слишком устали?
Он взял грелки, улыбнулся и ушел в гостиную.
Я смотрела ему вслед. Почему все так… неправильно? Почему я не пошла с ним? Не позвала с собой? Это чудо, подарок судьбы, — наша встреча. А я вместо того, чтобы быть рядом с Лусианом, почему-то готовлю постель Энти Гелену. Почему, почему?
Потому что мне не семнадцать лет, ответила я себе. Потому что я живу на севере. И все чувства и отношения здесь проявляются вот так — подарить тепло и радость. Можешь ты это сделать, хочешь ты это сделать или нет. Лорда Гелена я определенно радовать не хотела. Так что я просто решила, что постелю ему в спальне Кейталина, она была самой холодной. Но и самой… аристократичной. Высокая кровать под балдахином. Большие окна. Бодрящая прохлада. Если снять одежду и оставить там, где положено — на полированной вешалке красного дерева — то под одеяло заберешься уже синим и дрожащим. Самое то для Энти. Очень благородно.
Для Лусиана подготовила постель в небольшой комнате сразу за гостиной, она была одна из самых теплых, и я сама там ночевала иногда. Кровать стояла у стены, внутри которой проходила каминная труба, окно было небольшим и плотно закрытым портьерой, к тому же на улице от ветров его защищал густой куст терновника. Сначала у меня не доходили руки обрезать его, а потом я поняла, что и не надо — переплетенные ветки образовывали своего рода стену для ветра и снега.
Я вошла в гостиную с двумя светильниками. Мужчины дремали на своих местах. Я кашлянула.
— Пойдемте, я провожу вас в ваши спальни. И возьмите с собой грелки, будь добры.
Они поднялись оба, и я решительно пошла по коридору к бывшей комнате Кейталина. Я толкнула дверь плечом и посторонилась. Поймала взгляд Энти и улыбнулась ему:
— Лорд Энти, проходите. Возьмите фонарь. Грелку можете взять в постель, чтобы не мерзнуть, ее удобно положить вдоль ног. Или у спины, если у вас, например, болит спина.
Энти с испугом смотрел на огромную спальню.
— Доброй ночи, — улыбнулась я.
— Но здесь холодно… леди Ровена! — Сказал он чуть обижено.
Я пожала плечами.
— Здесь север, лорд Энти. Здесь везде холодно! Чего вы хотели? Если вам не нравится мой скромный дом, вы всегда можете взять свою лошадь и отправиться ночевать в то место, где вам больше понравится. Я с удовольствием объясню вам, где находится ближайший постоялый двор.
— А ты? — С вызовом спросил он, — Где ночуешь? В твоей спальне так же холодно?
— Лорд Гелен, — холодно сказал Лусиан, опередив меня, — неуместно спрашивать у леди, где расположена ее спальня, если она сама не предложила вам ее показать. И после того, как вы себя повели с леди Ровеной, даже не поблагодарив ее за теплый в самом буквальном смысле прием, мне кажется, вам стоит как минимум соблюдать простейшие правила приличия, пока нас не выгнали обратно в лес. Не знаю, как вам, а мне там совсем не понравилось.
Принц Лусиан протянул руку и захлопнул дверь, оставив Энти в одиночестве.
— Пойдемте, ваша светлость, я покажу вам вашу спальню, — сказала я и развернулась.
— Но мы возвращаемся!
— Конечно, — ответила я, — не думаете же вы, что я заморожу принца Моровии или хотя бы подвергну опасности его здоровье?
Он тихо рассмеялся. К сожалению, коридор был слишком коротким, и мы пришли. Я открыла дверь и первой вошла в комнату. Поставила фонарь у изголовья кровати и снова вернулась к двери.
Лусиан смотрел на меня.
— Моя спальня намного теплее той, что досталась бедному Энти.
— Доброй ночи, мой принц, — сказала я и вышла.
Прежде, чем дверь закрылась, я услышала вздох. А что я могла поделать? Что?
Глава 22. Лусиан: Лучше бы это был сон
Я проснулся и первым делом подумал: «ну и сон». Вторым делом я открыл глаза, увидел незнакомую голубую ткань на подушке, угол пестрого, бордово-черного одеяла и понял, что не сон. Я потянулся. Вставать не хотелось. Может, и не надо?
Я прислушался. Дом жил. Пустые дома звучат иначе. Спящие тоже. Здесь слышались шаги, что-то хлопало, еле слышно вздыхало и топало, шуршало. Интересно, проснулся ли Энти и насколько ему хватит ума извиниться за вчерашнее? Или хотя бы сегодня не продолжать в том же духе?
Я потянулся и поднялся. В комнате было довольно тепло, а возле входа обнаружилась тумба с кувшином теплой воды, тазом и голубым полотенцем. Я потрогал его — оно было мягким и тоже теплым. Вот новость! Значит, пока я спал, ко мне заходила Ровена, принесла это все, а я даже не услышал? Одно радует, что я точно спал, плотно закутавшись в одеяло.
Что ж, умывшись я почувствовал себя совсем хорошо, будто и не было вчерашнего безумного дня, метели, скачки сквозь ночной лес. К счастью, забота леди Ровены не распространялась так далеко, чтобы складывать и чистить мою одежду, этого я бы не перенес. Но неважно, что одежда была несвежей и мятой. Главное — она была теплой.
Леди Ровену я нашел на кухне. Сегодня она была совсем не такой, как вчера. Сегодня она выглядела так, что я сразу вспомнил, как встречал ее в замке. Волосы гладко убраны, строгое серое платье — непарадное, она явно не принаряжалась для меня. Никаких украшений, кроме костяных заколок в волосах. Но наверняка для этого городка это было слишком хорошее платье, чтобы быть домашним. Для нее же, скорее всего, оно относилось именно к домашним.
— Доброе утро, мой принц, — улыбнулась она. — Я как раз гадала, сохранилась ли у вас привычка просыпаться рано утром, или нет. Хотя после вчерашнего путешествия не удивилась бы, если бы вы проспали до полудня.
— Я бы тоже не удивился, — согласился я, стоя в дверях и оглядывая кухню.
Кухня неожиданно была большой и чистой. Будто в этом доме жило человек десять, да еще с прислугой. Но присмотревшись, я понял, что пользовались лишь частью помещения.
— Здесь жила половина нашей сосланной семьи, — сказала Ровена, заметив мой блуждающий взгляд. — Кажется, раньше эта усадьба принадлежала кому-то из местных дворян, потом они перебрались в Эстерельм, усадьбу отдали для городских нужд, но дом стоял без дела, разве что иногда его использовали как гостевой, пока сюда не сослали Ванеску. — Она улыбнулась. — Не надо делать вид, что мы не знаем, почему это случилось. Я спокойно отношусь… к этой истории.
Я кивнул. Она разговаривала сейчас так, словно мы были в замке и обсуждали
