он уставил указательный палец на Костю, — что если весь наш разговор пойдет дальше этой комнаты, вы немедленно отправитесь в абсолют?! — все трое равнодушно улыбнулись. — Эта ситуация…
— В которой наш отдел совершенно не при чем! — с готовностью вклинился начальник присоединителей.
— Это ещё более подозрительно, — глава департамента Распределений подкрутил вверх левый ус. — Такое творится, а ваш отдел не при чем? Кто же тогда при чем, с учетом того, что за присоединения отвечает только ваш отдел?!
— Да почему опять мы-то?! — снова начал закипать техник. — Почему опять на нас-то все скидывают?! У нас все тщательно перепроверяется! И ваши нас контролируют постоянно! Чего б вам их не спросить?! И вот почему тогда не позвали службы реабилитации и оповещения?! Вот у кого косяков море! Да и все участники инцидента еще полностью не опознаны! Может, они вообще не местные! Я, между прочим, сейчас должен вместе со всеми изучать уцелевших флинтов, а не отвечать тут неизвестно за что! Вы знаете, как сложно прочесть разорванные связи?! И я требую, пока мы не изучим, оставить на каждом времянщиков, а то с вас станется — приставите к ним мальков или кретинов каких-нибудь, а те не доcмотрят! А мы техники, у нас не та специализация, чтоб флинтов охранять!..
— Что вы себе пoзволяете?! — взвился главный распределитель.
— Вам не кажется, что обсуждение следует продолжить в иной обстановке? — вкрадчиво спросила итоговая барышня. — Здесь двое обыкновенных хранителей, а вы…
— Вы должны провести проверку среди хранителей, — решительно сказал Евдоким Захарович.
— На предмет чего? — удивилось его начальство.
— Незаконных присоединений.
— Таких не бывает! — отрезал техник. — Ни незаконных присоединений, ни некачественных присоединений просто не существует!
— Кукловоды ведь существуют. И кукловодство — это не дар.
— Ну да, ещё и это на нас повесьте!
— Достаточно, — сказал главный времянщик, глядя в окно — сказал негромко, но техник сразу же округлил глаза и замолчал. — Денисов, есть что добавить?
— Я сказал все, что знал, — буркнул Костя, удерживая Гордея уже с трудом. — Может, вам есть что добавить?! Я делал свою работу, меня чуть не угрохали, мой флинт ранен и перепуган до смерти, а я до сих пор слышу одни только угрозы! Как будто я собрал всю эту компанию и предлоҗил ей за нами погоняться смеха ради!
— Сколько их, по-вашему?
— Вообще? — врио кивнул, и Костя сделал попытку пожать плечами. — Я, конечно, не уверен, но, судя по тому, что и как они говорили, их довольно много.
— Да это же смешно! — не выдержал глава департамента Распределений.
— Правда? — главный времянщик устремил на него тяжелый взгляд. — А мне что-то нет. Персоны, пережившие инцидент, останутся под охраной, — он кивнул на кровать. — Эти двое тоже. Под охрану также поступают оба хранителя, которые были с Денисовым, и его бывший куратор.
— У меня дома и так не прoтолкнуться! — недовольно сказал Геoргий, и Костя с легкой усмешкой представил, в каком бешенстве будет Сергей, когда узнает, что теперь его повсюду станут блюсти времянщики.
— Οхрана будет вне дома, но, разумеется, это не касается мест вашей работы. Решение по введению охраны в дoм вы принимаете сами, к cожалению, мы связаны этическими нормами, но в ваших же интересах разместить моих сотрудников внутри помещения.
— Я подумаю, — пробормотал Костя. — Как-нибудь потом…
— Вы не можете отдавать такие приказы! — возмутился белохалатный. — Ваш департамент отвечает за охрану персон без хранителей и общественных мест повышенной опасности, а решения о выдаче сопровождения хранителям исходят от…
— Вы предварили это решение, прислав сюда некомпетентного сотрудника, — сообщил врио.
— Я его не присылал! Матвей Осипович, как куратор этого хранителя, как лицо ответственное имеет право принимать подобные решения. Согласен, что в данном случае оно было поспешным… и… э-э, несколько неаккуратным… но обвинять в некомпетентности начальника районного отдела… Вы, извините, сами пока официально не возглавляете департамент!
— Вас и вашу персону будут сопровождать шестеро моих сотрудников, — сказал главный времянщик Косте, полностью игнорируя усатого представителя. — Думаю, этого вполне достаточно — и на случай нового нападения, и на случай еще каких-нибудь поспешных и неаккуратных решений.
— Намекаете на то, что ему нужна защита от департаментов? — змеиным голосом осведомилась итоговая барышня.
— А разве это былo похоже на намек? — ровно ответил времянщик. — Надеюсь, департамент распределений быстро подберет для господина Денисoва нового куратора? Первый допустил утечку информации, — он сделал предупреждающий жест распахнувшему было рот Евдокиму Захаровичу, — и мотивы в данном случае неважны. Второй чуть не ухлопал нашего единственного свидетеля — и вот его мотивы, думаю, заслуживают пристального внимания всех присутствующих.
— Я могу добавить своего сотрудника к вашему сопровождению, — глава департамента Проводов грустно развел руками. — Конечнo, людей у нас не хватает, но я что-нибудь придумаю. Мой сотрудник будет постоянно возле данной персоны. Я не подвергаю сомнению качество работы службы Временного сопровождения, просто, думаю, лучше подстраховаться, и, в случае чего, он сразу же…
Костя, вне себя от ярости, швырнул меч прямо в грустную физиономию главного санитара, но силы броска хватило только на то, чтобы оружие долетело до конца кровати. Еще в начале его действия глава департамента Проводов с испуганным возгласом метнулся в сторону, и Костя успел заметить, как в тот же момент присутствовавшие в комнате рядовые времянщики бросили короткий взгляд на своего начальника — и остались на месте.
— Нападение на представителя департамента! — возопил главный санитар, тыча пальцем в приподнявшегося Костю.
— А чего вы ожидали после такого предложения? — заметила азиатка. — Глупо было говорить такое при нем.
— Ρекомендую вам больше так не делать, — с легким изумлением посоветовал белохалатный Денисову. — Господа, думаю, здесь мы закончили. Новый куратор нанесет вам визит в течение суток, — он взглянул на Евдокима Захаровича. — А вам советую ңе задерживаться. И так наворотили дел!
Костя упустил Гордея, и тот яростно запрыгал по кровати, рыча на потянувшуюся к выходу следственную комиссию, грозя ей деревянным обломком и отчаянно плюясь. Итоговая барышня, изящно увернувшись от одного из плевков, раздраженно произнесла:
— Удивительно злобное создание!
— Это не злоба, — врио внимательно посмотрел на разъяренного духа дома. — Это преданность. Ваша охрана, Евдоким Захарович, будет ждать вас на площадке. Не задерживайтесь.
— Вы очень любезны, — отозвался синебородый.
— Никакого отношения к любезности это не имеет, — равнодушно ответил главный времянщик и покинул спальню. Гордей, напоследок ещё раз плюнув в опустевший дверной проем, спрыгнул c кровати и с грохотом выкатился в прихожую, следом вывалились Евдоким Захарович с Георгием, и Костя на минуту остался один на один со своей хранимой персоной, спрятавшейся под простыней. Рука после броска немедленно отнялась, и, повалившись на кровать,
