покрылась краской стыда. Попыталась укрыться за принцем Скай, но это не очень помогло. Любопытные были везде. Тут только помогло, если бы я провалилась сквозь землю. Но я только оттуда и возвращаться обратно не хотелось.
Не знаю, чем бы все это закончилось, но хлопнула входная дверь. Раздались уверенные шаги, а следом в парадном холле целительского корпуса прозвучал голос принца Кьена.
— Что за собрание? Все резко заболели и пришли к целителям? — грозно произнес принц.
Он явно пребывал не в духе. На лице Кьена отпечатались следы усталости, глаза покраснели от недосыпа, под ними залегли круги. Одежда помята, а на обычно идеально начищенных сапогах, виднелись пятна грязи.
Такой, неидеальный принц был невероятно притягателен, и дружный девичий вздох восхищения служил тому подтверждением. Правда, Кьен, пребывающий в своих мыслях, этого не заметил. За принцем, такие же мрачные, следовали его друзья: герцог с маркизом, и выглядели они не лучше.
У меня сложилось впечатление, что принц с компанией только что вернулись откуда-то с полей.
Подойдя к нашей компании и осмотрев всех пристальным взглядом, Кьен сообщил:
— Кирьяна, нужно поговорить.
— Кузен, мы идем к господину Йергайю на чай, — величественно сообщил Скай, продолжая держать меня за руку. — Ты же не оставишь Кирьяну голодной?
Йергай сориентировался быстро. Поклонившись принцу, он произнес:
— Ваше Высочество, окажите честь, присоединитесь к нам.
— Хорошо, — помедлив, согласился Кьен.
Он развернулся и первый направился на выход. А мы толпой потянулись следом.
Выйдя на улицу я замерла на крыльце, уставившись на глубокие осенние лужи, покрывающие парковую аллею. Растерянно посмотрела на собственные ноги, обутые в больничные тапочки, и снова на лужи.
— Ой, — всплеснула руками Беллис. — Про обувь-то я забыла.
Неожиданно меня подхватили на руки и понесли, я даже взвизгнуть от испуга не успела. Но больше всего меня удивило то, что на руках меня нес не кто иной, как герцог Кертерский. Наверное, у меня было очень ошарашенное лицо, потому что Жан-Эмиль обаятельно улыбнулся, чем поверг меня в окончательный шок и, подмигнув, произнес:
— Маленькая, тебя на руках уже все носили. Дай и мне поносить.
— Не все, — зачем-то поправила я герцога.
— Теперь уже не будут.
— Кертерский, я сам в состоянии позаботиться о моей сулуан-эсса, — произнес Сакай, недовольный выходкой герцога. — Не стоит вмешиваться туда, куда тебя не зовут.
— Ледяной, ты скоро Кирьяну совсем себе присвоишь. Я против. Кроме того, приглашение на дуэль все еще в силе и если недоволен, то набьешь мне морду.
— Набью. Не переживай. Я тоже очень желаю этой дуэли, Кертерский.
«Ну вот и как это понимать?» — покачала я головой.
Обхватив герцога за шею, я, пребывая в шоке от происходящего, так и «ехала» у него на руках до подсобки Йергайя. В помещении меня усадили за центр стола, еще и плед на ноги положили. С одной стороны от меня сел Скай, а с другой герцог. Кьен расположился напротив нас. Остальные ребята из свиты обоих принцев расселись по бокам. Места для такой большой компании в подсобке было мало, но мы как-то умудрились все втиснуться за стол.
Беллис принялась помогать Йергайю и очень скоро перед нами уже стояли чашки с горячим, душистым чаем и плетеные корзинки с ароматной выпечкой. Про дела тут же все забыли. И пока не было выпито по две чашки и не съедена выпечка, к серьезным вопросам не возвращались.
— Кирьяна, расскажи, что произошло в тот день, — попросил Кьен, отставляя пустую кружку.
Вздохнув, я принялась рассказывать все заново. Этот пересказ меня порядком уже утомил, но я рассказывала, стараясь не упустить ни одной детали.
— Странно все, конечно, — дослушав, сделал заключение Кьен. — Отчего-то ты нужна хозяину трущоб. Не знаешь зачем? — спросил принц, внимательно меня рассматривая, а когда я растерянно замотала головой, добавил: — Ладно. Постараемся выяснить. Это дело на контроле у короля, так что результат будет. Еще, — Кьен побарабанил по столу пальцами. — Из академии одна ни ногой. Если куда-то собралась, ставь нас в известность. Поняла? Мы дадим сопровождение.
— А «нас», это кого?
— Меня или принца Скай. Мы должны знать, где ты находишься, чтобы в случае чего прийти на помощь.
— Ну хорошо… Если так нужно, то я буду ставить в известность.
— Прекрасно, — улыбнулся Кьен. — А теперь предлагаю всем отправиться к себе в комнаты. Завтра новый учебный день, и у нас первые смотрины кандидатов в команды. Всем нужно быть в шесть вечера на восьмом полигоне. Будем выбирать.
— Эм… А мне тоже нужно будет быть?
— Да. Ты тоже член команды.
Ну надо, так надо. Хотя, что я, неуч, смогу посоветовать или понять в отборе кандидатов для магического турнира?
— Кстати, а как вообще проходит этот турнир? — озвучила я, мучившую меня мысль.
— Вот когда команда укомплектуется, тогда все и обсудим, — сообщил Кьен, вставая из-за стола.
Меня вновь подхватили на руки. В этот раз Скай успел первым, опередив герцога. А я поняла, что скоро разучусь ходить пешком. Но кататься на руках мне понравилось.
Уже позже я вдруг осознала, что Селестин так и не объявился.
Глава 54
Индарэш Селестин аш Драгон, герцог Эргонский
Селестин растер лицо руками. От усталости клонило в сон, но лорд пока, не мог себе позволить уснуть. Еще не все бумаги требующие срочного изучения были просмотрены, не все договоры подписаны.
«Знал бы, что быть ректором академии настолько хлопотно, не соглашался бы на эту должность», — раздраженно подумал Селестин.
Он откинулся на спинку стула, утомленно прикрыв глаза. Отворилась дверь, и раздались шаги. Нос уловил бодрящий аромат кофе, звяканье фарфора, и на стол поставили блюдце с чашкой.
— Спасибо, Вацлав, — не открывая глаза, поблагодарил секретаря Селестин. — Ты свободен. Уже поздно, иди отдыхай.
— Благодарю, лорд Индарэш, но моё начальство на работе. И, несмотря на ранение, не отдыхает. Так как я могу?
Селестин приоткрыл один глаз и строго посмотрел на секретаря. Но необходимого эффекта не добился. Вацлав уже давно не реагировал на его суровые взгляды, просто выполнял свою работу.
— Я пойду с корреспонденцией разберусь. Если что, зовите.
За секретарем закрылась дверь. Селестин вздохнул, потянулся к чашке с крепким кофе и залпом его выпил. Открыл очередную папку и вчитался в текст. Правда, очень скоро, он понял, что смотрел на буквы и не видел их, и не понимал, о чем там написано, а все потому, что его мысли были далеко от этой комнаты. Селестин раз за разом возвращался к разговору со своим братом-королем. И эти воспоминания заставляли Селестина хмуриться, предчувствуя неприятности.
