Кивнув, подошла к чемодану, раскрыв его, вытащила одно из платьев и побежала переодеваться.
Уже через пять минут мы сидели за столом. Разумно рассудив, что объяснятся лучше на полный желудок, все выяснения – о чём я должна была якобы знать, оставила на потом.
– Максим тебе объяснил, как себя вести и что говорить?
Отрицательно помотав головой, предупредительно откусила от бутерброда и потянулась за кружкой с чаем. Марта усмехнулась:
– Ну, ешь-ешь. Я пока позвоню Оксане и Марине, чтобы без десяти восемь сюда подошли. И за домами нашими приглядят и, кстати, холодильник у тебя полон еды, надо убрать. Да и задания им не лишне напомнить, – всё это она проговорила уже на выходе из кухни.
Я дожевала бутерброд и задумчиво допила чай. Как бы мне ни хотелось сейчас объясняться с Мартой, но необходимо узнать, о чём меня должен был предупредить Максим, и почему я должна была подготовить вещи. А поэтому часть из произошедшего придётся рассказать. Со вздохом направилась к Марте. Она велела выкладывать на диван уже сложенные вещи. Вытаскивая и раскладывая вещи стопками, спросила:
– А о чём меня должен был предупредить Максим? И куда я должна была собраться?
Марта сосредоточенно наблюдала за моими действиями:
– А он разве не приходил, не разговаривал с тобой?
– Ну… – я замялась, – он приходил, но разговаривали мы о другом.
Марта пристально на меня посмотрела.
– Он тебе сказал, что нам необходимо уехать?
Отрицательно покачала головой.
– Лиюшка, а если он не сказал, то почему вещи собраны?
Глаз я не поднимала, перекладывая вещи из стопки в стопку.
– Так получилось. Марта, ты ж сказала, что нам поторопиться надо. Давай потом расскажу?
– Так, подожди. Максим приходил?
Я кивнула.
– Об отъезде говорил?
Отрицательно покачала головой, а Марта всплеснула руками:
– Да что тут у вас происходит? Ты вещи собрала, Максим ничего не объяснил! Тебе повезло, что у нас действительно нет времени сейчас! – она осмотрела разложенные на диване вещи, – Это все или ещё есть?
Тут же метнувшись к шкафу, принесла те вещи, которые у меня не поместились. Марта по одной ей ведомой системе сложила одежду обратно в чемодан, сумку и пару пакетов. Оставшиеся (в основном летние вещи) велела убрать обратно в шкаф, затем усадила меня на диван.
– Слушай меня внимательно. Те оборотни, что искали тебя, давно крутятся на границе стаи. Пока они не рискуют переходить границу, но как ты сама понимаешь – нельзя поручиться за порядочность каждого оборотня нашей стаи. Поэтому…
– Подожди. Ты хочешь сказать, что меня отсюда могут вывезти силой?
– Я не знаю. В окружающих соседях я уверена, со стороны леса они подобраться не смогут, но ты же не можешь сидеть на этом клочке земли бесконечно.
– Марта, а как же мы в Красноярск ездили? Ведь мы с Алиной оставались одни, и потом, мы столько ходили по магазинам!
– Не одни, – она отрицательно качнула головой, – кафе, где вы сидели с Алиной, принадлежит оборотню нашей стаи, на площади, на улице было полно людей и там вы были со мной. Ты была с Алиной, а она всё-таки сестра альфы. Ну и за вами незаметно приглядывали.
– Приглядывали? Кто?
– Кто – не знаю. А ты что думала, тебя отпустят гулять без прикрытия? Ладно, не о том сейчас. В половине девятого за нами приедет машина и отвезёт в Красноярск. Для всех окружающих ты едешь путешествовать в Европу, сначала в Польшу, ну а там, если спросят, говори, что пока не знаешь, по настроению. И весело, радостно улыбайся. Максим паспорт твой забрал?
Я ошарашено кивнула.
– А …
– Потом, Лия, вопросы потом. Так, что я ещё забыла? А, если кто спросит, откуда средства на поездку, скажи – наследство бабушки, ну и пошути вроде: когда ещё деньги тратить как не в молодости или что, путешествуя, надеешься встретить, если не свою пару, так достойного мужчину. Что-либо в этом роде.
