Адриана.
Когда диван прогнулся от тяжести рядом со мной, я открыл глаза и увидел ее. Она выглядела слегка растрепанной: волосы в полном беспорядке, глаза сонные, легкий румянец на щеках со следами от подушки. Все выглядело так, будто девушка проснулась, полностью удовлетворенная после безумной ночи.
– Закат сегодня вечером, – произнесла она, зевая.
– Что?
– Солнце садится вечером в субботу для воскресной ночи. – Адриана смотрела на меня, как на идиота. Когда я не отреагировал, она закатила глаза и вновь обратилась ко мне: – Ты же спросил, что это значит.
Сообщение.
Закат в субботу, накануне перед воскресеньем. В этом была логика, она права.
– Да, верно.
Я потянулся к ноутбуку и закрыл крышку, хотя степень загрузки подбора кода показывала лишь двадцать три процента, но времени ждать не было. Мне нужно встретиться с Джоном, иначе он станет занозой в заднице, после чего необходимо было успеть на склад до заката.
– И это все? – Адриана схватила со стола мою кружку с кофе и сделала глоток, но, сморщившись от горького вкуса, поставила ее обратно. – Как ты это можешь пить? Отрава.
– Не все такие сладкоежки, как ты, – сказал я, следя за тем, как она убирала каплю с нижней губы, и представил совсем другое.
Нет, черт возьми, остановись.
– Все мы немного сладкоежки в этой жизни, зануда.
Зануда? Она только что серьезно назвала меня так?
Я был кем угодно, но только не занудой, черт побери.
– Хм, верно, однако… – Я намеренно приблизился к ней на пару дюймов, зная, что это вызовет реакцию ее тела, и оказался прав в предположениях, когда тихий стон вырвался из ее рта, а блестящие глаза скользили по мне, следя за каждым движением, и остановились на моих губах. Как бы она ни сопротивлялась и ни сдерживала себя, ей нравилось, когда я нахожусь близко, когда наши тела тесно, почти вплотную прижаты друг к другу, когда мои губы нависают над ее ртом, поэтому я решил, что это отличный повод показать девушке, какой из меня зануда, потягивая ее за ниточки. – Я предпочитаю другой вид сладости на губах.
Как бы невинна Адриана ни была, она не глупа. Лесные глаза поднялись к моим, увеличившись в размере от непристойных намеков. На секунду она замерла, сжимая пальцами край моей футболки на себе, возможно, чтобы сдержать нарастающее волнение. Но она не дала мне времени поразмышлять над этим или сделать что-то, о чем мы оба пожалеем, но вскочила с дивана как ошпаренная.
– Ты уже позавтракал? – Ее голос стал глубже и слегка охрип.
Я ухмыльнулся от того, как Адриана попыталась поменять тему и выйти сухой из воды, но был готов поставить сотню баксов на то, что в данный момент она явно не соответствовала определению «сухая».
– Нет, мне нужно бежать.
Адриана застыла у холодильника и развернулась ко мне с тревогой на лице.
– Ты опять оставишь меня одну?
– Я не могу взять тебя с собой.
– Но…
– Адриана. – Мой голос прозвучал резко, отчего она подскочила на месте, но я не собирался ее пугать, поэтому попробовал снова, но уже мягче. – Мне жаль, но ты вынуждена остаться здесь в целях безопасности.
– Безопасность? – Она сделала шаг в мою сторону и встала напротив, запрокинув голову так, чтобы смотреть мне в глаза.
Смущение и отчаянное желание мгновенно исчезли с ее лица. Сейчас она выглядела как дикая кошечка, которая готова выцарапать мне глаза:
– Здесь? Посреди темного леса? Одна среди диких зверей? Ты издеваешься надо мной?
– Поверь, это лучше, чем среди людей. – Она выросла в этом мире, но все еще верила в сказки и носила розовые очки. – Здесь тебя никто не найдет и не причинит вреда. Но там, вдали от этих лесов и гор, которых ты так боишься, есть монстры хуже, чем звери, которые не имеют никаких нравственных границ. – Она такая маленькая по сравнению со мной и ниже дюймов на десять, отчего мне пришлось наклониться к ней, чтобы взять прядь ее мягких волос и накрутить их на палец, смотря в бездонные глаза. – Они могут напасть даже на безобидную девушку, и их ничто не остановит. А ты являешься целью, добычей, которую картель и любой другой придурок готовы будут схватить при первой же возможности, чтобы причинить боль твоему отцу. Просто потому что они могут.
Мои слова подействовали на нее, заставив задуматься и осознать серьезность происходящего. Ее глаза-бусинки смотрели на меня с легким испугом. Для ее же блага ей необходимо было снять чертовы розовые очки и увидеть окружающий мир в тех красках, в какие он окрашен на самом деле. Без прикрас и лжи, без скрытых моментов и идеализации. Она не жила в сказке, в мире не существовало принца на белом коне, который спасет ее от монстров, и они не будут жить долго и счастливо в своем замке на холме. Ей нужно было понять, что она родилась в мире монстров, где нет «долго и счастливо». И я такой же монстр, использовавший ее слабые места для достижения желаемого. Проклятье.
Отпустив Адриану, я потянулся за пистолетом, лежащим в черной сумке у стола. Проверив его, я подошел к ней и взял ее за руку. Она не сопротивлялась и не задавала вопросов, пока я вел ее на улицу.
Мы спустились с террасы, чуть отдаляясь от дома и направляясь в сторону леса. Адриана была все еще в пижаме и с босыми ногами, но не протестовала и следовала за мной. Гребаная вера. Она даже не спросила, куда мы идем.
Дерьмо.
Ей не следовало быть такой доверчивой. Для ее же блага, черт возьми!
Мы остановились на лужайке недалеко от дома, на открытой местности. Напротив нас из земли торчала конструкция с деревянной доской, на которой вчера вечером я нарисовал мишень для пулевой стрельбы. После нападения в Чикаго я подумал, что было бы неплохо научить Адриану стрелять, и подготовил все, пока она спала.
Мы встали в трех ярдах от мишени, я потянул Адриану к себе и встал позади нее. Мурашки покрыли ее смуглую кожу, когда поднявшийся ветерок легко к ней прикоснулся. Ее глаза расширились от удивления, когда осознание происходящего наконец пришло, но она по-прежнему ничего не произнесла и делала все, как я велю.
– Поставь ноги чуть шире для опоры и немного согни их в коленях. – Я положил ладони на ее бедра, заставляя их опуститься. – Подними руки выше, вот так. – Я помог ей, показывая нужный уровень. – Направь их в сторону мишени. Они должны быть полностью выпрямлены в локтях –
