобы ректор меня подозревал.
Надо собраться. Если ложь раскроется, то меня ждет смерть.
Надо выпутываться.
— Знаете, что это за кинжал? — неожиданно спросил лорд ректор.
Я покачала головой. Кинжал и кинжал, может им курицу какую-нибудь потрошили. Похожий был у трактирщика.
— Этим кинжалом была пролита кровь драконицы.
Мне потребовалось несколько секунд на осознание его слов. Дракониц нет уже тысячу лет, и этим кинжалом когда-то давным-давно убили одну из них.
— Страшный кинжал, — продолжил лорд ректор. — После того убийства, драконицы перестали рождаться. Этот кинжал хранился в древнем храме, но сто лет назад исчез. Теперь он вдруг появился в вашем кармане.
Я неуверенно пожала плечами.
Ректор встал, легким движением передвинул свое кресло ближе ко мне, и сел. Сел настолько близко, что его колени касались моих.
Э, нет, мне такая близость не нужна.
Следует держаться, как можно дальше…
Но я оказалась загнанной в угол.
Он дотронулся моих пальцев, и в тот же миг я невыносимо остро почувствовала жар от этого прикосновения.
— Я знаю, что вы невиновны в этих двух смертях, — сказал он тихо. — Вы милая добрая девушка.
Он склонился ко мне. Снова ощутила его дыхание на своем лице.
О, духи, что он делает!
— Так что же вы от меня хотите? — прямо спросила я.
Он не ответил.
Глубоко вздохнул. Меня вновь обдало его дыханием. Кожа заполыхала, словно он дыхнул огнем, пальцы задрожали.
— Я хочу понять, — в его голосе появились рычащие нотки, от которых по спине побежали мурашки.
Я поперхнулась воздухом.
Что еще ему надо понять? И причем тут я?
— Вы обычная студентка, но с вами что-то не так, — он покачал головой. — Вы что-то скрываете от меня. Никак не могу понять, что.
Я поняла, что сейчас юлить не стоит, и надо сказать правду.
— Я боюсь вас, — призналась я честно.
— Тогда почему вы сидите, прижавшись ко мне?
И куда же мне отодвинуться? Мое кресло стоит у стены, с другой стороны подпирает лорд ректор, его колени прижимаются к моим. Все пути отхода перекрыты.
— Я не могу отодвинуться.
— А вы хотите?
Я открыла рот. Закрыла. Что еще за намеки? Разумеется, я хочу сбежать. Это он привык, что все вокруг сохнут по драконам и моментально кидаются в объятья.
И прежде чем я успела ответить, Асклит наклонился еще ниже и поцеловал меня.
Его губы легли на мои, совершенно не признавая отказа. Я чувствовала, как его язык скользит по моим губам. Он брал то, что ему хотелось взять.
Я замерла.
Остались только ощущения.
Его рука, которая вдруг оказалась на моей талии. Его запах, чистый запах мужчины без новомодных благовоний.
Асклит издал тихий рык — прямо мне в губы. И от этого рыка по спине побежали мурашки, а в животе что-то перевернулось и замерло в сладком ожидании.
Но вот мозги неожиданно встали на место.
Что я позволяю делать с собой? Почему я вдруг разрешила этому дракону наброситься на меня?
Нет, не позволяю!
Я резко дернулась и отстранилась. Поцелуй был прерван.
Асклит в недоумении уставился на меня. Подозреваю, что до сих пор ни одна девушка не спешила покинуть его объятья.
— Поскольку вы не подозреваете меня в убийствах, то полагаю допрос окончен, — сказала я.
Его золотые глаза расширились. В них смешались удивление и недоумение.
— Допрос? — переспросил он.
— А что же еще? — я поправила воротник, который успел съехать набок. — Вы пригласили меня в кабинет, задать несколько вопросов о произошедшем. Теперь, как я погляжу, вопросы закончились.
Он усмехнулся, откинулся на спинку кресла. Его пальцы забарабанили по подлокотнику.
— Ты права, — сказал он неожиданно и убрал ноги в сторону, освобождая меня.
Я воспользовалась этим и тут же вскочила с кресла.
Глава 33
Асклит
Сибастиана, с опаской поглядывая на меня, вышла из кабинета. А я с трудом сдержался, чтобы не вернуть ее обратно. Она должна быть рядом, должна быть в моих объятьях. Это же так естественно обнимать ее стройное тело, прижимать к себе.
Но она уходит!
А я, грозный ректор, старательно сохраняю серьезное выражение лица. Мне с трудом удается это. С трудом удается держать себя в руках.
Любая студентка сочтет за счастье, если я вдруг решу поцеловать ее. Они только и мечтают о том. Но Сибастиана отвергла меня.
Не знаю, смеяться или испепелить все вокруг от досады.
Это просто невозможно, чтобы девчонка, мечтающая выйти замуж за дракона, вдруг отказалась от такой перспективы. Многие пытались очаровать
