В его глазах я вижу что-то дикое, неукротимое, и этот взгляд заставляет меня трепетать от страха и… чего-то ещё, неизведанного.
– Пойдем, – его голос низкий и тихий, словно говорит с ребенком.
Я следую за ним, наши шаги звучат глухо на мраморных плитах коридора. Мы пробираемся через лабиринт роскошных комнат, каждая из которых кажется еще более пышной, чем предыдущая. Время словно замедляется, и каждый звук – отдаленный шорох, скрип дверей – усиливает мое напряжение. Сердце колотится, и я ловлю себя на мысли, что впервые ощущаю надежду за многие недели. Может быть, Марко действительно мой спаситель?
Мы спускаемся по винтовой лестнице, и я чувствую, как холодный пот стекает по спине. "А вдруг нас заметят? Вдруг Антонио узнает?" – мысли вихрем проносятся в голове. Стараюсь не смотреть по сторонам, но каждый раз, проходя мимо зеркала, цепляюсь за свое отражение – бледное лицо с широко раскрытыми глазами, полными страха и надежды.
Марко ведет меня через узкий коридор, затем сворачивает в небольшую комнату. Здесь темно, пахнет затхлостью и плесенью. Нет ни камер, ни следов недавнего присутствия людей. Он закрывает дверь за нами и выдыхает, словно сбросил с плеч тяжелую ношу.
– Теперь мы в безопасности, – говорит он, и я чувствую, как напряжение немного отпускает.
– Стой. Что это было? Зачем ты поцеловал меня? – мой голос дрожит, я пытаюсь контролировать дыхание, которое стало частым и прерывистым.
– Прости. Я не должен был это делать. Но этот отвлекающий маневр был нужен, чтобы ввести в заблуждение охранника, который следит за нами по камерам. Пока он будет думать, что мы с тобой уединились ради секса, мы успеем сбежать.
Его слова, казалось бы, дают мне передышку, но сердце продолжает бешено колотиться. Мы выходим из комнаты и продолжаем двигаться по коридору, который становится все уже и темнее. Я ощущаю, как воздух становится сырым и холодным. Отдаленные звуки капающей воды и скрипов усиливают ощущение опасности.
Внезапно замечаю картину с портретом девушки очень сильно похожей на меня. Не может быть. Это же вылитая я.
– Быстрее, – шепчет Марко, и я ускоряю шаг, стараясь держаться поближе к нему. Мы проходим через еще несколько дверей, деревянных и тяжелых, каждая из которых открывается со скрипом, словно предупреждая о нашем присутствии.
Марко ведет меня по узким, влажным коридорам подвала, и я чувствую, как мои ноги едва держатся от волнения и усталости. Воздух здесь сыро пропитан запахом плесени и соленого моря.
Наконец мы выходим наружу, и я чувствую, как свежий морской воздух наполняет легкие. Перед нами простирается берег, и на воде покачивается лодка. Но мой страх не исчезает – он лишь усиливается, когда я осознаю, что мы еще не в безопасности.
Берег пустынный, лишь слабый шум волн и крики чаек нарушают тишину. Марко ведет меня к небольшой лодке, стоящей на якоре у берега. Его уверенность и спокойствие передаются мне, и я начинаю верить, что, возможно, этот путь ведет к свободе.
– Вперёд, – Марко подталкивает меня к лодке, и я, не раздумывая, прыгаю на борт.
Он помогает мне забраться на борт, и я сажусь на скамью, чувствуя, как лодка слегка покачивается на волнах. Сердце бьется так, что кажется, вот-вот выскочит из груди. Слышу, как Марко заводит мотор.
– Держись крепче, – предупреждает он, и я хватаюсь за край лодки, пытаясь сохранить равновесие.
Мы отходим от берега, и я оглядываюсь назад, вглядываясь в темноту. Сердце продолжает колотиться, и я не могу избавиться от ощущения, что нас вот-вот поймают. Но, хотя страх всё ещё овладевает мной, я чувствую небольшую искру надежды – может быть, у нас действительно есть шанс.
Мы плывем в тишине, и я начинаю чувствовать благодарность к Марко. Он спас меня из той мрачной тюрьмы, где я провела, казалось бы, вечность. Смотрю на его лицо, освещенное слабым светом луны, и вижу в нем что-то большее, чем просто холодного мафиози. Возможно, он тоже хочет изменить свою жизнь. Возможно, у него есть свои причины помогать мне.
– Спасибо, Марко, – шепчу я, и он кивает, не отрывая взгляда от воды впереди.
Вскоре я замечаю огни на горизонте. Мы приближаемся к берегу и я испытываю радость. Но когда я вижу черные машины, стоящие на причале, мой энтузиазм сменяется тревогой.
– Марко, что это? – спрашиваю я, голос мой предательски дрожит.
Он кладет руку мне на плечо, и его прикосновение оказывается неожиданно успокаивающим.
– Не волнуйся, Эмма, – говорит он мягко. – Это мои люди. Они здесь, чтобы помочь.
Лодка медленно причаливает к берегу, и я вижу, как несколько мужчин в черных костюмах выходят из машин и направляются к нам. Они выглядят серьезными и сосредоточенными, но в их движениях нет угрозы. Марко помогает мне выбраться из лодки, и его люди тут же оказываются рядом, предлагая помощь.
– Все будет хорошо, – повторяет Марко, и в его глазах я вижу искренность. Но, несмотря на его слова, тревога не покидает меня. Я не знаю, куда мы направляемся и что ждёт меня дальше. Но сейчас, в этот момент, я выбираю верить ему.
Мы идем к машинам, и один из мужчин открывает передо мной дверь. Я оборачиваюсь, чтобы бросить последний взгляд на море, и глубоко вздыхаю. Возможно, эта поездка приведет меня к свободе. Или к новому плену.
Нэйтан
Который час сижу в полумраке, окруженный тишиной, нарушаемой лишь тихим гудением компьютера. Бледный свет монитора отбрасывает призрачные тени на стены. Воздух в комнате кажется густым и тяжелым, словно насыщенный моей тревогой и болью.
Мои глаза, уставшие от долгого всматривания в экран, неотрывно следят за разворачивающейся передо мной сценой. Каждое движение на записи камер наблюдения отдается болью в груди. Снова смотрю, как Эмма, словно в замедленной съемке, приближается к высокому охраннику. Ее глаза сияют, на губах играет легкая улыбка.
Чувствую, как холодок пробегает по спине, когда он притягивает Эмму к себе. Его большие ладони ложатся на ее талию, и я почти физически ощущаю, как что-то внутри меня надламывается. Их губы встречаются в поцелуе, который кажется мне вечностью. Я задерживаю дыхание, словно боюсь спугнуть этот кошмарный момент.
Не веря своим глазам, я снова и снова перематываю запись. Пальцы дрожат на клавиатуре, в горле пересохло. Каждый повтор сцены – как удар под дых. Я чувствую, как к горлу подкатывает тошнота, а в висках стучит кровь.
Пытаясь найти объяснение, я лихорадочно просматриваю другие записи. Но вместо утешения нахожу лишь новые доказательства их связи. Вот охранник смотрит на Эмму с нескрываемым восхищением,
