лес и взять прямо у ближайшего дерева. Подул резкий холодный ветер, и Джорджи поежилась.
— Ты не взяла шаль? — спросил я.
Она посмотрела на меня как на идиота:
— У меня ее нет.
Я вытаращил глаза:
— В смысле — нет шали?
Она уперла руки в бока:
— И на какое, позволь спросить, золото я должна ее купить?
От этих слов у меня отвисла челюсть.
— Джорджи, я и понятия не имел, что у тебя нет шали.
Я сбросил свое коричневое пальто и накинул ей на плечи.
— Прости. Сегодня же купим тебе приличное зимнее пальто и шаль.
Я потер подбородок, терзаемый чувством вины. Элспет никогда бы не позволила сестрам мерзнуть без нормальной одежды. Еще один пункт в списке причин, почему я, возможно, не самый подходящий человек для опеки над Джорджи. Я подумал о бабушке. Может, я был слишком суров с ней?
Подошла наша очередь.
— Привет, — сказал я Элспет.
— Привет, — ответила она с застенчивой улыбкой.
— Буээ, — Джорджи засунула палец в рот, изображая рвотный рефлекс, а Аделаида хмыкнула за спиной Элспет.
Элспет рассмеялась и уперла руки в бока:
— Значит, две порции супа?
Она указала назад, где теперь стояли три длинных стола, за которыми ведьмы ели и болтали. В воздухе стоял гул голосов и смех.
— Здесь будете или с собой?
— С собой, — вырвалось у меня одновременно с:
— Здесь, — от Джорджи.
— Холодно же, — предостерег я ее.
— У нас теперь есть согревающие чары, — Элспет указала на едва заметное марево над столами. — Велдар, представь себе, сам наложил их, чтобы иметь возможность обедать прямо тут.
Она мне об этом не говорила. Наверное, потому, что каждую украденную минуту мы использовали рты для вещей поинтереснее разговоров. Элспет шире раскрыла глаза, будто в точности прочитала мои мысли.
— Вы двое — просто мерзость, — Джорджи сунула руку в карман моего пальто и высыпала на стол шесть золотых. — Да, будем здесь, — подтвердила она.
Я откашлялся, пока мать Элспет разливала суп по мискам.
— Ой, Элспет, просто поцелуй уже мужчину! — она замахала половником в воздухе, расплескав немного супа на стол. — Мы все и так знаем, что между вами что-то происходит.
— Мама! — процедила Элспет сквозь зубы.
Я прикрыл рукой улыбку, а Джорджи просияла, явно наслаждаясь зрелищем.
— Мама, — Аделаида подошла и отобрала у нее половник, — у нас другие клиенты ждут.
— Вот и еще один повод его поцеловать: чтобы он перестал так пялиться на Элспет и наконец забрал свои миски.
Тея вырвала половник обратно у старшей дочери, пока Элспет метала в нее молнии глазами.
— А как же я? — осведомился Эдгар, явно оскорбленный видом всего двух мисок. — Я, знаете ли, не только сырое мясо ем.
Джорджи погладила его по голове и ласково улыбнулась, а затем бросила на стол еще три монеты. Она действительно привязалась к дракону. Не знаю, что между ними изменилось, но парочка из них вышла странная. И все же они как-то ладили.
Тея с хлопком поставила на стол третью миску.
— Спасибо, дамы.
Я подхватил две чашки и кивнул Элспет. Уж вечером я устрою ей столько всего непристойного.
— Идем, влюбленный дуралей, — Джорджи схватила меня за руку, балансируя своей порцией супа.
Я покачал головой. Похоже, мы и правда вели себя слишком очевидно. Мы с Джорджи подошли к одному из столов. Тепло окутало нас, как одеяло. Велдар действительно сотворил отличное заклинание.
Сам он сидел на другом конце стола и о чем-то распинался. Вернее, орал.
— Сил моих нет терпеть эти чертовы законы! Когда уже кто-нибудь даст отпор Верховной Ведьме?
Несколько человек обернулись и зашикали на него.
Я откашлялся и зачерпнул суп. Вкус чеснока, чеддера и трав взорвался на языке.
Эдгар застонал от удовольствия, прихлебывая прямо через край:
— Это самое вкусное, что я когда-либо пробовал.
Действительно, недурно. Надо будет спросить их, не хотят ли они поставлять суп в трактир. Я взглянул на Элспет, гадая, как она отнесется к такому предложению.
— Ты не думал пригласить бабушку в гости? — спросила Джорджи, заерзав на скамье.
— Нет, — медленно ответил я. Сестра не вспоминала о ней с самого бала. — Ты этого хочешь?
Джорджи неопределенно пожала плечами, проглатывая ложку супа:
— Может быть.
Ну, это не слишком проясняло ситуацию.
— Хотела бы съездить к ней?
При этих словах глаза Джорджи загорелись:
— А можно? Мы бы могли забрать старые гримуары отца и матери, которые хранятся у нее. Я хотела кое-что посмотреть.
Челюсти сжались. Я никогда толком не спрашивал Джорджи, чего хочет она сама, потому что считал, что знаю лучше. Но, возможно, это было эгоистично. Возможно, вся эта затея было сплошным эгоизмом с моей стороны. Я проглотил еще ложку, но вкус супа стал напоминать пепел, пока я перебирал варианты.
Я глянул через плечо Джорджи на Элспет, которая смеялась и болтала с сестрой. У нее были такие отношения с сестрами, которых у меня с моей никогда не будет. Я не такой, как Элспет. Я не теплый, не заботливый, не общительный. Я слишком много работаю. Люблю одиночество. Но больше всего я хочу, чтобы Джорджи процветала, и я уже не уверен, что место переезда имеет значение. Возможно, дело было вовсе не в Тислгроуве.
Возможно, проблема во мне самом.
Я знал, что должен сделать. Но мне чертовски не хотелось этого делать.
Глава 38

Элспет
Я стояла на крыльце, сметая мусор и листья, нанесенные ветром. Ветер свистел вокруг, и какая-то ветка плюща внезапно высунулась из стены коттеджа, хлестнув меня по заднице.
Я подпрыгнула и принялась потирать ушибленное место, свирепо глядя на дом.
— Знаешь, тебе не мешало бы проявить хоть каплю благодарности за все, что мы здесь сделали. Ты теперь сияешь как новенький. Ни паутины, ни пыли, ни хлама, — я указала на сверкающие окна наверху. — Мы даже придумали, как оттереть грязь с твоих стекол.
Ветка медленно уползла на место.
— Так-то лучше.
Из-за деревьев показалась Прю со стопкой книг, купленных в лавке. Ее лицо горело от восторга.
— Я только что нашла в книжном потрясающий отдел! Там все об истории магии и о том, как появились законы, ограничивающие наши чары.
Звучало невыносимо скучно, но Прю была так воодушевлена, что мне оставалось только изобразить ответный энтузиазм.
— Чудесно, Прю. Рада, что ты наконец нашла книжный своей мечты.
Она кивнула.
— Кажется, хозяин не прочь нанять меня на работу. Я там немного прибралась в книгах, — она покачала головой. — Система каталогов была просто лишена смысла. А потом зашел покупатель, искал
