лифте, когда закрываются двери и даже сдерживается, когда оказываемся в квартире.
Наблюдаю за тем, как проходит на кухню и присаживается за стол. Смотрит, как вожусь с букетом, и бросает странные взгляды на цветы, что принёс курьер.
— От кого цветы? — спрашивает он и прищуривается
— От тебя — отвечаю и улыбаюсь, но красавчик не улыбается в ответ.
— Я говорил о тех, — кивает он на букет. Я ничего не понимаю. Всё это время думала, что букет от него. — Я тебе цветов не посылал, Джун. Я же сказал, что не стану давить. Только поэтому никак не проявлялся все эти дни. Поклонника завела?
— Я не знаю, — честно отвечаю. — Кофе будешь или сделать чай? — спрашиваю и склоняю голову набок.
Красавчик кивает, а потом усмехается и добавляет:
— Кофе. Пожалуйста.
Пока работает кофемашина, разглядываю Виктора и замечаю ссадины на лице. Пробегаюсь взглядом по широким плечам, обтянутым белой футболкой. Снова подмечаю, что очень непривычно. Хочу забраться к нему на колени, провести руками по его плечами груди, но продолжаю стоять на месте.
— Как прошла поездка? Удачно?
— Спасибо! Даже не знаю, могу ли сказать, что всё прошло удачно. — отвечает Виктор.
— Что с твоим лицом?
— Своё наказание, наконец, получил Дэкстер и тот, кто всё это время покрывал его делишки. Было жестоко, но показательно. По-другому в моём мире не бывает. Снова всё пошло не так и нам пришлось вмешаться. — указывает на своё лицо.
— И кто же его покрывал? — спрашиваю и обнимаю себя руками. Неприятная дрожь пробегает телу.
— Один из совета двенадцати, — спокойно отвечает красавчик, но это ни о чём мне не говорит
— Что ещё за совет? — спрашиваю я, и Виктор шумно выдыхает
— Мы об этом сейчас будем говорить? — хмурится он и начинает отбивать пальцами по столу какой-то ритм.
Качаю головой, и двигаюсь, потому что кофе для моего гостя готов. Стараюсь сделать вид, что спокойна, хотя внутри буря и всю трясёт от близости красавчика, и от разговоров о Дэкстере.
Ставлю перед ним чашку и собираюсь сделать себе, чтобы сесть напротив и поговорить, но красавчик хватает меня за руку и силой тянет на себя. А когда оказываюсь у него на коленях, прижимает меня к себе, запускает руки под футболку и снова опускает голову к шее, несколько раз целует.
— Что ты за чертовка такая, Джун? — цедит сквозь зубы возле уха, обжигает своим горячим дыханием. — То целуешь со страстью, то делаешь вид, что тебе всё равно. — опускает руки и сжимает мою попу. Чувствую, как его трясёт.
— Мне не всё равно, — шепчу в ответ и слышу шумный выдох
— Повтори! — командует он
— Мне не всё равно. — говорю уже громче — Мне просто немного страшно. Я ничего не знаю о тебе и твоём мире, и меня пугает то, как я на тебя реагирую.
Смотрит на меня и молчит.
— Несмотря на всё это и на то, что я понятия не имею, что там будет с нами в будущем, сейчас очень хочу быть с тобой. — говорю — Я согласна начать отношения. — красавчик двигается слишком быстро. Нападает на мои губы, сжимает мою попу, вдавливает меня в свою твёрдость.
На самом деле, я тщательно продумала всё, что ему скажу и какие вопросы задам, но мне бы уже пора привыкнуть к тому, что когда мы с красавчиком оказываемся рядом, всё идёт не по плану.
Отвечаю на его поцелуй, провожу руками по спине, опускаюсь и, схватив за край футболки, стягиваю её.
Наконец, провожу руками по его обнажённым плечам и груди, и мне не удаётся сдержать стон. Ну, это невозможно, потому что красавчик в отличной физической форме.
Виктор разрывает поцелуй, и какое-то время смотрит на меня, а потом избавляет меня от одежды. Совсем не церемониться с моей футболкой и лифом, а просто разрывает.
Поднимается вместе со мной и направляется в спальню.
В этот раз его прикосновения ещё острее, наверное, из-за того, что скучала по нему и безумно хотела близости.
Извиваюсь под ним и дрожу, когда красавчик снова ласкает, доводит до исступления, заставляет звать его по имени и просить, чтобы поскорее взял меня. Когда он, наконец, входит, я не могу сдержать стон. Так хорошо с ним. Остро и запредельно.
Мы занимаемся любовью, не разрывая зрительного контакта. До тех пор, пока удовольствие не сносит меня волной. Откидываю голову назад. Меня трясёт, картинка перед глазами плывёт. Дышу рвано и часто. Красавчик даёт нам обоим время прийти в себя, а потом берёт меня снова и снова. То невозможно нежно и медленно, то грубо и быстро, упиваясь моими стонами, которых я уже не сдерживаю.
Удовлетворённая и охрипшая от стонов удовольствия, валюсь без сил и засыпаю в крепких объятиях красавчика. Он гладит меня, что-то шепчет и целует в висок. Закрываю глаза и растворяюсь в моменте.
Просыпаюсь оттого, что мне очень жарко.
Красавчик спит на мне, обхватив руками и ногами, будто волнуется о том, что я могу сбежать. Никуда не сбегу.
Аккуратно разворачиваюсь к нему лицом и какое-то время просто смотрю на то, как он спит. Во сне, кажется ещё красивее, когда не хмурится и не сжимает челюсти. Протягиваю руку и касаюсь его лба, провожу по густым бровям, по линии носа. Спит, даже не чувствует, что я его трогаю. Ну и кто тут из нас ликан?
Чувствую в груди неприятный укол.
Ликан.
Глубоко вдыхаю, потому что чувствую тяжесть. Испытываю сейчас смешанные чувства. Кажется, я совсем недавно ненавидела ликанов, а теперь лежу с одним из них и чувствую совершенно другое. Утыкаюсь красавчику в шею и глубоко вдыхаю несколько раз. Сильный запах земли и ели смешанный с одеколоном красавчика, наполняет мои лёгкие, и я пытаюсь прислушаться к своим ощущениям.
В прошлом этот аромат совсем другие эмоции во мне вызывал.
Прижимаюсь щекой к груди красавчика и крепко обнимаю его одной рукой.
— Ты не пожалеешь, — говорит красавчик и крепко прижимает к себе в ответ.
Значит, не спал, а притворялся?
— Угу — отзываюсь я. Боюсь, что он спросит, о чём я думаю, но мне бы этого не хотелось. Я думаю сейчас о том, что предаю родителей, но, с другой стороны, Виктор ведь не имеет никакого отношения к их смерти.
Вскрикиваю, когда чувствую на плече укус, а потом ещё один чуть ниже и упираюсь руками в грудь красавчика. Он ловит мой взгляд и улыбается.
— Я хотел сменить фокус внимания. Ты очень громко думаешь. — говорит он — Если не хочешь говорить
