– Я не заслуживаю тебя, Дезари, и никогда не смогу сравняться с тобой, сколько бы мы ни прожили вместе и как бы я ни пытался соответствовать тебе. Нет, я не заслужил такой женщины, как ты, – искренне прошептал он.
Она улыбнулась и склонила голову вбок:
– Может быть, и так, – согласилась Дезари. – Но я не ангел, каким ты меня почему-то представляешь. Спроси у моего брата, и он тебе расскажет, каким не приятностям ты себя подвергаешь, имея дело со мной. Но не волнуйся, я обязательно продемонстрирую тебе все свои способности.
Ее мягкий голос обволакивал его, поддразнивал и словно обещал выполнение всех тайных желаний, о которых Юлиан мог раньше только мечтать. Значит, она действительно хочет положить конец его страданиям, помочь ему забыть о столетиях, прожитых в пустоте без какой-либо надежды. Она сделает все, чтобы сбросить с него бремя смертей, которое он нес на себе долгие годы. Оно росло с каждым новым уничтожением вампира, когда-то бывшего его другом. А ведь он истреблял их для того, чтобы спасти души – и смертных, и бессмертных. Но сейчас ей хотелось немного поиграть с ним, подразнить его.
В этот момент до их слуха донесся какой-то странный звук. Лагерь находился сравнительно далеко, но все карпатцы обладали удивительным слухом. Юлиан прекрасно слышал, как лагерь сворачивается, люди собирают палатки, укладывают свои вещи и разъезжаются в разные стороны. Он глубоко вздохнул, стараясь скрыть от Дезари свое неудовольствие. Он не мог допустить, чтобы другие мужчины-карпатцы услышали все то, что должно было сейчас произойти между влюбленными. Он нежно поглаживал ее набухшие и затвердевшие соски.
– Ты настолько красива, Дезари, а твоя кожа такая мягкая и теплая. – Он нагнулся и провел языком по коже между ее грудей, прислушиваясь к биению ее сердца. – Я так сильно хочу тебя, что могу сойти с ума, если этого не произойдет.
Она потерлась подбородком о копну его золотистых волос.
– И что же тебе мешает? Юлиан снова печально вздохнул:
– Видимо, на этот раз придется ограничиться лишь твоим внешним видом. Просто смотреть и восхищаться. – Он нехотя опустил руки и отступил от нее на шаг.
– Но я, наверное, справлюсь с собой и сумею немного подождать. – Его золотые глаза озорно сверкнули. – Если, конечно, ты мне в этом поможешь и отвлечешь меня.
Дезари наклонила голову, и ее черные волосы упали на ее грудь. Она загадочно улыбнулась, и Юлиан застонал.
– Отвлечь тебя? – переспросила певица. – Может быть, лучше отвлечь тебя от мыслей о моей семье?
– Это не помощь, – поморщился Юлиан. Его тело изнывало от желания.
Дезари слилась с ним мыслями и знала, что сейчас происходит у него в голове. Она увидела образы себя и Юлиана, переплетенные между собой. Она почувствовала, как огонь пожирал его, бушуя в горячей крови, как тяжесть сковала его мужскую плоть. Зверь, живущий внутри него, рвался наружу, требовал освобождения. Так к черту всех незнакомцев! Почему он обязан считаться с ними?
Что касается самой Дезари, ее страсть была настолько сильной, что она даже не подумала о том, что их могут услышать. Ветер легко отнесет звуки и запахи в сторону лагеря.
– Ты достоин меня в большей степени, чем ты думаешь, – тихо прошептала певица. Ей захотелось немедленно ощутить близость его тяжелого тела, наваливающегося на нее, заполняющего ее всю целиком. Его кровь снова заструится в ее жилах. Он должен быть рядом и растворить ее страх перед разлукой с ним.
Юлиан лишь покачал головой и осторожно положил ладонь ей на затылок.
– Не надо смотреть на меня так, piccolo, или я сгорю заживо.
Дезари запустила пальцы в его золотистую шевелюру, поигрывая прядями шелковистых волос.
– Спасибо за то, что ты все же думал о моей семье в то время, когда мне это не удавалось.
Она снова пыталась соблазнить его, и при одном звуке ее голоса все мускулы его тела напряглись до боли.
Юлиан не мог отдышаться. И хотя воздуха вокруг было достаточно, он почему-то никак не мог набрать его в легкие в полной мере.
– Нам нужно найти нейтральную тему, сага mia, иначе я не продержусь и нескольких минут.
Легкий смех Дезари на ветру прозвучал, как завораживающая музыка. Она присела на большой ствол поваленного дерева, и ветер, играя ее волосами, то обнажал ее грудь шелковистой вуалью, то снова закрывал ее.
– Нейтральную тему, – задумчиво повторила она. – И что же это будет?
Юлиан не мог говорить, ему не хватало воздуха. Слишком соблазнительной была сейчас Дезари. Дикая. Сексуальная. Дразнящая.
– Может быть, ты застегнешь блузку? – хрипло проговорил Свирепый.
Но она не шевельнулась, выставив напоказ свою замечательную грудь. Мало того, она принялась перебирать пальцами пуговицы на джинсах, заменяющие молнию, и уже расстегнула две из них, обнажив при этом свою тонкую талию.
Юлиан жадно впился в нее взглядом, словно испепеляя своей страстью, но тут же отвел глаза в сторону.
– Ты ничем не помогаешь мне, Дезари, – прохрипел он.
Она высунула кончик языка и облизала пухлые губы.
– Нужно выбрать такой предмет, чтобы мы могли думать только о нем. – С этими словами Дезари едва коснулась его груди и тут же почувствовала, что еще мгновение – и он набросится на нее.
– Я думаю, Юлиан, – словно оправдываясь, сообщила она, не сводя глаз с возлюбленного и одновременно ловко расстегивая пуговицы его рубашки, чтобы ощутить ладонями его мускулистую грудь.
– Ты убиваешь меня, Дезари, – проскрежетал зубами Свирепый. – Мое сердце этого не выдержит.
– Я просто дотрагиваюсь до тебя, – невинно сообщила Дезари, обводя ноготком выступающие рельефные мышцы на груди Юлиана. – Мне это нравится. – Она прильнула к нему и вдохнула аромат его густых золотистых волос. – А еще я люблю ощущать твой запах. Что же в этом плохого?
Он схватил ее за руки:
– Ты нарвешься на неприятности.
– Я еще подумала вот о чем. Может быть, тебе будет удобнее, если я расстегну молнию на твоих джинсах? Мне кажется, они у тебя слишком тугие. – Она ловко высвободила руки из его хватки и, проведя пальцем по его животу, быстро справилась с молнией на джинсах. Юлиан не успел возразить, как дело было сделано.
– Ты меня дразнишь, Дезари, – застонал Свирепый, когда его упругая, восставшая мужская плоть освободилась от прочной ткани джинсов.
Дезари подняла глаза так, чтобы их взгляды снова встретились. Сейчас она казалась Юлиану удивительно сексуальной, такой озорной и влекущей.
– М-м-м, что ж, неплохо, – подытожила она, воочию убедившись в его сильном желании обладать ею. – Совсем неплохо.
Если бы он продолжал смотреть на нее, то мог бы погибнуть навсегда. Он уже не был в силах контролировать себя. Как будто прочитав его мысли, Дезари положила руки на его крепкие бедра, и принялась водить ими вверх-вниз, пока он не почувствовал, что снова начинает задыхаться. Затем накрыла ладонью мужскую плоть, нежно поглаживая бархатистый кончик.
