которого у Астерии екнуло в животе.
— Принц Оруэлл Каррафим, — сказал Уэллс, шагнув вперед с протянутой рукой. — Приятно официально познакомиться, и я не буду утруждать вас рассказами, которые слышал о вашей огневой мощи. — Он махнул рукой в сторону Гаврила. — Это один из генерал-лейтенантов Эльдамайна, Сэр Гаврил Фарис.
— Да, Принц Оруэлл, — протянул Дионн, поклонившись в пояс. — Полагаю, вы довольно знакомы с тем, какой именно правнук сидит на троне.
Астерия перевела взгляд на Уэллса, нахмурившись.
— Ты знаком с Королем Савариком?
— Знаком в самом широком смысле этого слова. — Уэллс пожал плечами, засунув руки в карманы. Он бросил ей княжескую улыбку, прежде чем перенаправить ее на Дионн. — Нет ли у вас, случайно, какого-нибудь целебного эликсира, чтобы уничтожить эту адскую головную боль, от которой я сейчас страдаю?
— Позволь мне позвать слугу. — Дионн похлопал Уэллса по плечу, направляясь к двери, через которую они вошли. Он взглянул в оба конца коридора, прежде чем повернуть направо, подняв руку.
— Если ты уже знал Короля Саварика, зачем нам понадобился Дионн? — спросила Астерия, шагнув к Уэллсу, вглядываясь в его лицо. — Зачем тебе понадобилась я?
Гаврил драматично вздохнул, прислонившись к ближайшей стене и почесав темные кудри на своей голове.
— Опять же, знаю в самом микроскопическом смысле этого слова. — Уэллс сжал два пальца перед ее лицом, чтобы подчеркнуть свою мысль. Она скривила губу, шлепнув его по руке. — Мы встречались дважды во время других дипломатических миссий, и на второй я, возможно, напоил его и потерял…
— Ты потерял Короля Риддлинга? — отчитала Астерия себе под нос, но улыбка во весь рот расползлась по ее лицу.
— Это не важно. — Уэллс боролся с собственной улыбкой, быстро моргая, держа руку ладонью вверх между ними. — Важно то, что я не знаю его достаточно хорошо, чтобы получить аудиенцию со срочностью, с которой нам нужно поговорить. Я знаю, что королевская семья бросит все ради Дионна. Следовательно, то, что ты сестра Дионна, дает нам вход. Не говоря уже о том, что твои порталы сокращают время, которое обычно потребовалось бы для получения аудиенции у него.
Он шагнул ближе к ней, кончики его пальцев коснулись ее в шепоте, о котором она сомневалась, было ли это на самом деле.
— Кроме того, — он понизил голос, оглянувшись через плечо туда, где Гаврил закрыл глаза, — у меня есть список причин, почему ты мне нужна.
— О, правда? — громко крикнул Гаврил, открыв один глаз.
Астерия побледнела, когда Уэллс закатил глаза.
Дионн вернулся в комнату с закупоренным флаконом, но остановился перед Астерией и Уэллсом, изучая их близость — или ее отсутствие.
— Твой эликсир, — сказал Дионн, сунув флакон Уэллсу, но не отрывая взгляда от Астерии. Ей не понравилось тяжелое осуждение брата в приподнятой брови. — Я должен спросить… Почему вы все такие грязные? Ну, кроме Астерии.
Она подняла подбородок, но ответил Гаврил:
— Мы уезжали из Северного Пизи, когда Сирианец позвал Астерию через ее вихрь связи. — Астерия бросила на него взгляд, а он отмахнулся. — Кто-то пырнул Сибил гематитовым кинжалом в тот же момент, когда толпа змей подожгла южные границы Хериди. С ними был еще тирио, которым оказался Принц Клаус Ротерхэм из Алланиса. О, и Зефир появился, но он просто парил.
— Ну, когда ты так это подаешь, — Астерия заморгала глазами на Гаврила со стиснутыми челюстями, — полагаю, Зефир вежливо ушел, и война только что началась.
— Так ты считаешь, что Алланис и Зефир намеренно атаковали Эльдамайн? — Взгляд Дионн перебегал между ними, пока он методично расхаживал по комнате. Ее лицо упало, и она кивнула один раз. — Тогда они действуют довольно быстро. И ты сказала, что Принц Клоз Ротерхэм — тирио?
— Похоже на то, — сказала Астерия в тот же момент, когда Гаврил выпалил: — Астерия убила его.
— Блядь, Гав! — крикнула Астерия, развернувшись к нему. — Ты когда-нибудь думаешь, прежде чем говорить?
— Нет, — ответили он и Уэллс хором. Гаврил радостно улыбнулся Уэллсу, прошептав: — Она назвала меня Гав.
— Ты убила запасного наследника Алланиса? — Дионн ущипнул переносицу. — Ради Небес, Астерия…
— Не читай мне нотации! — взвизгнула Астерия, бросив руку в ту сторону, где, как она полагала, был Материк. — Он был диким, и он не отступал. Я пыталась уложить его, но этот ебанный имбецил не останавливался.
— Грязный язык, — пробормотал Уэллс, и Астерия проигнорировала его ради собственного рассудка.
— Она стала полноценной, всемогущей Богиней, — объяснил Гаврил. Астерия придушила бы его за это вмешательство, если бы восхищение в его голосе не привлекло ее внимание. Она повернула голову к нему. — Что? Я никогда не видел, чтобы ты меняла форму, и даже не слышал рассказов о том, как выглядит твоя божественная форма.
— Я должен согласиться с ним. — Уэллс допил флакон, содрогнувшись от вкуса, прежде чем сунуть его в карман. — Я не знал, что ты так выглядишь.
— Я видел, как ты используешь ее только один раз, — добавил Дионн, нахмурившись. — Хотя это было наедине на Селестии, и потому, что я дразнил тебя, пока ты не превратилась.
— Я не являлась в ней публично для Авиша очень давно, — прошептала она, переплетая пальцы. — Мне едва исполнился первый век, когда я в последний раз использовала ее здесь, и то потому, что я поссорилась с Зефиром…
— Естественно, — проворчал Дионн, и она бросила на него взгляд, прежде чем продолжить.
— Это напугало поселение, из-за которого мы сражались, и они называли меня Пустой три поколения, прежде чем перестали ассоциировать эту историю со мной. — Она плотно закрыла глаза, стряхивая воспоминание. — Если я кого-то напугала…
— Не могу говорить за тех в Хериди, кто видел это. — Уэллс пожал плечами, но что-то знакомое потемнело в его глазах. — С того места, где я стоял, напуган — не то слово.
— С того места, где я стоял, могло встать кое-что еще… — Гаврил оборвался на стоне, когда одна из его ног подкосилась.
Астерия почувствовала, как Эфир угасает в Уэллсе так же быстро, как и вспыхнул.
— Мы получим аудиенцию у Саварика первым делом с утра. — Дионн направился обратно к двустворчатым дверям, жестом приглашая их следовать. — А до тех пор, вы, ребята, выглядите так, будто вам не помешал бы отдых. У меня есть гостевая комната в восточном крыле, хотя это скорее общие покои.
— Что ты имеешь в виду под общими? — Астерия поравнялась с Дионн, идя рядом.
— Там очень маленькая гостиная, и к ней примыкают две другие комнаты, — объяснил он, одна рука заложена за спину, другая распростерта между ним и Астерией. — Уверен, мужчины предложат тебе одну из комнат, а другую разделят, или Лемуриец
