колени передо мной и, взяв мою руку обеими ладонями, прижался губами к золотой вязи.
— Ты моя, — прошептал он, поднимая на меня сияющий взгляд.
92. Зверь
И вроде Хитэм так красиво все говорил, был со мною страстен и нежен ночью, но вот эти его собственнические нотки мне не понравились. Если он так себя ведет, пока мы еще не женаты, что будет потом?
Запрет меня в замке? Не позволит выходить на улицу? Наймет весь штат слуг из женщин, чтобы я даже случайно не взглянула на другого мужчину?
Я была раздражена на него.
Но стоило мне перевести взгляд на его лицо, увидеть, с каким трепетом он целует мои руки, как внутри меня заворочались сомнения. «Может, я надумала себе лишнего? — думала я, глядя, как его крепкие пальцы сжимают мою ладонь. — Просто барон волнуется за меня. А моя категоричность из-за беременности... Гормональный фон скачет, вот и мечутся мысли, в разные стороны». — утешала саму себя.
Я глубоко вдохнула, пытаясь сосредоточиться и успокоиться. Но как бы я ни хотела доверять Хитэму, неприятный осадок остался. Поэтому, когда он завел разговор о женитьбе, я ловко уклонилась, сославшись на сильный голод.
— Хитэм, я есть хочу, — сказала я, капризно надув губы. — Давай поговорим об этом после обеда?
— Людмила, для меня это важно, — он попытался спорить, но я настояла, и он сдался, тяжело вздохнув.
Он подождал, пока я умоюсь и приведу себя в порядок, затем взял меня за руку, и мы вышли из спальни. В малой гостиной стол уже был накрыт. По центру, в кресле с высокой спинкой, сидел Джерри.
При виде нас он расплылся в белозубой улыбке, от которой его черные глаза засияли теплом.
— Вообще-то уже обед, чего так долго тянули? Беременной надо хорошо есть. — подмигнул он Хитэму, но тот словно не заметил его слов, погруженный в свои тяжелые думы.
Мне стало неудобно. Джерри так хорошо принял меня, когда у меня были трудности. Он помог, нашел мне лекаря, делился со мной своей магией, когда я была на грани. А тут такое пренебрежение с его стороны. Я нахмурилась и покосилась на барона — он сидел с отсутствующим видом, водя пальцем по краю пустого бокала.
Тогда я решила поблагодарить сама. Повернулась к рубиновому дракону и сказала тепло, от всей души:
— Спасибо, Джерри. За вашу заботу, за то, что помогли в трудной ситуации, помогали, когда я была слаба. Я и Хитэм этого не забудем и будем вам благодарны.
Джерри улыбнулся, сверкнув зубами. Затем поднялся со стула, подошел ко мне, взял мою руку в свои ладони и с галантным поклоном поцеловал ее.
— Для такой прекрасной женщины — все, что угодно. Друг, тебе несказанно повезло.
Я смущенно улыбнулась, чувствуя, как щеки заливает краска.
И в ту же секунду все изменилось. Хитэм резко вскочил со своего места. Стул с грохотом упал на пол, и этот звук прозвучал неожиданно громко в утренней тишине.
Я не успела моргнуть, как он уже оказался рядом с Джерри, вцепившись правой рукой тому в горло.
— Друг, ты чего творишь? — растерянно прохрипел Джерри, хватаясь за руку Хитэма. Пытаясь ее оттолкнуть. Лицо его пошло красными пятнами, дыхание перехватило.
— Еще раз дотронешься до нее — убью! — прорычал дракон. И в его голосе не было шутки, ни капли. Это была угроза.
И вот тут мои нервы сдали. Мало того, что он не поблагодарил Джерри, даже слова не сказал, так еще и грозится убить его в его же собственном доме! После всей той помощи, что Джерри мне оказал!
Я встала, сжала ладони в кулаки, чувствуя, как захожусь в гневе, и громко прикрикнула:
— Хитэм, успокойся. Немедленно отпусти Джерри! Отойди от него!
— Что? — заревел он раздраженно, поворачиваясь ко мне. Его зрачки были вытянуты вертикально, и в них клубилась настоящая тьма. — Ты мне приказываешь? Ты?!
И чем больше он на меня кричал и командовал, тем сильнее меня накрывал гнев и злость.
— Немедленно его отпусти! — повторила я.
— Людмила, иди сядь на место! — грозно рявкнул дракон. — И впредь не смей вмешиваться в разговор мужчин!
Ах, вот значит как?!
Мало того, что запрещает мужчинам проявлять обычные знаки внимания, так еще и запрещает мне говорить? Указывает мое место?!
Ну уж нет!
Видимо, и впрямь мои гормоны разбушевались, но его речь я восприняла болезненно, как оскорбление. Я встала напротив него, уперев руки в бока, и громко, по слогам, чеканя каждое слово, произнесла:
— Ваше благородие, Хитэм Моррвейн, немедленно покиньте этот замок! Будете командовать слугами! У себя дома. А здесь вы — НИКТО!
Повисла тишина. Теперь оба — и барон, и Джерри — смотрели на меня в изумлении.
— Что ты сказала? — заревел Хитэм, отпуская Джерри и медленно, как хищник, надвигаясь на меня.
«Он не посмеет, — успокаивала я себя, глядя в его бешеные янтарные глаза. — Я ношу под сердцем его сына. Он не посмеет меня тронуть».
Но он протянул свою руку к моему горлу, и в этот миг я перестала быть уверена в своей безопасности и в том, что он не тронет меня.
В этот момент, Джерри, оправившись от первого шока, набросился на Хитэма со спины, вцепляясь в его плечи.
— Хитэм, ты чего творишь! Успокойся! — закричал он, оттаскивая дракона от меня.
Но Хитэм был сильнее. Рывок — и Джерри перелетел через плечо, грохнувшись на стол, который жалобно хрустнул и развалился под тяжестью его тела. Тарелки, бокалы, графины — все рухнуло на пол с оглушительным звоном. Красное вино разлилось по паркету, как кровь.
— Ты пожалеешь, что встал между нами, — прорычал Хитэм, нависая над Джерри.
Но рубиновый дракон, который уже пришел в себя, не собирался сдаваться. Он вскочил, с разбитой губой, из которой текла кровь, сверкая глазами.
— Ты сошел с ума! Хитэм, очнись! Верни контроль!
Они вцепились друг в друга. Кулаки летали в воздухе, глухие удары, хрипы, рычание. Джерри попытался зайти слева, но Хитэм перехватил его руку и с силой толкнул на стену — гипсовая лепнина треснула, и на пол посыпалась штукатурка. Джерри ответил — и Хитэм пошатнулся, но устоял.
Я не могла больше на это смотреть. Поэтому я сделал шаг назад и выкрикнула в сердцах, чувствуя, как слезы душат горло:
— Я никогда не выйду за тебя, Хитэм Морвейн! Убирайся из моей жизни! Вон!
Затем развернулась и выбежала из гостиной.
Я бежала по коридору, не разбирая дороги, и только когда захлопнулась дверь моей спальни, я позволила
