одно мгновение от его истинной сущности не остаётся и следа. Голубые глаза. Прямые зубы. Рост уже не кажется таким подавляющим, чтобы я чувствовала себя раздавленной одним щелчком.
Мы больше ничего не говорим, спеша к поместью, вырываясь из-под деревьев и поднимаясь по ступеням. Он косится на машину так, будто она может на него наброситься или превратиться в трёхголового монстра — и, кто знает, может, так и есть.
Я нервно сцепляю пальцы, стараясь унять напряжение, пока взглядом ищу любые части тела, которые адская гончая могла оставить.
Вполне возможно, что я что-то пропустила, пока искала Линкса. Я была не в лучшем состоянии. А если Тидус вернулся и переложил их?
Сглотнув ком в горле, я следую за Линксом внутрь, где копы уже хозяйничают.
Я обгоняю его и оглядываю ветхий вестибюль, игнорируя полицейских, затем заглядываю в гостиную — и бледнею, услышав его громкий голос:
— Убирайтесь.
О, нам пиздец.
Оба мужчины одновременно переводят внимание на демона. Один уже занёс ногу за порог коридора, ведущего вглубь особняка. Второй находится в гостиной, где я была раньше, медленно осматривая то, что осталось от моего дома.
Синхронно они начинают возвращаться обратно в фойе, разглядывая прикид демона.
Я осторожно подбираюсь к Линксу — на случай, если придётся оттащить его, прежде чем он убьёт полицейского. Более высокий из них абсолютно лысый: его блестящая голова лишена хоть волоска, зато у него роскошные усы, которым позавидовал бы любой голливудский коп из восьмидесятых. В сочетании с его диковатой козлиной бородкой это выглядит просто ужасно.
А вот про второго я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что в свободное время он убивает младенцев. В его глазах и густых бровях, которые срастаются с тёмными клочками волос, есть что-то неправильное. Он кладёт руку на бедро, поближе к пистолету, и я внутри умираю ещё немного, когда Линкс сжимает руки в кулаки.
Усач кивает в знак приветствия, натягивая дружелюбную улыбку.
— Я офицер Толсен. А это мой напарник, офицер Робертс.
Он указывает на Монобровь.
Хороший коп и плохой коп.
Поняла.
— Не спрашивал. Убирайтесь.
С такими темпами Линкс сам себя угробит.
— Будь повежливее, или они вызовут подкрепление, — одёргиваю я, с колотящимся сердцем.
Робертс прищуривает свои тревожные глаза, а лицо Толсена лишь дёргается.
— Как вас зовут?
— Это вас не касается. Вы на моей территории. Не…
Я шлёпаю демона по руке.
— Не угрожай полиции, — процедила я.
Он делает глубокий вдох. Я буквально чувствую, как он материт меня где-то на уровне души.
— Чего вы хотите?
— Вы здесь живёте?
— Да.
— Скажи им, что помогаешь мне приводить дом в порядок в обмен на бесплатное жильё, — приказываю я.
Он — нехотя — делает, как я сказала, заодно упоминая моё имя. Затем он хмурится, когда в рации офицера раздаётся голос, слишком забитый помехами, чтобы я могла разобрать слова. У меня перехватывает дыхание, пальцы сильнее сжимаются на его руке.
Пожалуйста, просто веди себя естественно.
Линкс оглядывается, будто ищет ещё кого-то, но, заговорив, снова сосредотачивает внимание на Толсене.
— Мы хотели бы поговорить с владелицей этого участка. Она не отвечает на наши звонки и отсутствовала дома, когда мы приезжали к ней в квартиру. Мы поговорили с её родителями — они тоже обеспокоены.
Да будет адский мороз, прежде чем мои родители проявят хоть каплю беспокойства обо мне.
— Я в отпуске, — выпаливаю я.
— Она в отпуске, — тут же подхватывает Линкс. — И это последний раз, когда я спрашиваю: зачем вы здесь?
Он хмуро смотрит на телефон, который Робертс достаёт из кармана, выглядя при этом слишком растерянным, чтобы это казалось естественным, пока офицер тычет в экран, выводя фотографию.
Но я вижу только изуродованную, заляпанную землёй человеческую ступню, торчащую из-под кучи листьев и мусора под лестничным пролётом.
Я бросаюсь вперёд и отшвыриваю её в сторону, прежде чем они успевают заметить.
Но они замечают.
Все взгляды устремляются на меня, и я замираю, словно меня поймали с поличным, пока не вспоминаю, что единственный человек, который вообще может меня видеть, смотрит на меня с универсальным выражением «ты сейчас серьёзно?».
— У нас проблема с вредителями, — говорит Линкс, спасая ситуацию.
Толсен вздрагивает и делает благоразумный шаг подальше от кучи, и мои плечи чуть-чуть расслабляются. Где-то на задворках сознания я вижу, как Отец качает головой, глядя на меня за то, что я чуть всё не запорола.
Если всё пойдёт по пизде, я снова увижу его лицо в реальности. Вот это и будет ад.
Я поспешно подхожу ближе к Линксу, когда Робертс снова поднимает руку, показывая телефон.
— Вы его узнаёте?
— Нет, — врём мы с Линксом одновременно.
У меня скручивает живот, когда я наклоняюсь ближе, разглядывая фото ублюдка, которого я терроризировала две ночи назад, — Коннора, который первым приехал на вечеринку, валялся на моей лужайке и пытался подсыпать девушке что-то в напиток.
Это он — владелец той руки, которую я видела возле подъездной дорожки? Мне стоило вернуться и проверить, не было ли рядом тела.
И как именно он умер.
Может, это был Тидус. А может, он ударился головой сильнее, чем я думала, когда свалился с лестницы.
Ему, блять, поделом, что он сдох, но эта мысль лишь усиливает панику. Если с ним что-то случилось во время вечеринки и копы здесь из-за этого, есть немалый шанс, что они вернутся рыться вокруг, когда мы этого не заметим.
Земли тут акры — искать будет всё равно что иголку в стоге сена, но сама возможность от этого не перестаёт выворачивать меня наизнанку.
Робертс убирает телефон в карман, уступая слово Толсену.
— Его семья заявила о пропаже вчера. В последний раз его видели здесь, на вечеринке, две ночи назад.
Демон кривится.
— Они нихрена…
— Линкс, — предупреждаю я.
Его губы сжимаются в тонкую линию.
— Не видел его.
— Не возражаете, если мы осмотримся?
— Да.
Линкс скрещивает руки на груди, и воздух обугливается от волны жара. Оба мужчины морщатся, напрягая плечи, когда от демона начинает исходить токсичная сила. Не раздумывая, я снова кладу руку ему на предплечье.
Всё мгновенно прекращается, и копы синхронно выдыхают. Похоже, это только ещё сильнее бесит Линкса.
— Мне не нравится, что вы зашли внутрь без приглашения. Сэйбл это тоже не понравилось бы. А теперь убирайтесь с нашей территории, пока я не счёл вас нарушителями.
Запретный трепет скользит вниз по позвоночнику, когда я слышу своё имя из уст Линкса. В нём есть гортанная нотка — будто ему самое место на его языке. Оружие, которое он
