деньгам. Огромным деньгам. Генерал вдыхает полной грудью воздух. Но в этот момент слова словно взрываются в повисшей тишине:
– Генерал Сергей Борисович, – голос офицера звучит почти уважительно, но в нем есть металл. – Просим пройти с нами.
Сергей Борисович встает.Улыбка гаснет. На лице шок и непонимание.
– Не понял… Это шутка?
– Отнюдь. Вас обвиняют в превышении полномочий, злоупотреблении властью и организации преступной схемы.
Макар замирает за стеклом и впивается двумя руками в край стола. Сергей Борисович делает шаг в сторону выхода, но ему уже надевают наручники.– Вы не понимаете! Я разоблачил эту схему … Это я вам принес на блюде громкое дело.
– И еще вас обвиняют в убийстве полковника Соболева. – добавляет безэмоционально офицер. Генерал оглядывается, словно боясь увидеть привидение.
Дверь открывается без единого звука и в комнату входит Макар. Он становится напротив генерала. Прямой взгляд. Ровное дыхание. Спина прямая. Все те годы ненависти и боли сейчас сжались в один взгляд.
– Мальчишка, сосунок! Надо было убить тебя вместе с этим идиотом еще тогда! Думаешь, ты сделал ход? Я должен был переломать тебе хребет тогда, когда ты еще в игрушки играл. Но ничего, мальчик… Партия не закончена. – он кричал и брызгал слюной. Его волосы сбились и некрасиво нависали над одутловатым лицом. Но Макар не боялся его угроз. Гораздо больше он переживал сейчас за другое. Как она там одна? А если что-то пойдет не по плану?
Макар быстро попрощался с коллегами с которыми был на ежедневной связи последнюю неделю и выехал на такси в аэропорт. Там перелет и можно будет запрыгнуть в серый внедорожник, чтобы наконец помчаться по знакомой дороге домой. Он несколько раз открывал интернет и искал любую информацию. Но пока была в новостях тишина. Две операции должны были идти одновременно, одна – в Москве и вторая – в Бурдаковке. Но у Кати в отличие от него не было такого опыта. "Она справится", – словно заведенный мысленно повторял он.
В такси по пути в аэропорт Макар снова и снова обновлял ленту новостей. Ничего. Звонить ей сейчас он боялся. В такие моменты любой звонок может стать последним. Он снова обновил ленту. И вдруг… заголовок, который пронзил насквозь, будто разряд тока: "В Челябинской области вскрыта масштабная преступная сеть. Арестованы 62 человека в Москве и регионе".
Макар выдохнул Медленно, глубоко, будто только сейчас позволил себе дышать.Два ареста он видел своими глазами в Москве. Остальные… прошли там, где она осталась одна. Катя. Моя сильная, хрупкая Катя.
Он сжал телефон в руке так сильно, что костяшки побелели.
– Ты справилась, – прошептал он, глядя в экран. В телефоне раздался беззвучный звонок и он тут же ответил:
– Привет.
Катя не могла говорить долго, но успела, сказать самое главное – что с ней все хорошо. Макар выдохнул. Но все равно всю дорогу думал о ней и представлял как сильно она нуждается сейчас в его поддержке. А его как назло нет дома. Выйдя из аэропорта он нашел свой автомобиль там же, где и оставил и с удовольствием подумал о том, что хорошо, что хоть какие-то вещи в мире остаются стабильно предсказуемыми.
Несколько раз за дорогу он набирал Кате, но ее телефон молчал. Возможно, после такого стресса, она отключила мобильный и легла спать, а может сделала себе ванну со всеми этими ароматическими смесями и солью, которые у нее всегда под рукой? Но приехав, он обнаружил, что жены дома нет и тревога плотным кольцом сдавила его за горло.
Макар нерешительно оглянулся в комнате на втором этаже. Кажется, она даже не возвращалась сегодня домой. Последние слова генерала возникли в голове, а еще он снова подумал о том, что в городе остался его тайный агент. Макар прильнул лбом к холодному стеклу окна, но в этот момент вдалеке рассмотрел, что что-то происходило возле мэрии.
Он сбежал по ступеням и даже не успев закрыть дверь, рванул в сторону площади. Люди стояли плотной стеной, переговаривались, кто-то держал в руках цветы, флаги, кто-то снимал происходящее на телефон. Макар остановился на краю толпы и увидел ее.
Катя стояла на ступенях мэрии. Спокойная, уверенная, в светлой рубашке и черных брюках, волосы убраны назад. Рядом – Алевтина, Леша, Павел и Мария Петровна. Катя держала микрофон.
– Друзья… дорогие мои красовчане и красовчанки! Красивые люди! Мы с вами возвращаем городу настоящее название. А вместе с именем к нему вернется и нормальная жизнь. – ее голос звучал твердо, но одновременно и мягко. – Мы не можем вернуть тех, кто попал в жернова чудовищной железной пасти зверя, поселившегося в нашем городе. Но сегодня мы знаем, что их жертва не напрасна и правда восторжествовала. Такие слова кажутся банальными, только когда не касаются нас самих. Но в этом городе, я знаю, они вызывают дрожь по телу в каждой семье.
Площадь зашумела, выражая свое согласие и одобрение. Макар застыл в нерешительности. Это была действительно его Катя?! Она держала внимание целой площади, на которую собрался, казалось, весь город. Макар почувствовал как тихая радость и гордость за нее наполняет его грудь новым воздухом.
– Сегодня мы здесь, потому что мы хотим жить честно и устали бояться. Вы все вместе – победили и доказали, что возможно все!
Толпа снова загудела одобрением.
Алевтина шагнула вперед:
– Я предлагаю вернуть в школу Марию Петровну! Она – сердце этой школы, и таких людей нельзя терять!
Несколько минут люди что-то обсуждали, объединившись по группам, и наконец раздались крики, что инициатива поддержана. У нее есть опыт, половина тех, кто стоит на этой площади сами учились у Марии Петровны.
Дальше Макар застыв, слушал, как на посты, которые занимали раньше члены организованной в городе преступной группировки, горожане предлагали свои кандидатуры, обсуждали их и утверждали.
Макар подошел ближе.
– А пожарная часть? – раздался голос. – Кто теперь возглавит ее?
Катя оглянулась на толпу и спокойно сказала:
– Я предлагаю на должность начальника пожарной части Макара. Площадь на секунду застыла в тишине. А потом всплеск голосов:
– Что она говорит? – Какого Макара?! – Его же убили! Катя подняла руку, прося тишины. Гул постепенно стих. Ее голос зазвучал твердо, но тепло:
– Я знаю, вы все считаете, что Макара больше нет. Но в этот город почти одновременно приехали два Макара. Один действительно стал жертвой престпников. А второй… Он стоит здесь, среди вас. Просто вы знаете его под другим именем. Моего мужа вы привыели называть Дмитрием Соболевым. Долгое время я думала, что фамилия тоже ненастоящая и не понимала
