рот… Очень! — Мои движения становились все медленнее. Я входил в нее миллиметр за миллиметром, наслаждаясь ее страдальческим выражением лица. Янка пыталась двигать бедрами навстречу, но я крепко прижимал их к холодному стеклу, лишая всяческой возможности двигаться.
— Я больше не буду! — сквозь стон прошептала она.
— Что конкретно?
— Не буду пить!
— Пей, милая… Пей, но только дома! — я чувствовал, как оборвалось сердце, когда я отпустил ее бедра и вошел так глубоко, как только мог. Янка распахнула глаза, вновь вспыхнувшие ярким пламенем.
***
— Я не могу пошевелиться, — на мою грудь легла тонкая ручка. Она выписывали круги, перебирая волосы. Я лежал на боку, а Янка прижималась всем телом к моей спине, перекинув правую ногу.
— Ян, открой дверь! — Мы проснулись от настойчивой трели домофона. И этот гость явно не планировал уходить так скоро.
— Это твоя квартира, — прохрипела она.
— У меня другое мнение на этот счет. — я поднял голову и осмотрелся. Мы так и уснули на полу, лежа прямо на шубе.
— Ты мне должен шубу.
— Почему я? — перевернулся на спину, чтобы увидеть ее лицо.
— Потому что у тебя не хватило сил, чтобы донести меня до кровати! — Янка почти шепотом произнесла эти слова и покраснела. Щеки вмиг стали пунцовыми, а густые ресницы затрепетали, как крылья мотылька.
— Я закинул деньги на карточку, с остальным ты справишься.
— Мне не нужны деньги!
— А я не умею покупать шубы! Вставай, там может быть кто угодно. Начиная с Лазарева, заканчивая твоим отцом.
— Отцом? — взвизгнула Янка и бросилась в ванну, прикрывая хорошенький зад крохотной ладошкой.
— Черт! — я сгреб валяющуюся одежду, забросил в гардеробную и, накинув халат, пошел к двери. — Да!
— Олег, это Виктор, охранник. Утром оставили сумку для Яны Викторовны, — пробубнил парень.
— Виктор, сможешь занести?
— Да, конечно!
— Отбой, Кролик, сегодня порка ремнем от папки отменяется, — я остановился у двери в ванную, слушая, как включилась вода в душе. — Б*ять!
Сел в новое кожаное кресло и закурил, включив кофемашину. Внимательно рассматривал стальной агрегат, заполняющий маленькие чашки ароматной жидкостью, а сам все равно вспоминал подробности прошлой ночи. Почти залпом выпил кофе, не ощущая вкуса. Выпил, словно воду. Отвлек стук в дверь.
Достал из комода деньги и отблагодарил услужливого охранника. Как только дверь захлопнулась, бросился в душ.
— Олег! — Янка взвизгнула и стала крутить головой в поисках укрытия. Прозрачная стеклянная ширма не могла скрыть ее.
— Прогони меня! — зашипел я, наблюдая, как по телу струится вода. — Прогони!
— Нет… — прошептала она, опуская руки, которыми до этого старалась прикрыть собственную наготу. — Один раз…
Она стояла, опустив взгляд, но потом вздрогнула и подняла свои голубые, как море, глаза. С длинных ресниц падали капли. Они катились по щекам, а Янка слизывали их розовым языком. Щеки вновь зарумянились, а жилка на шее стала быстро пульсировать.
— Ян, ты пожалеешь! — сбросив халат, встал под душ.
— Ты запугиваешь?
— Я обещаю….
Янка
Тяжелые пакеты с продуктами перевешивали. Увидев меня, услужливый охранник Виктор бросился на помощь.
— Яна Викторовна! Нельзя таскать такую тяжесть! — он помог занести пакеты в квартиру.
— Спасибо, Вить!
Я прислушалась к тишине. Только тихий писк Снежка создавал ощущение жизни в этой огромной квартире.
— Привет, милый мой! — подняла кроху с пола и стала целовать в крошечный черный носик. — Ты скучал?
Я ногой подталкивала пакеты с продуктами к кухне. Все тело ныло, а глаза просто закрывались. Едва держалась, чтобы не уснуть в универе. Как назло, сегодня были самые важные пары и слинять никак не удалось. Бросила взгляд на часы. Через час должны привести новую мебель.
Вибрация телефона заставила отвлечься от распаковки продуктов.
— Растяпа! — на каменной столешнице лежал телефон Олега, на экране которого высветилась фамилия Лазарева. — Да.
— Янка, ты?
— Да. Но ты можешь меня назвать Ваше Величество. — хихикнула я, погружаясь в воспоминания, от которых заныло внизу живота.
— Олег где? — Лазарев прокашлялся.
— Я откуда знаю? Когда я убегала в универ, он еще был дома. Я только вернулась.
— А… Ладно. А посмотри, пожалуйста, его машина стоит под окнами?
— Блин, ты думаешь, он бросит свою ласточку? — я выбежала на балкон, пытаясь вспомнить, где мы вчера припарковались. — Нет, машины нет.
— Ладно, Янка-обезьянка! Пока!
— Стой, а что случилось?
— Дозвониться весь день не могу!
— Ладно, пока. Там мебель привезли.
*****
Боролась со сном, пока собирали мебель, занимая себя домашней работой. Приготовила обед и с дрожью в руках убрала бутылку шампанского в холодильник. Постояв немного, добавила еще одну. Сказать, что я надеялась на повторение — ничего не сказать, потому что просто жаждала этого. Никогда не думала, что ощущение близости с мужским телом может опьянять сильнее, чем алкоголь. Его грубоватые, но уверенные движения рук, то, как он играл моим телом — все это было сказкой, сном. Олег ни разу не отвернулся, не закрыл глаза. Он впитывал каждую эмоцию, считывая меня, как банковскую карточку. Как только он видел, что я на грани, менял позу и замедлялся, пытаясь растянуть ночь как можно дольше. Я была не против. Да что я вру! Если бы только знала, где он сейчас, то влила бы в себя пару бокалов коньяка и рванула к нему, завернувшись в шубку.
— Ну, хозяйка, принимай работу!
— Вы сами-то не проверили?
— Обижаешь, — сборщик облизался, глядя на коробки с алкоголем, стоящие на полу.
— Так, — я выключила утюг и зашла в гостиную, где собирали новые стеллажи и барный комплекс.
… Прямо в центре города утром прогремел взрыв. Со слов очевидцев, черная БМВ, припаркованная у ресторана «Пляж», взлетела на воздух…
— Черная BMW… Черная BMW… Черная BMW… — вновь и вновь повторяла я, не отрывая глаз от телевизора.
