приобрел жуткий пурпурно-черный оттенок. Зарево выползло из пламени и начало образовывать символы и радиальные узоры на земле.
Нехорошо.
Сави поправила свой бронежилет, и я уловил короткую вспышку боли на ее лице. Ее снова беспокоила рана?
Она привстала и посмотрела в темноту позади нас, затем повернулась ко мне с широко раскрытыми глазами и прошипела:
— Джексон, пора! Заклинание почти готово!
Я не слышал, чтобы менялось пение, а команды четыре и пять не отозвались.
— Откуда ты знаешь?
Холодная и бледная, она выглядела так, словно увидела привидение.
Сави схватила Харлоу за руку.
— Нам нужно сделать это сейчас. Сейчас на все сто процентов. Вперед, вперед, вперед.
Черт, она даже не потрудилась говорить шепотом.
На секунду Харлоу замерла, а затем включила рацию, сделала глубокий вдох и поднесла мегафон к губам.
— Виктор Драган, Люциус Грейлинг, это Приказ. Вы окружены. Все поднимите руки, встаньте на колени и прекратите свое колдовство, или вы будете выведены из строя. Это ваше единственное предупреждение.
Грейлинг остановился и обернулся на звук ее голоса. В его глазах блеснул фиолетовый свет костра. Со злобной ухмылкой он широко развел ладони.
— Братья мои, Темный Бог принес нам новые жертвы, как и было обещано. Убедитесь, что их крики агонии будут достаточно громкими, чтобы он мог услышать!
Байкеры медленно повернулись к нам, почти как зомби, и холод пробежал по моим костям. Впервые я смог разглядеть их глаза. Они были не желтыми, как у волков, и не красными, как у помешанных на наркотиках безумцев, а чисто белыми, без радужки.
— Что-то не так. К черту ваши протоколы, и уберите этих ублюдков, пока дерьмо не началось, — прорычал я.
Рты байкеров открылись в беззвучном вое, а их руки превратились в когти.
Харлоу подняла рацию.
— Эти парни хотят поиграть. Используйте зелья.
Агент рядом с нами швырнул балон по высокой дуге. Он упал на краю круга и начал извергать струю розоватого газа. Из темноты вылетели еще четыре зелья, и там, где они приземлились, поднялись столбы газа.
Харлоу подняла рацию.
— Не вступать в бой без необходимости. Мы выводим из строя байкеров и задерживаем Драгана-Грейлинга.
В струях дыма, заполнивших воздух, двое байкеров упали на колени. Но этого было недостаточно. Остальные бросились вперед, рыча, как бешеные собаки.
— Сбейте их с ног, — крикнула она в рацию.
Рядом с нами затрещали орудия подавления беспорядков. Из темноты вылетели мешочки со снарядами и врезались в грудь наступающих оборотней, каждый из которых испускал при ударе небольшие всплески магии. Три волка отлетели назад и жестко приземлились, а агент рядом с нами бросил рядом с ними зелье с усыпляющим газом.
Но оборотни двигались как ветер. Шестеро прорвались сквозь заграждение и врезались в кусты вокруг нас, рыча и превращаясь в волков.
Один прыгнул над нами, обращаясь в воздухе. Я рванулся вверх и впечатал его в дерево. Позади меня еще один выскочил из кустов и растоптал агента, прежде чем броситься на Харлоу, оскалив клыки.
Я швырнул волка, которого держал в когтях, обратно в лес и развернулся, но Саванна уже была там. Ее когти вытянулись, она схватила волка за шею, а затем громовым ударом темной магии отправила его по спирали кубарем вниз.
Я вздрогнул, когда ледяная ударная волна прокатилась по мне. Это было ново.
Она поймала мой взгляд.
— Нам нужно добраться до Драгана.
Я кивнул. Сэм и остальные могли защитить агентов. Мы должны были его обезвредить.
Мы выбежали из зарослей на кладбище, в воздухе уже сгустился запах усыпляющего газа.
— Драган! — Заорал я сквозь маску. — Это конец!
С рычанием тень, спотыкаясь, вышла из клубов дыма на участок чистого воздуха. Глубокое чувство ярости и ужаса наполнило меня.
Его когти и голова были как у волка, но тело было как у человека. Его фигура изогнулась и сместилась, когда он наклонился вперед.
Он стал отклонением от нормы. Настоящим монстром.
С деревьев затрещали автоматы с подавлением, и в бок ему врезался мешочек. Драган споткнулся, но удержался на ногах, и с воем его голова снова превратилась в голову человека.
— Мы разорвем вас на куски! — Драган взревел, бросаясь в атаку, и даже при этом он покачнулся и вытянул шею, когда его голова снова стала волчьей. С каждым шагом, который он делал, его тело продолжало изгибаться и меняться.
Казалось, он не мог сохранять форму. Что, черт возьми, с ним не так?
Я приготовился к удару, но Саванна вскинула руки, и Драгана внезапно поглотил шар тьмы.
— Смени позицию, Джекс!
Я метнулся вправо, а она метнулась влево.
Драган, спотыкаясь, вышел из черного облака магии Сави, стоя ко мне спиной.
Прямо как на корриде.
Я набросился на него и повалил на землю ударом локтя в спину.
Он щелкнул на меня своими волчьими челюстями. Боль пронзила мою руку, когда его клыки разорвали мою плоть и проникли в кость, но затем его челюсти разжались, и его голова снова стала человеческой.
— Пошел ты, Лоран! — прорычал он, когда моя кровь полилась у него изо рта.
Драган метнул в мою сторону когти, но прежде чем они коснулись меня, по моей коже пробежала струя зеленого пламени. Это был ад боли и жара, но я держался за него, даже когда ударная волна отбросила меня назад. Боль пронзила мою грудь, когда он вонзил когти в мои ребра. Но я боролся с болью и сжал его шею, как тисками. Он брыкался и булькал, выпучив глаза. Он рванул меня за руку, но я не остановился.
Все, что мне нужно было сделать, это выпустить когти, и они перерезали бы ему яремную вену. Вместо этого я замер.
Это был не только Драган. Это был Люциус Грейлинг, альфа стаи Центрального Мичигана. Он был ублюдком, но ублюдком, которого я хорошо знал. К тому же, если я убью его, велика вероятность, что Драган просто завладеет другим.
Взревев от ярости, я подбросил его ввысь, в кольцо дымящихся зелий.
Тело Грейлинга приземлилось с хрустом, раздирающим кости. Удар рассеял туман всего на секунду, обнажив его фигуру, лежащую на древнем надгробии, а затем он закружился, скрывая его из виду.
Хруст прозвучал не очень приятно, но он был оборотнем — пока при приземлении у него не сломался позвоночник или шея, он будет жить.
Саванна была рядом со мной через секунду.
— Черт, Джекс. Ты весь обожжен и истекаешь кровью!
— Нам нужно убедиться, что Грейлинг на месте. — Я двинулся к облаку газа.
Как только мы вошли в розовато-серый дым, наше зрение
