привлек к себе, при этом не спуская с меня глаз.
– Подонок! Отвали от нее!
Кровь в ушах шумела из-за разгорающейся ярости. Адриана пыталась вырваться и отвернуться, но ублюдок сжимал ее челюсть с такой силой, что мягкая кожа краснела от его пальцев.
– Я убью тебя. Ты будешь выть от боли, пока твое тело будет барахтаться в моих руках, словно рыба. – Я собирался сдержать слово, как только выберусь отсюда.
– Давай попробуем. Посмотрим, что ты мне сделаешь, если я начну на твоих глазах раздевать ее, а потом трахну ее тугую киску.
Я дернулся вперед, но кандалы на моих запястьях впились в кожу. Он покойник. Я убью его собственными руками. Медленно. Он будет долго страдать за то, что посмел даже подумать о том, что может сделать такое с Адрианой.
– Хватит.
Резкий приглушенный голос раздался из темного угла. Послышался короткий звук, похожий на стук каблука, стул сдвинулся, и человек встал.
– Не нужно портить влюбленным такой романтичный момент, Стив. Не будь кретином.
Судя по тому, что козел отошел от Адрианы, мужчина в углу был тем самым боссом, которого они ждали. Руки, что держали мои волосы в сильном захвате, разжались, когда он направился к нам, хромая и опираясь на трость.
Аноним.
Мужчина вышел из тени и остановился в нескольких шагах от нас. Невысокий, в черном плаще и перчатках. На вид я бы дал ему не больше сорока или сорока пяти. Светлые волосы, завязанные в хвост на затылке, голубые глаза, что смотрели на меня с абсолютным безразличием, гладко выбритое лицо со шрамами от ножа на виске и щеке.
– Вот мы и встретились, Алессио, – сказал он и подошел ближе. – Полагаю, ты в недоумении и в голове множество вопросов. Не переживай, я все расскажу. Ведь именно поэтому мы здесь, не так ли?
– Чего тебе нужно? – спросил я. Нужно было вывести его на разговор, чтобы Маттео успел добраться до нас.
– На самом деле ты – последний человек, от которого мне что-то было нужно. Просто, видишь ли… – Аноним взмахнул рукой, словно дирижер на концерте. – … ты оказался не в том месте и не в то время. Я понятия не имел о твоем существовании. Твой отец отлично справился, скрывая тебя от меня и всего мира. Но представь мое лицо, когда я узнал, что ты сын Джованни. Мы не успели с ним пообщаться по душам перед тем, как его машина взлетела на воздух вместе с ним, но с тобой мы поболтаем.
Кровь ударила в голову. Весь гнев и злость, что были спрятаны глубоко внутри, но постепенно распалялись и поднимались на поверхность, теперь хлестали через край. Звук в ушах, появляющийся каждый раз, когда хаос вырывался наружу, на долю секунды приглушил все вокруг. Я думал только о том, что этот ублюдок сделал с моим отцом.
Перед глазами возник момент взрыва машины Маттео. Одна и та же ситуация. Только у моего отца не было ни единого шанса на спасение.
Неугасимая ярость наполнила мою грудь, и через всю боль, пронизывающую мое тело, я толкнулся вперед, пытаясь вырваться. Но ударом в живот он снова откинул меня к стене.
– Нет! Алессио! – отчаянно закричала Адриана.
Я зашелся кашлем, захлебываясь собственной кровью. Адриана рвалась ко мне, горькие слезы текли по щекам. Черт возьми.
– Я разбередил незажившую рану? Виноват, не подумал, – продолжал насмехаться ублюдок.
– Чего… ты хочешь?
– Ах да. Ты не дал мне продолжить. – Он стряхнул невидимые пылинки с плаща и как ни в чем не бывало продолжил: – Так вот. Причиной всех моих бед на самом деле был Джованни. Никто не вставал у меня на пути и не догадывался о моем бизнесе на стороне. Ни Маттео, ни даже отец, пока однажды твой папаша, который, как оказалось, был другом Маттео, а по совместительству доносчиком и крысой в полиции, не появился на горизонте. Но ты, наверное, не понимаешь, что к чему, и у тебя все еще крутится в голове вопрос: «Кто он, черт возьми, такой?» – поэтому я расскажу тебе небольшую, но очень печальную, как по мне, историю одного человека.
Мужчина стал расхаживать по комнате, чеканя каждый шаг и опираясь на свою трость.
– Моя мать была обычной шлюхой, которая оказалась настолько глупа, что залетела от консильери самого влиятельного и опасного человека в Чикаго и скрыла от него это, родив втайне. Кроме того, ублюдок был еще и женат, но кого это волновало. Единственное, что имело значение, – ребенок, рожденный вне брака, бастард. – Аноним стоял спиной ко мне, голос его стал напряженным, как и тело. – Он убил мать своего ребенка и взял мальчика к себе на воспитание. Но не как своего сына и наследника, а как прислугу. Спустя шестнадцать лет мальчик вырос и стал умелым бойцом, солдатом, таким же, как и тысячи других в Каморре. Его ни во что не ставили, а вот младшего единокровного брата, который был рожден в законном браке, уже младенцем окрестили будущим наследником Марио Кастеллано, следующим консильери для сына Лаззаро Моретти.
Твою мать.
Мы с Адрианой переглянулись. Она была ошарашена этой новостью, как и я. Мужчина повернулся к ней.
– Мой братец Данте был отдушиной отца. – Он окинул Адриану взглядом с головы до ног с мерзким выражением лица. – В нем души не чаяли. Золотой мальчик. Меня это бесило, потому что я был достоин внимания собственного отца или хотя бы Капо, которому служил верно, несмотря ни на что. Когда Лаззаро ушел на пенсию спустя несколько лет и его пост занял Маттео, я думал, что у меня появился шанс показать себя.
– Ты хочешь, чтобы я тебе соску дал и погладил по головке? – не стерпел я, когда он начал раздевать Адриану глазами.
Удар в бок заставил проглотить дальнейшие комментарии. Знакомая боль в ребрах пробежала по телу, напоминая о недавнем восстановлении.
– Господи, хватит! Прошу вас, не надо, – умоляла Адриана.
– С твоего разрешения я продолжу. – Не дождавшись моего ответа, он так и сделал: – Маттео был таким же принципиальным, как и его отец. Было глупо вести нелегальный бизнес порядочно. Я предоставил Маттео решение и идею для борьбы с картелем и другими семьями, которые на тот момент наседали на Каморру и не давали ей должного шанса для внедрения в синдикат. Маттео хотел добиться всего старыми путями, я же предлагал ему вести самостоятельный бизнес и не зависеть ни от кого. Но ему было плевать на это. Поэтому я взял все в свои руки и стал строить собственную империю, потому что продажа
