на мягкий ковер, отбив себе копчик. От боли зазвенело в ушах, на глаза навернулись горячие слезы. А от идиотской ситуации, в которой она оказалась, из груди вырвался короткий, сдавленный смешок.
Ну что ей стоило вообще проспать возвращение хозяина?
Почему сразу не отошла от окна?
Горело лицо, уши, шея и даже, кажется, грудь. Она едва сдерживала смех, закусив пальцы здоровой руки, внимательно поглядывая на Маргариту, которая повернулась на другой бок и снова спокойно засопела во сне.
Сидела и беззвучно хохотала. Пока не услышала шаги уже в доме.
Осторожно поднялась на ноги и прихрамывая, вернулась на свое кресло, понимая, что не выйдет теперь из детской даже под страхом смерти.
Чувствовала и смех, и одновременно злость на Громова. Пока Марго ждала его у окна — он развлекался с собственной помощницей!
Устроилась опять поудобнее, закрывая глаза, но не проходящее чувство досады не давало покоя. Как маленький камушек в ботинке. Противный и болезненный.
Сердце гулко колотилось в груди, адреналин не давал успокоиться и постараться заснуть.
Она повернула голову, устраиваясь поудобнее и с ухмылкой подумала, что утром неудобно будет всем троим.
Снова закрыла глаза.
В комнату очень тихо постучали.
* «Лабиринт» (англ. Labyrinth) — фантастический фильм 1986 года. Фильм рассказывает о юной девушке Саре (Дженнифер Коннелли), отправившейся в путешествие по странному миру-лабиринту, чтобы спасти своего брата от короля гоблинов Джарета (Дэвид Боуи).
** Каждое твое утро я раскрашу золотом,
Каждый твой вечер сделаю днем Валентина,
хотя мы до сих пор чужие люди
Мы выбираем путь
Между звездами
Я оставлю свою любовь
Между звездами
36
Алия повернулась на другой бок и сделала вид, что не слышит. Стук повторился, на этот раз дольше и настойчивее. В кровати заворочалась Марго.
Прошептав проклятия, Лия встала с кресла и чуть приоткрыла двери. Громов стоял, чуть облокотившись на косяк и терпеливо ждал, покручивая часы на запястье.
— Совсем офонарел? — прошипела женщина. — Ты ж Марго разбудишь….
— Мне помощь нужна, — ее возмущение не произвело впечатления.
— Что? — изумилась Лия. — Боюсь спросить, в чем?
Он вздохнул. Как она заметила, пиджак он уже снял, остался в одной рубашке, расстегнутой на верхнюю пуговицу, воротник слегка помят.
— Тут такое дело…. — взъерошил волосы на затылке, — можно взять что-то из твоей одежды?
Лию разобрал смех, который она с трудом сдерживала.
— У вас ролевые игры? — не выдержала, зажимая рот ладонью.
— Да, бл…. Если бы, — он тоже начал тихо смеяться. — Пьяная она лежит. И рвет ее….
— Не повезло, — Лия оперлась на косяк и едва сдерживалась. — Вот она — птица обломинго!
— Лия, — Вадим покраснел и сам пытался говорить спокойно, — я серьезно. Девке плохо по полной программе. Боюсь придется ей капельницу ставить….
— А ну да, ты же доктор…. Халат надеть не забудь, — слезы хлынули из глаз женщины.
— Слушай, ну хватит… я реально впервые в такой ситуации…. Ее бы переодеть надо….
— Что, не знаешь, как женщину раздевать? — из-за зажатого рта Лия едва не хрюкала от смеха.
— Лия! Она моя помощница!
— Одно другому, насколько я знаю, не мешает…
— Это что, — он вдруг хитро прищурил глаза, — ревность?
— Побойся бога, Громов, — Лия вытерла глаза тыльной стороной ладони. — Я искренне заценила ситуацию. Ты притаскиваешь домой девушку, и такой облом!
— А куда мне ее прикажешь девать? — шёпотом прикрикнул он. — Я ее пригласил, чтобы она меня сопровождала…. Нельзя же идти одному на такие мероприятия. Все время вот так ходили. Она вообще-то почти никогда не пила — пару глотков вина или шампанского. Знала, что это работа, а не…. — он смутился, — ничего другого. Я ее потом домой отвозил. А тут выпила бокал под конец вечера, и ее развезло конкретно. Уже в машине плохо стало. Бросать ее, что ли, было? Она до крыльца-то дойти не смогла — пришлось на руках нести. Положил в гостевой, ее рвет, мечется вся… мокрая. Сдается мне, что кто-то из коллег ей свинью подложил — намешали что-нибудь, — он покачал головой. — Не очень ее коллеги любят….
— Ой, а что так…. — фыркнула Лия.
— Ну…. Господи, Лия, да молодая она, а уже — моя помощница. Вот и думают все, каким местом она это место получила в 24 года.
— Так, Громов, избавь меня от подробностей. Пошли, дам тебе что-нибудь из своих вещей, — Лия оглянулась на спящую Маргариту и выскользнула из комнаты. Проходя мимо Вадима, покачнулась. Он моментально поддержал ее под локоть.
И в тот же миг Лию накрыла волна аромата — резкая, обжигающая, слишком знакомая, чтобы её можно было спутать. Запах леса после дождя, дымной хвои, тяжёлого, густого тепла. Запах, который она когда-то любила до беспамятства. Запах, от которого у неё выбивало дыхание и ломило сердце. Запах Андрея.
Громов тоже замер.
— Лия…. Ты что…. меня обнюхиваешь? — его глаза ярко блестели в полумраке коридора. — Так, я не пил. Хочешь — дыхну. И с бабами тоже не обнимался. И засосов на шее нет, смотри сама, — он одним движением свободной руки оттянул ворот рубашки, обнажая шею и ключицы, словно хотел доказать невиновность самым очевидным способом.
— Отвали, Громов… — Лия резко оттолкнула его руку, будто ожог. — Твой парфюм… — голос охрип. — Откуда он?
Лицо Вадима потемнело, он молча смотрел на нее.
— Алиса подарила, — ответил, наконец, глухо. — Я давно им не пользовался.
— Так какого лешего начал? — огрызнулась Лия, понимая, что злиться совсем не на него.
— Разрешения у тебя спросить? — он тоже не остался в долгу. — Подари мне свой парфюм — буду пользоваться.
Лия отвернулась и пошла в свою комнату. Громов, постояв секунду, пошел за ней.
Терпеливо ждал, пока она найдет в шкафу запасную футболку и шорты.
— Алиса… — откашлялся он, — подарила мне его сразу после свадьбы. Говорила, что очень любит его. Рассказала, что, когда ей было 8 лет, ее спас человек. Молодой парень. Вытащил ее из огня. И этот аромат ей его напоминал…. Мне тоже он нравится, но после ее смерти, я… не мог им пользоваться. А недавно нашел и… Я ж не знал…
— У Андрея был такой парфюм, — глухо сказала Лия, не оборачиваясь, но сжав ткань футболки в руках. — Прости, Вадим. Ты здесь ни при чём. Держи, — она обернулась и отдала ему вещи.
— Ээээ… — он замялся, — слушай. Ты поможешь ее переодеть?
— Ты сейчас шутишь, да?
— Нет. Я не очень хочу делать это в одиночестве, чтоб потом…. Не было вопросов и недопониманий.
Лия приподняла бровь, подумала и кивнула. Вместе они прошли в гостевую комнату, где лежала бледная, сероватая Диана.
