бросишь?
— Я не хотел детей, Лена, и не хотел жениться. Но ты залетела, и мне пришлось… А теперь я встретил ту, ради которой готов пойти на край земли. И там, на краю земли, мне не нужна Кира. И ты не нужна.
Слова эхом звенели в моем воспоминании. Я моргнула, украдкой смахивая набежавшие слезы, и продолжила говорить, ощущая как першит в горле.
— В тот день мой розовый мир разбился на миллиард осколков, больно раня. Но самое страшное было впереди.
— Выпей горячего чая.
Селестин протянул мне чашку с душистым напитком, а я с благодарностью её приняла, грея холодные руки о горячий фарфор.
Забота Селестина мне была приятна. Сделав глоток чая, я продолжила рассказ о мрачном периоде своей жизни.
Мне не хотелось вспоминать, а тем более рассказывать о том, как мама не справилась с уходом отца и как начала пить, возненавидев меня. Еще меньше мне хотелось говорить про то, как меня начали третировать в новой школе, куда я пошла учиться после того, как мама продала хорошую квартиру в центре города и переехала в однушку на окраине рабочего района. Чтобы защищаться от нападок, я пошла в группу по самообороне и ни разу не пожалела об этом.
Работать я пошла в пятнадцать: разносила газеты, чтобы было за что купить еду и одежду, не говоря уже о школьных принадлежностях. Мать к этому времени совсем опустилась и почти не выплывала из пьяного угара. А я так жить не хотела, потому усиленно училась. Когда закончила школу, поехала в Москву и поступила на бюджетное место в престижный ВУЗ по специальности маркетолог. Там же и познакомилась со своим будущим мужем — Сергеем Соболевым.
— Ты была замужем? — нахмурился Селестин.
— Ну да… А что тут такого? — пожала я плечами.
— Ты его любила? — он посмотрел на меня мрачно, испытующе.
— Наверное… Не знаю, — спустя вечность грустно ответила я. — Сергей предал меня, так же как когда-то отец. Так что от чувств ничего не осталось.
— Если не хочешь об этом говорить, то не говори.
— Да тут нечего скрывать. Он изменил мне в день нашей годовщины свадьбы с моей лучшей подругой на нашей же кровати. Я их застукала, когда вернулась домой раньше обычного. Собственно так я и оказалась тут у вас.
— Не понял, — нахмурился Селестин. — Как это связано?
— Я убегала от Сергея, не желая слушать его нелепые оправдания, выскочила на проезжую часть, и меня сбила машина. Очнулась уже в вашем мире в этом теле. Ну а дальше ты все знаешь, — проговорила и замолчала, ожидая реакции Селестина. Но он молчал.
Подняла глаза на Селестини и внимательно на него посмотрела.
— Что теперь со мной будет?
— Ты как и прежде продолжишь учиться в академии и будешь готовиться к турниру, Кирьяна. Тут у тебя ничего не изменится.
— Но… я же попаданка, — тихо напомнила Селестину. — Такие как я для вас ценный приз, и вы за нами охотитесь. Из-за нас вы даже континентальную войну начали.
— Это было давно, Кирьяна. И наш мир дорого заплатил за свои ошибки, — вздохнул Селестин. — Но, должен признать, что есть и те, кто готов за обладание иномирянкой развязать новую войну. Думаю, покушения на тебя связаны именно с этим.
— Я читала, что иномиряне нужны для усиления, — удивилась я услышанному. — Зачем меня пытаться убить? Мёртвой я не смогу быть полезной.
— Ну не скажи. Устранив тебя, враги лишат наш род возможного силового укрепления.
А вот про такой вариант развития я никогда не думала. Получается, что засада с любой стороны. Меня или будут пользовать на прямую, или устранят, чтобы никому не досталось.
Ну зашибись! Отличная перспектива вырисовывается из серии: «Так не доставайся ты никому!»
— И что мне делать? — растерянно спросила, уставившись на Селестина.
— Кирьяна, самый простой для тебя вариант — это стать моей супругой по законам Артании, — сообщил Селестин, смотря на меня пристально и выжидательно. — Ты согласна стать моей женой?
Глава 77
Кира
Я смотрела в гипнотические сапфировые глаза с вертикальным зрачком и молчала, не зная что ответить на это неожиданное предложение. Я услышала от мужчины самые желанные для женщины слова. И мне бы согласиться… Вот только в моем случае все было очень сложно, чтобы вот так отвечать согласием.
Окинула внимательным взглядом красивого, уверенного мужчину, сидящего напротив меня и ожидающего ответа.
Лорд Индарэш Селестин был шикарным мужчиной, и я бы покривила душой, сказав, что он мне не нравился. Нравился. Очень.
Да у меня от него реально сносило крышу. Гормоны на дыбы становились в его присутствии, отключая все тормоза. Я никогда в своей жизни так не желала мужчину. Его поцелуи лишали разума, оставляя необузданное желание. В объятиях Селестина мной управляло тело, заткнув голос разума. Такая реакция на этого мужчину была не удивительна. Селестин великолепный любовник, он чутко реагировал на любое моё желание, умело доставляя небывалое наслаждение.
Но разве замужество это сплошной секс? Нет. В браке много всего.
Если семейные отношения строятся лишь на физической близости, то такой брак обречен на развод. А у нас с Селестином пока что лишь страсть и желание тела. Но это не вечно.
Стремление Селестина затащить меня под венец, мне было понятно. Сейчас я собой являла перспективу заиметь невесту с невероятно сильным даром и кучей способностей в нагрузку. Кроме того Селестин был мной увлечен. Это не напускное. Каждая женщина способна почувствовать, когда мужчина ею заинтересован и желает её.
Но что будет дальше? Что будет, когда желание остынет? Кем я стану для Селестина, когда он насытится мною и охладеет?
«Хочу ли я себе второго Сергея? Однозначно, нет!»
Много вопросов, но нет ни одного внятного ответа.
Что мне делать в этой ситуации?
Я посмотрела на Селестина. Он сидел обманчиво расслабленный, и со стороны показалось бы, что лорд непринужденно беззаботен. Но я уже хорошо изучила Селестина, потому видела, как он напряжен, ожидая мой ответ. А я так и не поняла, что же хочу ему сказать.
Тяжело вздохнув, покосилась на Селестина, отмечая, как мгновенно он напрягся.
— Селестин, понимаешь… — я старательно подбирала слова. — Ты слышал мою историю. Я была уже неудачно замужем. Не хочу повторения.
— Это было в другом мире с недостойным тебя, Кирьяна, мужчиной, — мгновенно возразил он.
На это замечание я лишь мысленно закатила глаза. Селестин неисправим.
— Но у меня с тем, как ты выразился «недостойным», было больше общего, чем с тобой. Селестин, мы разные, мы не
