кого поразил подобный недуг. Известно почти два десятка случаев. К сожалению, ни один из драконов, одержимых тьмой не смог прожить долгую жизнь.
Я перебила:
— Но я…
— Погодите, дайте мне договорить.
Пришлось закрыть рот и отступить на шаг. Стало совсем тревожно. Захотелось чтобы рядом появился Лотар, чтобы обнял за плечи и увел из этих прекрасных комнат. Вместо этого мне пришлось дослушать до конца страшные слова.
— Я ничуть не сомневаюсь, что вы сумели усыпить его тьму. Скажу больше, я восхищен вашим мастерством. Ваш дар крайне редок. Мы пытаемся отыскать упоминания хоть о чем-то похожем, и пока не добились успеха.
Он бы развел руками, но помешал короб. Правда, на этом дифирамбы окончились.
— Как ни прискорбно признавать, но магия вам не поможет, леди Джулиана.
— Почему? С чего такая уверенность!
— С того! — отрезал лорд Эрайл. — Вам доводилось слышать о лунном затмении?
— Да, — я нахмурилась, пытаясь понять, почему мне задали этот вопрос. — Какое отношение оно имеет ко мне?
— Никакого, — почти равнодушно ответил маг. — Если бы вы получше изучили магию драконов, то узнали, что лунные затмения убивают драконью магию. В этот час перестают работать все амулеты.
— Все? — я не смогла сдержать вопрос.
Он кивнул.
— Можете не сомневаться. А еще в этот час исполняются все проклятия.
Я едва не задохнулась от осознания.
— Вы хотите сказать…
— Я хочу сказать, что ни один из драконов, одержимых тьмой, не смог пережить этот день. Если вы мне не верите, я велю доставить вам и эту книгу. Прочтете сами.
— Но, — вновь начала я и осеклась.
На меня посмотрели с состраданием.
— Вы готовы рискнуть жизнью Лотара, леди Джулиана? Вы готовы испытать судьбу?
Готова ли я? Нет… Пусть без меня, но живет. И я сначала покачала головой, а только потом спросила:
— Лорд Эрайл, а когда будет затмение?
Ответ прозвучал, как приговор:
— Через два месяца.
— Так скоро?
— Да. У всех у нас почти не осталось времени.
Я отступила к столу, тяжело опустилась в кресло и обхватила ладонями голову. Два месяца! О, Святые Небеса!
— Лорд Эрайл, скажите, только не смейте лгать, а Лотар сам об этом знает?
— Да.
Я закрыла глаза. В голове набатом звучало: «Да, да, да!» Что же ты творишь Лотар? Неужели ты думал, что мне станет легче, от твоей смерти? Я глубоко вдохнула и твердо глянула на мага.
— Я поняла вас, лорд Эрайл. Я постараюсь его исцелить до осени.
Дракон улыбнулся.
— Спасибо, леди Джулиана. Я был уверен в вашем благоразумии.
И он направился к двери. Уже у самого порога развернулся и добавил:
— Но книги я все же велю вам прислать. Это нужно, чтобы у вас не осталось сомнений в моей честности.
А после вышел.
* * *
В интернат я уехала в тот же день. Одна. Без Лотара. На гномьей повозке. Слуги в карету доставили целую прорву книг. Провожал меня императорский маг.
— Здесь все о проклятиях, — он похлопал ладонью по крышке сундука. — Если удастся отыскать еще что-нибудь, мы это тоже доставим вам.
— Спасибо. — Я, действительно, была благодарна.
Маг чуть замялся, вытащил из поясной сумки небольшой гримуар и старинный свиток. Все это протянул мне.
— Здесь вы сможете прочесть о затмении. — Свиток первым лег в мои ладони. За ним последовала и книга. — А здесь собраны истории всех одержимых тьмой. Прочтите. Я не хочу, чтобы вы считали меня обманщиком.
Я прижала к себе страшный дар и заверила:
— Я не считаю.
— Все равно прочтите. Вдруг отыщите что-то полезное. До встречи, леди Джулиана. Я буду молиться о вас.
Он закрыл дверь и двинулся прочь быстрым шагом. Я лишь смотрела ему вслед с тоской. Когда же дракон совсем скрылся из вида, мои губы прошептали с горечью:
— Я сама буду за себя молиться.
А потом развернула свиток.
* * *
Времени в пути едва хватило на то, чтобы осилить свиток и треть фолианта. Маг не солгал. Все обстояло именно так, как он и говорил. Лунное затмение должно было убить Лотара. Быть может, мне бы и удалось с ним справиться. Чего только не бывает на свете?
Вот только не было ни малейшего желания проверять. Я четко осознала, что не смогу себе простить гибель любимого. А жить потом с мыслью, что убила свою любовь, пусть и из самых благих побуждений… Нет, это решительно не по мне.
Пусть такой груз себе на плечи взваливает кто-то другой. Я же лучше останусь одна, но не возьму греха на душу. Руки захлопнули книгу и положили в сундук поверх других фолиантов. Я приняла решение. И времени у меня оставалось совсем немного.
Ландо въехало в знакомые ворота, остановилось у фонтана. Люсия обогнала Оскара и нетерпеливо распахнула дверцу.
— Джулиана, деточка, какое счастье! — выпалила кухарка и приложила к глазам платочек.
Я хотела шагнуть наружу, чтобы успокоить всех, но не успела. В повозку вихрем ворвался Лео, повис у меня на шее и зашептал:
— Анна, мы так испугались! Как хорошо, что ты вернулась!
Я едва не прослезилась. Почему дома мое возвращение не вызывало столько радости? Почему там меня так не встречали? Почему ни от отца, ни от Гордона я не видела столько любви?
А здесь, по сути дела совершенно чужие люди! Даже не люди — драконы! Я была бесконечно благодарна всем обитателям интерната за душевное тепло, за то, что они смогли сделать это место моим домом — тем островком любви и счастья, куда мне было радостно возвращаться.
Следом за Лео в повозку забрались близнецы. И скоро меня обнимали уже трое драконят.
— Дети, дети, — добродушно пророкотал дядюшка Оскар, — дайте своей няне выйти. Ну, что вы, право слово.
Он по очереди отлепил от меня мальчишек одного за другим, освободил проход, протянул ладонь и повторил слова Люсии:
— Какое счастье, что ты вернулась, девочка.
Я выбралась наружу и огляделась почти с восторгом. Меня здесь не было всего два дня, а я успела безумно соскучиться. По доброму бурчанию старого дракона, по гомону и шуткам пацанят, по вкусностям тетушки Люсии.
Сейчас мне не хватало только одного — Лотара. Мысль о любимом отразилась в душе тоскливым эхом и чувством близкой разлуки. Я сглотнула подступивший к горлу ком и улыбнулась на встречу счастливым лицам.
— Если бы вы знали, как мне вас всех не хватало!
— Даже нас, — подлез под руку белобрысый Блейз.
— Вас особенно.
Я раскрыла объятия и сгребла всех своих подопечных.
Потом был праздничный пир. Я так не смогла понять, когда
