тебя.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, брат.
Они обнялись.
Джульетта смотрела на них.
— Ты не говоришь, — сказал Лоренцо.
— Думаю.
— О чём?
— О том, что отец был бы рад.
— Думаешь?
— Знаю.
— Почему?
— Потому что мы вместе.
Лоренцо взял её за руку.
— Ты права, — сказал он.
— Всегда права.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Лука-младший сидел на коленях у Маттео.
— Дядя Доменико, — сказал он. — А я тоже буду доном?
— Если захочешь.
— Хочу.
— Тогда учись.
— Чему?
— Быть сильным.
— Я сильный.
— Докажи.
Лука-младший подумал. Потом показал кулак.
— Я умею бить.
— Кого?
— Врагов.
— Каких?
— Которые хотят навредить семье.
Доменико улыбнулся.
— Ты молодец, — сказал он.
— Я знаю.
— Скромнее.
— Я Корлеоне.
— Это не оправдание.
— Это правда.
Все засмеялись.
После совета все вышли в сад.
Луна светила. Море шумело.
Джульетта взяла Лоренцо за руку.
— Ты заметил? — спросила она.
— Что?
— Доменико улыбнулся.
— Редко.
— Сегодня — дважды.
— Это хорошо?
— Это странно.
— Почему?
— Он никогда не улыбался при отце.
— Боялся?
— Уважал.
— Это одно и то же?
— Нет. Боялся — значит, не мог. Уважал — значит, не хотел.
— А теперь?
— Теперь он свободен.
Лоренцо сжал её руку.
— Ты права, — сказал он.
— Всегда права.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Лука-младший подбежал к ним.
— Мама, папа, — сказал он. — А Доменико теперь главный?
— Да.
— А я буду его слушаться?
— Да.
— А если не захочу?
— Тогда он тебя накажет.
— Как?
— Не знаю.
Лука-младший подумал.
— Тогда буду слушаться, — сказал он.
— Хорошо.
Он побежал к Маттео.
Джульетта смотрела ему вслед.
— Он умный, — сказала она.
— Да.
— Как ты.
— Как ты.
— Как мы.
Она улыбнулась.
— Пойдём в дом, — сказала она.
— Зачем?
— Хочу посмотреть, как Лука спит.
— Он не спит. Он играет.
— Потом.
— Потом посмотрим.
— Хорошо.
Они пошли в дом.
Глава 48
Лука-младший уснул в половине одиннадцатого.
Джульетта уложила его, поправила одеяло, постояла у кроватки. Мальчик вздохнул во сне и улыбнулся. Она вышла, закрыла дверь.
Лоренцо ждал в спальне. Стоял у окна, смотрел на море. Обернулся, когда она вошла.
— Спит? — спросил он.
— Да.
— Ты устала?
— Немного.
— Ложись.
— Не хочу.
— Почему?
— Хочу побыть с тобой.
Он подошёл к ней. Взял за руку.
— Мы и так вместе.
— Ближе.
Он обнял её. Прижал к себе. Её голова уткнулась ему в грудь.
— Ты пахнешь сыном, — сказал он.
— Молоком?
— Домом.
Она подняла голову. Посмотрела на него.
— Поцелуй меня, — сказала она.
Он поцеловал. Медленно. Нежно. Её губы были мягкими, тёплыми.
— Я хочу тебя, — сказала она.
— Я твой.
— Сейчас?
— Сейчас.
Он раздел её. Не спеша. Пуговица за пуговицей. Ткань скользила по коже, вызывала мурашки.
Она стояла перед ним голая. Луна освещала её кожу, делала её серебряной. Шрамы на животе — там, где врачи разрезали её, чтобы достать Луку.
— Ты красивая, — сказал он.
— Я старая.
— Ты мать.
— Одно и то же?
— Нет. Старая — это возраст. Мать — это жизнь.
Она усмехнулась.
Он разделся. Быстро. Член был твёрдым, пульсирующим, готовым.
Они стояли друг напротив друга — голые, живые, настоящие.
— Иди сюда, — сказал он.
Она подошла.
