от князя защиты обители Чернобога от вторжения светлых богов. И теперь, взывая к покровительству великих, он просил Чернобога и Мару помочь ему в битве за благополучие его семьи с Варварой. Тёмные боги, прежде давшие согласие на этот брак, благосклонно ответили на мольбу князя.
Владыка Чернобог, вняв мольбам Нави, разверз небеса преисподней утробным рыком, от которого дрогнули сами основания загробного мира. Тени сгустились, сплетаясь в непроглядную завесу, а в бездонных омутах его глаз вспыхнули льдинки неистовой ярости. Мара, супруга его, богиня смерти и ночи, лишь склонила голову в безмолвном согласии, но в этой немногословности чувствовалась несокрушимая твердость. Воля их была неприступной скалой, о которую в бессильной злобе разбивались даже самые яростные волны света.
— Да будет так, как просишь, князь Нави, — пророкотал Чернобог, и каждое слово, словно удар колокола, многажды отозвалось в мрачных безднах преисподней. — Я одарю тебя силой, достойной защиты твоего дома и семьи. Темные ветра станут твоими союзниками, а мои верные слуги — незыблемой стеной за твоей спиной.
Мара удостоила Кощея Нави кивком, и тончайший луч лунного света, словно нить надежды, пронзил клубящуюся тьму, коснувшись его чела. То был знак ее благословения, оберег от грядущих невзгод и залог помощи в неминуемой битве.
Князь Нави ощутил, как по венам разливается небывалая мощь, волны тьмы омыли его, укрепляя дух и закаляя волю. Страх отступил перед ледяным спокойствием, а отчаяние сменилось непоколебимой решимостью. Он понимал, что грядущая борьба будет жестокой, что Варвара и ее приспешники обладают немалой силой, но теперь он не был один. За ним стояли те, чья мощь не знала границ, чью волю невозможно сломить.
Склонив голову в глубокой благодарности перед своими грозными покровителями, князь Нави покинул чертоги Чернобога и Мары, готовый встретить надвигающуюся бурю. В сердце его пылал огонь тьмы, неугасимое пламя защиты и жажды возмездия. Он был князем Нави, хранителем владений Чернобога, и никто — ни надменные светлые боги, ни жалкие смертные — не посмеет встать на его пути.
А Варвара, меж тем, пребывала под надежной охраной в замке Кощея. Он уберег ее от участия в битве, ибо дар ее был еще слишком слаб и только начинал проявляться, да и являлась она, по сути, белой колдуньей. К тому же, она поведала ему о грядущем ребенке. Срок был еще мал, но Кощей страшился за ее безопасность. Он знал, если она потеряет это дитя, то не простит себя, да и он сам этого не переживет. Однажды он уже потерял семью, и подобное не должно повториться никогда, пусть даже рухнет мир. Это неважно, главное — его семья!
Глава 39. Поражение светлых богов
Все боги светлые очень долго готовились. Собирали лучшее оружие, своих коней. Ковали и надевали лучшие доспехи, собирали все свои силы, чтобы уничтожить Кощея и разлучить его с Варварой.
Все боги знали: битва будет непростой. И были готовы. Перун собирал молнии. Другие боги тоже усердно готовились к бою — как и Кощей.
Он надел свои чёрные доспехи, взял меч-кладенец и ещё очень много оружия. Оседлал своего чёрного единорога — редкого и свирепого, красивого, с гривой, подобной сабле, и красными глазами. Это был тёмный единорог, который увеличивал и защищал своего наездника. Его звали Шторм. Его тело было мощным и сильным, похожим по параметрам на тело владимирского тяжеловоза. Такие единороги были очень редкими, яростными и свирепыми.
Богиня Мара — богиня зимы — привела с собой целую армию воинов, которые погибли от холода. Но чтобы снова вернуться в Мир людей, они должны отслужить 100 лет в страже у богини. И тогда они с честью переродятся.
Она восседала на своей белой кобылице, которую звали Метель. Глаза этого необычного магического зверя, который являлся истинным проявлением стихии зимы, были цвета бирюзового. В них был лёд и снег. Они светились и пылали ледяным огнём.
Сама богиня выглядела так: чёрные длинные косы, доспехи золотые с чёрным и синие, тёмные, как сама Бездна. Глаза, в которых был лёд и первобытный холод.
Её муж, Чернобог, сидел на Чёрном волке верхом. Рост волка составлял около 6 м, а глаза животного были холодные и дикие, светились ядовито-жёлтым, яростным огнём. Из пасти волка капал яд, который при попадании на землю или траву выжигал её напрочь.
Чернобог тоже был одет в такие же доспехи, что и у Мары. Только в руках у него был Огненный хлыст, который пылал тёмным огнём. Кожа Бога была серая, светлая. Лицо, хоть и было красиво, — но это лишь одно из проявлений этого Бога. А его глаза были белые. На самом деле глаза Бога были чёрные или могли менять цвет, как обсидиан. Они казались слепыми, но это была лишь иллюзия, морок. Он прекрасно видел в темноте.
Телосложение мужчины было мускулистым. Его длинные чёрные волосы были заплетены в хвост.
И вот, когда к чертогам Чернобога пришли светлые боги, завязался страшный бой, длившийся несколько дней.
День первый
С первыми лучами рассветного солнца, едва пробившимися сквозь тяжёлые свинцовые тучи, войско светлых богов подошло к мрачным чертогам Чернобога. Величественные врата, украшенные руническими письменами, источали тусклое багровое сияние, предвещающее неминуемую битву.
Перун, владыка молний, поднял свой сверкающий посох. Воздух наполнился гулом нарастающей энергии, а в вышине загрохотали первые раскаты грома. Его доспехи, отливающие серебром, вспыхивали при каждом движении, словно отражая грядущие молнии.
Кощей, восседающий на своём чёрном единороге Шторме, усмехнулся. Его глаза, холодные и пронзительные, скользили по рядам противников, оценивая их силу. Меч-кладенец в его руке излучал тёмное, почти осязаемое сияние, обещая смерть каждому, кто осмелится приблизиться.
Мара, сидя на белой кобылице Метели, подняла руку. Из её пальцев вырвался вихрь ледяного ветра, окутавший первых смельчаков из числа светлых богов. Воины её армии, призрачные фигуры в снежных доспехах, двинулись вперёд, не издавая ни звука. Их глаза, пустые и холодные, светились тусклым голубым светом.
Чернобог, восседающий на гигантском Чёрном волке, взмахнул Огненным хлыстом. Тёмное пламя, вырвавшееся из него, опалило землю, оставляя за собой выжженные следы. Его белые глаза, казавшиеся слепыми, на самом деле видели всё — каждое движение, каждый вздох противников.
Первый удар был за Перуном. Молнии, вырвавшиеся из его посоха, обрушились на ряды тёмных сил. Но Шторм, единорог Кощея, взмахнул своей мощной гривой, и вокруг него возник барьер из тьмы, поглотивший разряды.
Мара ответила ледяным штормом. Её воины, двигаясь с неумолимой точностью, окружили нескольких светлых богов. Холод, исходивший от них, сковывал движения,
