Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 103
состоянии, чтобы обращать внимание на судейство. В основном все сводилось к тому, что у всех было понемногу по обе стороны от «отлично». Дэйв, однако, достаточно сильно отклонился в сторону «не очень», и Розалина стала чуть увереннее в своих шансах продержаться первую неделю.
Несмотря на то что он подал двухъярусный торт вместо трехъярусного, как должно было быть, ему каким-то образом удалось выглядеть одновременно дерзким и побежденным. Как будто он всем телом говорил: «Давайте, признайте, что это дерьмо. Мы же все это видим».
– Значится, с одним из слоев у тебя нелады, – начал Уилфред Хани, улыбаясь своей самой дедовской улыбкой. Словно был таким дедом, который весь был сделан из молочных карамелек. Она в самом деле была очень дедовской. – Но это неважно, если вкус такой, как надо.
Они разрезали его, и Марианна Вулверкот откусила кусочек.
– Вкус не такой, как надо.
Дэйв немного покачался на пятках и кивнул.
– Да пошли вы оба на хрен.
Съемочная площадка затихла, как будто все слышали, что в комнате есть оса, но никто не знал, где она. В данном случае осу звали Дженнифер Халлет, и было вполне понятно, кого она ужалит.
– Дэвид, – сказала она голосом, который мог бы разделить тесто для бисквита и разложить безе, – на пару слов.
После этого судейство пошло как обычно, прерываясь случайно подслушанными фразами типа «договорное обязательство», «щелочью будешь ссать» и «быстрее, чем ты побежишь гадить после пирожка с сальмонеллой», доносившимися извне.
Как только Дженнифер Халлет закончила вежливо объяснять Дэйву, почему его поведение было непрофессиональным и могло иметь негативные последствия, она привела его обратно и указала на место перед судейским столом.
– С последней фразы Марианны. Спасибо.
– Вкус не такой, как надо, – повторила Марианна Вулверкот с той же интонацией, что и в первый раз. – У розовой воды деликатный вкус, с которым легко переборщить, а ты явно с ней переборщил.
Последовало очень долгое молчание.
Дейв забрал две трети своего торта.
– Ага. Спасибо.
И все продолжилось. Анвита справилась, а Розалина была вполне сосредоточена, чтобы порадоваться за нее. Затем подошла ее очередь, и с каким-то отстраненным облегчением она поняла, что слишком эмоционально разбита, чтобы нервничать.
Марианна Вулверкот рассматривала свою порцию с видом знатока, которым, подумала Розалина, она и была.
– Выглядит хорошо, но довольно простой, и поэтому я не знаю, будет ли это достаточно «хорошо».
Плечи Розалины опустились. Она уже знала: если не станет посылать судей вслух, то, скорее всего, пройдет, но «Достаточно хорошо – это не достаточно хорошо» было неофициальным семейным девизом Палмеров. И она снова и снова показывала свою «недостаточную хорошесть».
Судьи разрезали ее торт, и Марианна Вулверкот ткнула в него ножом так, что Розалине, и без того расстроенной процессом, Аленом и всем остальным, это почему-то показалось неприятным.
– Нежная легкость, – сказал Уилфред Хани, увлеченно жуя. – Вкусный и с очень гладкой, влажной текстурой.
Отложив вилку, Марианна Вулверкот стала серьезной.
– Но на этом, к сожалению, почти все. Если бы он был идеальным, он мог бы стать лучшей выпечкой дня, но здесь он немного неровный… – Она указала на линию вдоль основания торта, где тесто осело и было плотнее. – И, похоже, ты передержала его в духовке на самую чуточку.
– Кроме того, – добавил Уилфред Хани, – он мог быть красивее, если бы ты сделала хороший ганаш. Или, например, использовала масляный крем, чтобы его украсить.
Ой, ну конечно. Запишите это в бесконечный список вещей, которые она могла бы сделать в своей жизни иначе.
– Ага, – сказала она. – Спасибо.
Когда Розалина вернулась за свою стойку, она пересеклась с Аленом, который уверенно шел вперед, держа в руках поднос, полный магии. Он не смотрел на нее, да и зачем ему было на нее смотреть?
Он аккуратно поставил свое творение перед судьями.
– Это шоколадный торт с базиликовым кремом. Подается с мятным мороженым. – Затем, после небольшой паузы и с самоироничной ухмылкой, – базилик из моего огорода, а мяту я… нашел и нарвал.
Судьи с благодарностью разрезали его, обнажая идеально ровные слои темного бисквита и бледного крема, а затем с жадностью попробовали.
– Это просто восхитительно, – промурлыкала Марианна Вулверкот. – Я волновалась по поводу базилика, но он удивительно хорошо сочетается с насыщенным вкусом шоколада.
Уилфред Хани отрезал еще кусочек.
– Черт побери, он великолепен.
По залу прокатилась волна вздохов. Это была неформальная коронная фраза Уилфреда Хани, и обычно он не произносил ее до третьего или четвертого эпизода. Очевидно, что Ален – помимо того, что был человеком, который никогда не стал бы лгать о своей жизни, – был еще и богом на кухне. А Розалина все испортила, став неуверенным разочарованием.
* * *
Итак, Ален победил. Совершенно ясно. Дэйв выбыл. Тоже совершенно ясно. А Розалина была в безопасности, ничем не выделялась и отчаянно хотела попасть домой. Увидеть дочку. Выпить бокал вина. Примириться с тем, что ее любимое хобби, от которого становилось лучше, – а именно выпечка – теперь стало третьим по величине источником стресса в жизни.
«Умница, Розалина. Как всегда, на высоте».
К сожалению, прежде чем она смогла сделать что-либо из этого, ей пришлось подождать. На парковке. Пока ее заберет отец. Как будто ей было шестнадцать лет и она попала не на ту вечеринку. Это была одна из проблем съемок в живописной сельской местности: в воскресенье из Тапворта не ходят поезда. Что на практике означало еще одну услугу, которую Розалина будет должна своим родителям.
Вероятно, ждать придется долго. Мистер Сент-Джон Палмер – человек столь успешный в медицине, что стал доктором, а затем снова вернулся к практике, – имел обыкновение приезжать с опозданием, мотивируя это тем, что он очень занят и важен. И все бы так и было… как было. Кроме Алена, который, как стоило догадаться Розалине, оказался в похожей ситуации и зависел от кого-то столь же ненадежного.
Несколько минут они стояли в тягостном молчании.
– Поздравляю с победой, – попробовала заговорить Розалина.
– Спасибо.
Что же, по крайней мере он ответил.
– Еще раз прости за… в общем, за ложь.
– Розалина… – Его рот искривился в кривой ухмылке. – Если бы это случилось не со мной, я бы подумал, что это уморительно. Но что есть, то есть. Поэтому мне потребуется чуть больше времени, чем обычно, чтобы понять, что это смешно.
– Теперь ты можешь рассказывать на свиданиях историю про «девушку, которой я так понравился, что она придумала себе жизнь в Малави».
Он рассмеялся, несколько неохотно.
– Надо было что-то заподозрить, ведь ты так мало об этом рассказала. Я знаю нескольких
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 103