Он обнял её. Прижал к себе. Её грудь коснулась его груди. Его член коснулся её живота.
— Ты тёплая, — сказал он.
— Это ты горячий.
— Я всегда горячий.
— Когда рядом с тобой — да.
Он поцеловал её. Долго. Глубоко. С языком.
Она ответила. Её пальцы вцепились в его волосы.
— Ложись, — сказал он.
— Не хочу.
— Надо.
— Почему?
— Я хочу смотреть на тебя.
Она легла на кровать. Он лёг рядом.
— Смотри на меня, — сказал он.
— Смотрю.
— Не закрывай глаза.
— Не буду.
Он провёл рукой по её телу. По груди, по животу, по бёдрам. Осторожно. Ласково.
— Ты дрожишь, — сказал он.
— Не от холода.
— А от чего?
— От тебя.
Он улыбнулся.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Лоренцо.
Он вошёл в неё. Медленно. Дюйм за дюймом.
Она вздохнула.
— Больно? — спросил он.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Она обняла его. — Но это приятно.
Он начал двигаться. Медленно. Плавно.
Кровать не скрипела. Изголовье не стучало. Было тихо. Только их дыхание и море за окном.
— Спасибо, — сказал он.
— За что?
— За сына.
— Это мы сделали вместе.
— Ты родила.
— Ты был рядом.
— Это не одно и то же.
— Это одно и то же.
Он улыбнулся.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Лоренцо.
Она кончила. Тихо. Почти беззвучно.
Он кончил следом.
Упал на неё, тяжело дыша.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Да.
— Врёшь.
— Да. — Она обняла him. — В порядке.
— Пойдём в душ.
— Пойдём.
Вода была горячей.
Они стояли под струями, обнявшись. Пар заволок всё вокруг.
— Ты устал? — спросила она.
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Он прижался щекой к её плечу. — Устал.
— От чего?
— От тебя.
— Это плохо?
— Это хорошо.
Она повернулась к нему. Поцеловала.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Джульетта.
Она улыбнулась.
— Пойдём в кровать, — сказала она.
— Пойдём.
Они вышли из душа. Вытерлись. Легли.
Джульетта положила голову ему на плечо. Её рука лежала на его груди. Он гладил её по волосам.
— Ты знаешь, что я хочу? — спросила она.
— Что?
— Ещё одного ребёнка.
Он замер.
— Сейчас? — переспросил он.
— Не сейчас. Скоро.
— Луке только три.
— Он будет старшим братом.
— Ты уверена?
— Да.
— Не боишься?
— Нет.
— Врёшь.
— Да. — Она подняла голову, посмотрела на него. — Боюсь.
— Чего?
— Что ты не захочешь.
— Хочу.
— Правда?
— Правда.
— Сколько?
— Двух.
— Трёх.
— Четырёх.
— Пяти.
Она засмеялась.
— Ты сумасшедший, — сказала она.
— Я знаю.
— Я люблю тебя.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Джульетта.
Она поцеловала его.
— Как назовём следующего? — спросила она.
— Не знаю.
— Предложи.
— Если девочка — София.
— Почему София?
— Это имя моей бабушки.
— Она была красивой?
— Очень.
— А если мальчик?
— Леонардо.
— Почему Леонардо?
— Это имя моего деда.
— Он был сильным?
— Он был мудрым.
— Это лучше.
— Знаю.
Она улыбнулась.
— София или Леонардо, — сказала она.
— Да.
— Ты уверен?
— Уверен.
— Не хочешь назвать в честь братьев?
— У них уже есть тёзки. Лука, Антонио. Хватит.
Она засмеялась.
— Ты прав, — сказала она.
— Всегда прав.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Она поцеловала его.
— Спи, — сказала она.
— Я не сплю.
— Я тоже.
— Тогда о чём будем говорить?
— О том, когда.
— Через год.
— Два.
— Полтора.
— Договорились.
Он обнял её.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю.
— Ты тоже скажи.
— Я люблю тебя, Лоренцо.
Она закрыла глаза.
Он смотрел на неё.
На её спокойное лицо.