На улице послышались голоса, по торопливым репликам и смеху узнала Оксану и Марину. Марта встрепенулась, торопливо поднялась и помчалась из комнаты, но на пороге обернулась.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– И ради Создательницы, Лия, пока мы не останемся одни, никаких вопросов, если не знаешь что ответить, лучше молчи, я сама отвечу и улыбайся! Ты же путешествовать едешь!
Я ошеломлённая новостями никак не могла прийти в себя. С улицы слышно было, как Марта отдаёт указания своим помощницам. Я, мысленно дав себе пинка, встала. Подтащила вещи к дверям, умылась, заплела косу и, обернувшись к зеркалу, постаралась придать лицу счастливое выражение, получилось плохо. Улыбнувшись пошире, вышла на улицу.
Стоило мне появиться – Марина и Оксана засыпали вопросами. Спасла Марта, отвечая вместо меня. Мне оставалось стоять и глупо улыбаться. Буквально через пять минут подъехала машина и из неё вышли Гриша, неизменный водитель альфы, незнакомый мужчина и хмурый Алексей. Со всеми поздоровавшись, Лёша кинул на меня серьезный взгляд и бросил:
– Пойдём, проверю документы твои. Вы женщины вечно норовите что-нибудь забыть, – и, ухватив меня за локоть, потащил в дом. Но, стоило нам войти, Лёша, прикрыв плотно дверь, приобнял меня и тихо заговорил:
– Тебе Максим и Марта всё объяснили? – я кивнула, не время сейчас рассказывать, что Максим-то как раз и ничего не объяснял, – Со мной веди себя немного отстранённо. Помни: о том, что ты моя сестра – никто не знает! При остальных веди себя будто мы с тобой не враги, но и не особо дружим. Хорошо? – вновь кивнула. Ситуация мне нравилась всё меньше и меньше, – Всё иди, – он подтолкнул меня к выходу, – вещи я вынесу.
Хоровод сумасшедших событий дня продолжался. Всю дорогу я глупо улыбалась, предпочитая отмалчиваться и предоставив Марте вести беседу и отвечать за меня. Доехали до Красноярска быстро, но вопреки моим ожиданиям, ни на вокзал, ни в аэропорт не поехали, а поплутав по улицам, остановились у небольшого домика в частном секторе. Выгрузив из машины наши вещи, мужчины, отстранённо распрощавшись с нами (только Гриша весело подмигнул), уехали.
Но одни мы оставались не долго. Только я собралась расспросить Марту о происходящем, как та мотнула головой и тихо произнесла:
– Не сейчас. Из калитки вышел высокий, жилистый мужчина и, взяв наши вещи, направился во двор дома. Марта подхватив меня под локоток, повела за ним.
Действия в театре абсурда набирали обороты – ломая все мои помышления о расспросах, мы нигде задерживаться не стали, а пересекли двор и через малозаметную калитку перешли во двор соседей.
Мужчина с нашими вещами шёл впереди нас, всё так же молча мы пересекли дворы ещё каких-то домов и, выйдя на улицу, по ощущениям чуть ли не в другом районе, подошли к старенькой «Волге». Вещи были уложены в багажник, сами мы усажены в автомобиль и всё также молча помчались по частному сектору Красноярска.
Примерно через полчаса выехали из мегаполиса. Я, открыв было рот, увидела предостерегающий жест Марты, закрыла и, откинувшись на спинку сиденья, уставилась в окно.
Часа два продлилась наша поездка. Автомобиль, завернув в небольшое селение, проехался по пыльным улицам, мимо каких-то ветхих домиков. Притормозив у одного, водитель не проронив и слова, вышел, выгрузил мои вещи и, кивнув Марте на прощание, уехал.
– Ну, вот и приехали, – Марта потянулась, разминая мышцы. – Здесь мы поживём несколько дней.
И опять не успела открыть рот и задать хотя бы один из десятков вопросов крутившихся на языке, как из дома вышла старушка в голубеньком платочке поверх седых волос.
– Вот и гости мои дорогие пожаловали, – радостно улыбнулась она, направляясь к нам, и я опять вынужденно замолчала, снова растягивая губы в улыбке, – Мартушка, как же я рада, что ты всё-таки решила у меня погостить, – женщины обнялись, – А это та, о которой ты говорила?
– Да, Варвара, это моя помощница Валерия. Можно просто Лера.
Старушка с улыбкой оглядела меня и со словами: «Хороша дивчина», обняла меня. От неё пахло травами и сладкой сдобой, и вся она была какая-то мягкая, добрая, светлая.
