тонкую талию и длинные ноги, делая меня не только красивой и, но и невероятно женственной.
Амелия и Мередит любезно взяли на себя обязанности по подготовке к свадьбе. У нас будет настоящая свадьба, для моих немногочисленных человечески друзей, а после ночью, когда мы останемся с красавчиком наедине — он обратит меня в ликана.
В этот момент рядом с нами не будет никого. Катарина убедила нас, что сможет взять к себе Виктория на целую ночь и следующий день.
В конце концов, она уже не настолько маленькая, чтобы я изводила себя тем, что они могут ей навредить. К тому же Викки куда больше ликан, чем человек.
После моих родов прошёл год.
Удивительный и очень насыщенный разными событиями и открытиями год.
Несмотря на то, что красавчик готов был обратить меня в ту же минуту, как я ответила согласием, мы спросили совета у Вайлет.
Она порекомендовала дать мне время. Моему телу. После родов я была слаба и Вайлет переживала о том, что я могу тяжело перенести обращение.
Вздрагиваю, когда из открытого окна доносится громкий смех. На заднем дворе сейчас атмосфера праздника и всё благодаря нашим близким. На деревьях фонарики, белоснежные ленты, повсюду цветы. Столы украшение букетами и я слышу, как играют музыканты и смеются собравшиеся. Только самые близкие.
Всё это кажется каким-то сном, как будто не со мной происходит.
Разглаживаю платье и выпрямляюсь. Все мои движения деревянные, ну и кто тут занимается танцами?
— В таком наряде ты ещё красивее, — улыбается Катарина, когда бросает на меня взгляд. Она сидит на краю кровати и держит на руках малышку, пока та пытается сорвать со своей головы ободок, украшенный цветами.
Задерживаю взгляд на дочери, и внутри всё сжимается от нежности. В который раз ловлю себя на мысли, что не могу поверить в то, я её родила.
Наше маленькое чудо.
Катарина ловит ободок и снова надевает, а Вики машет руками и сердится. Тогда Катарина подзывает жестом Рейна, который крутится возле Солен, потому что Рейн единственный, кто может отвлечь Викки, если она впадает в истерику, и я понятия не имею, почему так происходит. Мальчик же проявляет чудеса выдержки, когда позволяет ей тягать воротник рубашки и хватать его за волосы, притягивая ближе к себе.
Он о чём-то спрашивает Катарину и дёргает Викки за платье. В этой комнате, я единственная, у кого нет суперслуха ликана.
А, нет, есть ещё и Лилу.
За этот год мне стоило больших трудов следить за своим языком и не проболтаться подруге о ликанах. Иногда проскальзывало «человеческая девушка», но к счастью для меня Лилу лишь над этим посмеивалась.
Сэмюель теперь работает с Крэйвеном, у которого совсем скоро родится сын.
Каспиан управляет стаей и пытается справляться с обязанностями отца. Ему теперь помогает Константин, вместе с Хэйдэном. Не справляться с обязанностями отца, разумеется, а с делами стаи.
Виктор за несколько дней до нашей церемонии пропадал, где-то пытаясь помочь Джойсу, разобраться в его личной драме, похоже, мы совсем скоро познакомимся с его парой.
Что будет с Джонатаном, мне неизвестно и Виктор вообще не хочет говорить на эту тему.
Сейчас они вместе с Жослин живут в бывшем поместье Уэнрайтов. Говорят, это то место, где родился и вырос Джонатан, когда ещё был человеком, как и Вильгельм. Там был их дом до всей этой истории в проклятьем.
Крэйвен сказал, что после какого-то нападения, его полностью восстановили, поэтому Джонатан со своей парой обосновались там.
С тех пор как родилась Викки, мать Виктора была в нашем доме дважды. Первый раз, она пришла, чтобы познакомиться с нашей малышкой, чему Виктор не особенно обрадовался. А во второй раз она пришла на её первый день рождения.
Когда приходит время церемонии, у меня начинается мандраж.
Выходим на улицу, и как только появляюсь, вокруг всё затихает. Даже музыка прекращает играть. Чувствую, как щёки заливает румянец, когда все обращают на меня внимание.
Красавчик стоит возле большого дерева, который украсили лентами, в окружении своих близких и улыбается. Как только поворачивается ко мне, я замираю. Невероятно красивый и мой.
Он осматривает меня жадным взглядом и делает шаг навстречу. На нетвёрдых ногах подхожу к нему, и как только ловит меня за руку, рывком притягивает и прижимает к себе. Несколько раз целует в шею, потом в губы. Слышу, возмущения вокруг, что для этого ещё не наступило время.
Перед тем как нас объявляют мужем и женой, мы с Виктором обмениваемся клятвами.
В свою я вложила много эмоций, и каждое слово, и обещание, что произнесла, пронесу с собой через всю нашу жизнь. Безумно люблю красавчика и с каждым новым днём, словно влюбляюсь сильнее. По-моему, нет никакой разницы, ликан ты или человек, чтобы сильно любить, уважать и ценить того, кто рядом, особенно когда встречаешь свою половинку, того, кто тебя понимает без слов, поддерживает, и без кого уже и представить себя не можешь.
Слова Виктора доходят до моего сердца, плачу, когда он благодарит меня за дочь и говорит о том, как сильно меня любит.
Замечаю, как нервничает Виктор, когда гости начинают потихоньку расходиться и приходит время моего обращения. В отличие от моего красавчика, я совершенно спокойна.
Какое-то время после его укуса я ничего не чувствую, но всё начинается резко, что я едва успеваю понять. Ощущения один за одним накрывают меня, что я даже не успеваю дышать.
Горит каждая мышца, тело в огне, когда адская боль простреливает позвоночник, потом руку: одну, вторую. Не успеваю прийти в себя, как невыносимая боль словно разрывает голову и мучительно медленно опускается к нижней челюсти, затем охватывает верхнюю челюсть. Выгибаю спину, не контролирую своё тело, только успеваю хватать воздух рванными вдохами, я словно в огне, всё вижу в красном, а в ушах стоит гул. У меня начинается паника, когда сквозь этот гул я слышу хруст костей. Моих костей.
Кажется, проходит мучительная бесконечность, прежде чем всё это прекращается так же резко, как и началось.
Поднимаюсь и осматриваюсь. Виктор в форме ликана такой красивый, что восхищением захлёбываюсь. Делаю глубокий вдох и понимаю, что теперь всё иначе. Я не только ощущаю себя по-другому, но и чувствую так много. По эту сторону всё иначе и намного ярче.
Виктор не успевает сделать и шаг ко мне, как боль снова охватывает моё тело, но уже не такая острая и длится совсем недолго. Моё первое болезненное обращение прошло совершенно без моего участия и мне
