Юлиан не мог удержаться. Он откинул голову назад и полностью отдался волне наслаждения, прошедшей по всему его телу. Огонь желания заполнил его жилы, отчего кровь в нем закипела.
– Что ты делаешь, женщина? – захрипел Юлиан. – Хочешь свести меня с ума?
В темных глазах Дезари отражалась яркая луна. Ее юность, была сама невинность. Певица снова рассмеялась, и звонкий смех серебряными нотками окружил Юлиана, лаская его слух.
– А мне показалось, что я приношу тебе некоторое облегчение.
Ее руки повторяли все те движения, которые он представлял себе. Пальцы ласкали его, соскальзывая и снова возвращаясь, и настал такой момент, когда он взмолился о пощаде.
– Как там мое семейство? Они еще на месте? – прошептала Дезари и тут же наклонилась к его животу, чтобы прильнуть к нему губами. Ее волосы растрепались и теперь приятно щекотали его кожу. Она не отпускала его, а тело Свирепого бунтовало и требовало разрядки.
– Они собираются уезжать и уже завели мотор, – сумел процедить Юлиан сквозь зубы.
– Правда? – Дезари опустилась еще ниже и встала коленями на густую траву. Затем она подняла голову, чтобы посмотреть в глаза Юлиану. Его лицо было напряжено до предела. Она довольно улыбнулась и еще раз наклонилась к нему.
Никогда еще Юлиан не видел ничего красивее. Деревья покачивали ветвями на ветру. В лунном свете лицо Дезари казалось удивительно бледным, но безупречным, а в ее темных глазах, обрамленных длинными ресницами, светилась тайна. Губы ее были настолько эротичными, что хотелось задержать это мгновение. Пусть оно длится вечно! Блузка ее снова распахнулась, и белые полные груди так и манили к себе. Сейчас Дезари больше напоминала древнюю языческую богиню.
Затем ее горячее дыхание окончательно заставило его потерять рассудок. Ее губы, влажные и теплые, совершили чудо, и Юлиан потерял самообладание. Эти губы заскользили по нему, и тогда Свирепый взял в ладони ее шелковистые пряди волос и осторожно притянул еще ближе. Она же нежно царапала его по бедрам, словно сама приманивала к себе. Ее рот стал тугим, губы сжимались, и Юлиан едва сдерживался, чтобы не застонать от наслаждения. Теперь Дезари ласкала пальцами его ягодицы, то поглаживая их, то забирая в свои ладони.
– Слава богу, они уехали, – выдохнул Юлиан, а тело его ритмично дергалось, проникая в ее горячие уста. Потом он стиснул зубы покрепче и начал осторожно поднимать Дезари с колен. Она неохотно закончила свое исследование его тела и позволила Свирепому плотно прижать себя к его мускулистому туловищу. Он жадно поцеловал ее, а его руки стиснули ее так, что чуть не захрустели кости.
Юлиан начал лягаться и перебирать ногами, чтобы избавиться от джинсов, совсем позабыв о том, что мог бы спокойно и очень быстро снять их привычным способом. Дезари блаженствовала в его объятиях. Ей нравился его необузданный нрав, его дикое желание обладать ею. Сейчас она ощущала себя настоящей женщиной, могущественной и полноценной. Она целиком отдавалась ему, и неважно, что сейчас он мог бы потребовать от нее. Она хотела его с такой же дикой страстью. Тело ее полыхало огнем. От одних только его поцелуев, она чувствовала себя так, словно у нее растворилось все тело, даже кости. Она ловко скинула блузку на землю и еще сильнее прижалась к мускулистому телу Свирепого.
Он не стал ждать и, разрывая на ней джинсы, разбросал в разные стороны полоски ткани. Затем приподнял ее так, чтобы она обхватила ногами его за талию. Дезари зарылась лицом в его плечо, ожидая, когда он осторожно войдет в нее, заполнит ее полностью. Чудесным образом ее тело растягивалось, мышцы принимали нужную форму, целиком принимая вторжение Юлиана и даже приветствуя его. Она слушала биение его сердца, и вдруг осознала, что ей сейчас необходимо еще сильнее прочувствовать его, понять, что его кровь вливается в ее жилы.
Она лизнула его шею. Еще и еще раз. Его бедра двигались ритмичными толчками, и она забирала его в себя все глубже и глубже. Дезари начала осторожно покусывать его за шею, словно поддразнивая, и когда его ритм стал бешеным, Свирепый предупредительно зарычал. Он обхватил ладонями ее попку, прижимая плотнее к себе и вовлекая в эту неистовую скачку. В это мгновение ее зубы вонзились в его шею, и он вскрикнул в экстазе, пребывая сейчас где-то между раем и адом. Она испытывала точно такие же чувства, как и он, и ее мозг был окутан туманом жара и страсти.
Юлиан переместился ближе к поваленному стволу дерева, чтобы иметь возможность прислонить к нему Дезари. Теперь он находился под таким углом к ней, что она смогла бы принять его всего. Его движения стали более агрессивными и быстрыми, а вокруг них засверкали молнии. Ему хотелось продлить эти мгновения. Дезари удалось своим мягким огнем прогнать прочь от него темноту и одиночество.
Рядом с ними поднялся ветер и принялся яростно гнуть ветви деревьев. Еще раз лизнув горло Юлиана, Дезари в одно мгновение затянула крошечные следы от своих зубов. Она аккуратно легла на ствол дерева. Ее груди были гордо направлены к небу, а Юлиан, продолжая держать ее за бедра, не переставал наполнять ее снова и снова. Глядя вниз, Свирепый увидел треугольник ее черных кудрявых волос там, где они встречались с его золотистыми, и был сражен красотой слияния их тел.
Дезари сокращала мышцы так, что ее влажная щель стала совсем узкой, и трение увеличилось настолько, что огонь с новой силой заплясал у них по коже. Юлиан чувствовал, как увеличивается и твердеет его мужская плоть, и все же ему не хотелось, чтобы эти прекрасные мгновения закончились.
– Юлиан.
Ее голос прозвучал восхитительно. Он молил Свирепого о пощаде, об освобождении, о разрядке. Тогда он прижал ее к себе и, слившись с ней и разбивая все преграды, забрал ее с собой туда, где земля и небеса одновременно взорвались для них двоих и унесли в мир чистого наслаждения.
Юлиан чуть не повалился на нее, разом лишенный всех сил. Его тело блестело в ночи, золотистые волосы разметались по плечам. Дезари осторожно коснулись пальцем его губ.
– Как же это может быть, Юлиан? Почему все эти долгие столетия я не ведала ничего подобного? Почему раньше я и не испытывала к этому никакого голода?
Его глаза сверкнули с угрозой, голос прозвучал так, словно в нем затаились сама смерть и лед.
– Ты была создана для меня, Дезари, только для меня. Тебе нет необходимости искать другого мужчину.
Но Дезари не испугалась его, а спокойно ответила.
– Сейчас нет. Ноя живу достаточно долго. Так почему мое тело раньше не требовало этого? Я прочитала много книг и немало слышала об этом, когда мне приходилось вращаться среди смертных. Мы с Синдил обсуждали подобные желания, но сама я никогда их не испытывала. И вот я прожила столетия и даже не представляла, насколько это может быть красиво и мощно. А что было бы, если бы ты не нашел меня никогда?
