Олин начал стремительно белеть. Знак Гласа Мирового Судьи. Высшая независимая инстанция. Теодор Нагро даже не смотрел в ту сторону. Глава города находился в состоянии глубокого шока, неотрывно пялясь на запястье Греты.
— Начнем с малого. Вы прямо сейчас предоставите мне эти так называемые исследования. В оригиналах и с сертификатами международного образца, заверенными печатью Верховного Судьи континента. Я жду.
Илай властно помахал рукой прокурору. Тот, втянув голову в плечи, трясущимися руками передал папку. Глас занял место рядом со мной, бегло осматривая листы.
— В приобщении отказано. Это дешевый фальсификат, не подтвержденный ни одним независимым органом. Я изымаю эти бумаги для передачи в международный трибунал. Все институты и конкретные люди, указанные в этих исследованиях, будут немедленно проверены и предстанут перед судом за подлог. Дальше, господин прокурор. Если мы официально постановили, что Юна Монблан является полноправным человеком, а не безвольным достоянием общества, какие еще пункты вашего обвинения мы должны рассмотреть?
— Мы… мы обязаны уточнить вопрос о метках и увидеть подтверждающие медицинские документы, — промямлил прокурор, вытирая пот со лба.
Я молча передала толстую папку с оригиналами. Присяжный в белом халате, скрипя зубами от злости, забрал документы. Внимательно изучив бумаги, он подошел к клетке Каина. Мой мужчина, не сводя с меня потемневших глаз, молча вытянул закованные в сталь руки сквозь прутья решетки, демонстрируя татуировку на коже.
Его глухое недовольство от близкого присутствия Илая рядом со мной, жгучая злость на прокурора и судью… Всё это я ощущала внутри себя через натянутую струну нашей связи. А еще я чувствовала его дикую жажду. Он находился так близко, но одновременно так далеко. Не дотянуться. Не коснуться.
— Документы подтверждены лабораторией. Это подлинники. — С каким трудом присяжному дались эти слова, видели все. Врач повернулся к помосту. — Господин Нагро?
Но глава города не реагировал на свое имя. Он остекленевшим взглядом смотрел только на Саяна. Тот играл свою роль просто потрясающе. Собственнически гладил смущенную Грету по обнаженному плечу, легко касался её шеи и что-то интимно шептал прямо на ухо. Нагро сейчас наверняка выворачивало наизнанку от ревности, разрывающей его сущность.
— Теодор, простите наших друзей за эту вольность. — Я с невинной усмешкой забила последний ржавый гвоздь прямо в его выдержку. — Не стоит так пристально на них смотреть. Они недавно нашли друг друга и просто с нетерпением ждут окончания суда, чтобы наконец-то побыть наедине. Ну, вы понимаете… истинная любовь сносит голову.
Кожа Нагро пошла багровыми пятнами чистого, животного бешенства.
— Уважаемый суд, — холодный, как сталь, голос Хэндана разрезал тишину зала. Он поднялся со своего места. — Каков официальный порядок рассмотрения дел с грифом «Попытка насильственного разрыва между истинными третьими лицами»?
Судья судорожно вытер шею мокрым платком.
— Н-насколько мне известно из практики, попытка разорвать установленную связь между истинными любыми доступными средствами является грубейшим нарушением международного закона и карается…
— Прокурор только что публично утверждал, что они, несмотря на официально подтвержденную истинность, а она была в базе данных еще до ареста, когда Каин Деза подал документы на брак, пытались насильственно изолировать омегу от её альфы на государственном уровне. Более того, вы планировали передать беременную, истинную омегу другому альфе. Разве это не является прямым составом уголовного преступления?
— Постойте! Госпожа Монблан не беременна! — взвизгнул судья, в панике пытаясь выкрутиться из смыкающегося капкана. — И метка у них должна быть не просто поверхностной, если они и правда оба доминантны! В таких исключительных случаях обязано присутствовать вечное клеймение желез! Иначе, учитывая биологическую опасность госпожи Монблан для психики других альф, ваши встречные обвинения сильно преувеличены!
— Госпожа Монблан? — Илай спокойно посмотрел на меня, давая негласную отмашку.
Встав со скамьи, я завела руки за спину, нащупывая скрытые крепления, и одним резким движением отстегнула дополнительный объемный подол. Это было не просто красивое платье. Это был трансформер. Длинная, тяжелая юбка с тихим шелестом упала на пол, оставляя меня в коротком, обтягивающем мини. Бабушка Саяна гениально перешила крой, чтобы плотный пояс находился выше талии, идеально подчеркивая, но не сдавливая мой уже заметный, округлившийся живот.
Подхватив свою черную папку, я вытащила свежие снимки УЗИ и официальное заключение от Алана со всеми сроками, датами и печатями клиники.
В этот момент в зале раздался оглушительный треск. Металлические звенья наручников лопнули. Глаза Каина голодным, собственническим пламенем облизывали мои обнаженные ноги. Платье было коротким, но оно прикрывало абсолютно всё. По сути, его можно было назвать даже приличным. Для спальни если судить по бешеному взгляду моего мужчины.
Я смотрела на его напряженные губы, по которым легко читалось только одно: Надень чертову юбку обратно. Похоже, сегодня ночью у меня всё-таки выпадет сектор приз. Саян был абсолютно прав. У меня уже фантомно горела попа от предвкушения его наказания.
— Документы подлинные, беременность подтверждаю, — прохрипел присяжный врач, изучив бумаги, переданные мной.
Судья затравленно уткнулся в свои записи, а затем, нервно усмехнувшись, пошел ва-банк.
— Мы всё равно не имеем права снять с него главные обвинения в массовом убийстве, как и обговаривалось ранее! Биологический фактор для доминантных омег таков, что даже несмотря на поверхностную метку истинности, омега обязана прокусить железу своего альфы. Признать его абсолютное право на себя перед природой. Насколько нам доподлинно известно после тщательного досмотра в изоляторе, у подсудимого этой вечной метки нет!
— Господин Деза? — Илай медленно повернул голову к клетке, наконец давая слово моему мужу. — У вас есть вечная метка?
— Да.
Теодор Нагро сорвался. Вскочив со своего места, он опрокинул тяжелый стул, рыча грязные ругательства.
— У вас не было никакой метки! Вас тщательно проверяли медики каждый день, пока вы были в карцере! Это ложь! Я вижу сейчас у вас нет её! Шея чиста!
В ответ на эту истерику Каин молча взялся за ворот черной футболки и с силой оттянул плотную ткань вниз, обнажая ключицу. Разорванные звенья толстых наручников тяжело упали на бетонный пол, издав глухой звон.
По залу мгновенно пополз гул, полный шока и абсолютного неверия. Судья, перекошенный Теодор и вся коллегия присяжных застыли с открытыми ртами. Мой альфа демонстрировал им глубокий след от моих клыков на своей подключичной железе. А второй рукой показывал всей государственной системе красноречивый средний палец.
— Но... Почему там?! — Рявкает пораженно Нагро. — Это величайший дар, который носят с гордостью!
— Я тебе не позер что бы выставлять на показ то, чем меня одарила моя женщина. — Оскалившись проговаривает Каин.
— Теперь ясно почему у вас не смотря на трех наложниц такого дара нет, — пожав плечами я говорю это громко смотря на панику
