если я захочу, чтобы ты это сделал? - спросил он.
В моих ушах заревело, когда я попытался осмыслить его слова.
- Мика...
Он слегка подтолкнул меня вперед.
- Нарушь свое обещание, Кон.
Глава двенадцатая
Мика
Он не спросил, уверен ли я, и не успокоил последующим поцелуем.
Я был рад обоим этим пунктам, потому что, когда губы Кона прижались к моим, был готов.
Очень готов.
Проблема была в том, что я понятия не имел, какого черта делаю. Так что я ничего не делал, просто стоял и впитывал все ощущения, начавшие захлестывать меня, когда твердые губы Кона снова и снова касались моих. Все тело, которое с самого начала было в состоянии повышенной готовности, пришло в возбуждение. Жар разлился в крови, и мне казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди. Кожа горела и покалывала всякий раз, когда соприкасалась с кожей Кона, что было довольно часто, поскольку он был одет в спортивную майку без рукавов. Когда его руки обхватили меня, чтобы притянуть ближе к себе, я положил ладони на его бицепсы. Они были скользкими от пота, и каждый мускул напрягался при малейшем движении Кона.
Короче говоря, я был потрясен. Целиком и полностью. Я хотел касаться его везде. Хотел потереться пахом о его пах, чтобы боль в штанах прошла. Но больше всего на свете я хотел поцеловать его в ответ.
Я просто понятия не имел, как это сделать, и слишком боялся все испортить, чтобы пытаться. Я подумал, что смогу притвориться, что все получилось, но через несколько секунд после поцелуя Кон чуть отстранился. С его губ сорвался хриплый вздох. Он прижался своим лбом к моему и прошептал:
- Прости.
Я хотел спросить его, за что он извиняется, но тут его губы снова прижались к моим. Вместо крепкого, этот поцелуй был мягким, сладким и слишком коротким. За ним последовал еще один. Потом еще один.
Весь жар внутри с каждым нежным поцелуем, которым Кон касался моих губ, стал превращаться во что-то другое. Как будто что-то росло во мне... что-то, что я не мог определить. Что-то... большее.
- Кон? - Спросил я в замешательстве.
- Держись за меня, милый, - пробормотал Кон в ответ, хотя я понятия не имел, откуда он знает, что со мной происходит, в то время как я этого не знал. Но я сделал, как он сказал, и обвил его шею руками, причем загипсованной под неудобным углом. Его руки обхватили крепче, а затем он прижал меня к дереву, хотя основная тяжесть пришлась на его руки.
Когда Кон поцеловал меня в следующий раз, это было медленнее и тяжелее. Мне казалось, что он что-то вытягивает из меня, и всякий раз, когда он прерывал поцелуй, я ловил себя на том, что следую за ним, возобновляя контакт. Инстинкты, наконец-то, взяли верх, и я начал отвечать поцелуем на поцелуй. Но когда его язык скользнул по моим губам, я подпрыгнул от неожиданности. Он продолжал целовать меня, и как только я снова стал целовать его в ответ, он сделал то же самое. На этот раз я был готов к этому, и, когда он в третий раз провел языком по моим губам, я автоматически открылся для него, чтобы увидеть, каково это.
Это был рай.
Абсолютный рай.
Я вздохнул, когда Кон проник языком в рот и провел им по моему языку. По спине пробежал жар, а в паху стало невыносимо тесно, когда вся кровь в теле, казалось, устремилась вниз. Я понимал, что происходит, потому что много раз дрочил себе, но никогда бы за миллион лет не догадался, что поцелуй может сделать то, на что в прошлом была способна только рука.
- Кон! - воскликнул я, когда он прервал поцелуй, чтобы мы оба могли отдышаться. Желание быстро выходило из-под контроля, и я боялся этого. Самоудовлетворение всегда было такой простой вещью, такой же биологической потребностью, как еда или сон. Раньше это не поглощало меня так сильно.
- Ты доверяешь мне, детка? - спросил Кон между тяжелыми, одурманивающими поцелуями, от которых у меня закружилась голова. Я задвигал бедрами в надежде немного ослабить давление на член.
Я кивнул, потому что у меня не было возможности произнести хоть слово.
Губы Кона прижались к моим. Его язык облизал каждую поверхность, прежде чем начать танцевать с моим языком, но это было еще не все. Его руки тоже пришли в движение. В конце концов, одна оказалась прижатой к моей заднице, а другая обвилась вокруг шеи. Я вскрикнул, когда его твердый член прижался к моему через ткань нашей одежды. Слезы навернулись мне на глаза, когда Кон стал тереться об меня. По телу пробежали электрические разряды, когда клубок желания внутри стал сжиматься все туже и туже.
- Пожалуйста, - прохрипел я, но не был уверен, хочу, чтобы он продолжил или закончил и принес облегчение, в котором я нуждался. Было так хорошо в его объятиях, что я не хотел, чтобы это прекращалось, но ощущения, разливавшиеся по всему телу, пугали меня до чертиков.
В ответ Кон прижал меня спиной к дереву. Он убрал руку с задницы, схватил меня за ногу и начал поднимать. Я понял, чего он хочет, и использовал дерево позади себя как рычаг, чтобы приподнять бедра и обхватить его ногами. Как только я это сделал, руки Кона обхватили мое лицо, удерживая неподвижно для одурманивающих поцелуев, заставляющих меня подниматься все выше и выше.
И его бедра. Боже, они просто терлись об меня. Трение о мой член было мучительным в лучшем смысле этого слова.
- Блядь, да, детка, оседлай меня, - прорычал Кон мне в губы. - Такой красивый, - добавил он, затем оторвал свой рот от моего и опустил взгляд между нами. Тело отделилось от разума и действовало чисто инстинктивно. Я не узнавал себя, прижимаясь бедрами к Кону.
Я был уверен, что лучше и быть не может, но тут Кон просунул руку между нами и через несколько секунд расстегнул молнию на наших штанах, прижав члены друг к другу. Его горячая плоть, прижатая к моей, заставила вскрикнуть, будущий оргазм достиг последней стадии между подъемом и падением. Я услышал, как Кон сплюнул, и увидел, как густая струйка слюны попала ему на ладонь, прежде чем он обхватил оба наших члена. Я крепко сжимал его плечи, пока он дрочил нам обоим.
- Кон! - крикнул я, пока он
