высказывая шутки. — Представляете, если я проиграю, она же меня зажелеет. А вдруг, бросит и уйдёт к новому президенту. Так, есть у нас холостые претенденты? Есть! Ставлю на голосование — свадьба или выборы. Как народ скажет, так и будет.
Тему задали и всю ближайшую неделю обсуждали участие Романа в выборах. Его перспективу. Какая-то организация провела опрос и, оказалось, что Рутковские лидируют. Рутковский старший «прыгал» от радости. Ещё два месяца и он будет полноправным правителем планеты. И с каждым шагом достижения желаемого, ощущала Катя, что сдерживать себя шатену становиться всё тяжелей. Жестокость и злость в мужчине притупилась на время, пока он удовлетворялся игрой на публику. Но он хищный зверь, которому нравиться охота и игра с добычей. У Кати волосы на затылке шевелились от мысли, что это подобие человека станет президентом, главой города, — планеты. Чувствовала, что первым делом устроит он террор. Неугодных из своих нор повылазило, — толпы. И про охоту на людей — наслышана. Юра рассказал, что твориться за пределом города.
Роман пригласил Катю в бойцовский клуб, посмотреть бои без правил. Отказаться она не могла, хотя смотреть, как мужчины избивают друг друга, не горела желанием. Крови на работе итак хватало, а тут…
Солидное общество, в солидном бойцовском клубе. Зрелище грандиозное, денежное.
«Юра мог бы, и предупредить!» — смотрела Катя на своего сына на арене за сеткой. Удар, ещё удар… за мужа она так не переживала, когда он в соревнованиях участвовал, а тут… чуть-чуть посмотрела и ей плохо стало, затошнило.
— Что-то не так? — заметил внимательный «зверь», состояние спутницы.
— Можешь радоваться, — съязвила Катя, — нашёл ты мою слабую точку: не выношу драку.
Как и ожидалось, сочувствия она от мужчины не дождалась. Наоборот, вспыхнул в тёмных глазах садистский огонёк. Роман вызвался поучаствовать в одном из боёв. Да соперника себе выбрал вровень. А то, что знал боец что будет, если выиграть у Рутковского. Лёгкой смерть уж точно не будет. Так что подставлялся как спортивная груша. Катя просто не сомневалась в победе своего кавалера.
Довольным вернулся Роман с ринга к блондинке, но побыть наедине им не далее. Подошли несколько знакомых людей, чтобы высказать восхищение.
— Роман Рутковский, — подошёл поздороваться глава карьера, — какая неожиданность, а мы думали, что вы уже совсем нас забросили?
Сверкнул пузатый, лысый коротышка на спутницу всемогущего властелина, злобным взглядом. Блондинка не осталась в долгу, брезгливо одарила того в ответ. Особенно осмотрев подошедшего с ним парнишку, в ярком макияже и неоднозначной блузочке. «На вкус и цвет, товарища нет!»
А неприязненное отношение обоих было обусловлено неприятным разговором в недалёком прошлом. И всё из-за того придавленного парня, которому Катя не дала умереть. И именно этому начальнику пришлось выплатить пострадавшему на производстве приличную сумму. А инвалидность будет город оплачивать, пожизненно. Как сказал Рутковский старший, что Катя поступила опрометчиво, балласт он и есть балласт. Но ничего, вот пройдут выборы…
Катя понимала, что только страх перед Рутковским сдержал коротышку доделать начатое: добить парня, а в придачу и её, чтобы не лезла в чужие дела.
Лицемеры улыбались, делали паре комплименты, оказывали знаки внимания. На трон только не усадили, хмыкнула Катя, подумав, если бы он был, они бы сидели, а придворные бы хороводы вокруг водили. Голова у неё кружилась, ноги подкашивались.
— Ну, всё, не могу больше! — захныкала блондинка, — устала я!
Капризничать, не привыкать. Свою женскую норму, Катя и с таким бесчувственным садистом выполняла. Отрывать от кровавых зрелищ, не стала, а просто вызвала такси, извинившись, что дольше находиться с ним не может: утром на работу. Роман, как галантный кавалер проводил и посадил свою любимую девушку в машину. Не забыв прижать в тёмном углу и предложив уехать вместе…
Его настырность начинала ей надоедать, да пока действовал он аккуратно. Ждал своего выхода! После выборов ему всё будет не почём, и она будет в его власти. Нет — не воспринимались Романом, не принималось. А сейчас, — надо! У них сценарий на сегодня ещё не весь отработан.
— Остановите, пожалуйста, возле парка, — попросила блондинка таксиста остановиться.
— Уже темно, — обеспокоенно проговорил водитель.
Темно, но куда там остановить женщину, если она на что-то решилась. Мужчина не торопился отъезжать, провожая хрупкий силуэт взглядом.
Парк прекрасно освещался, и прогуливающиеся ночные парочки попадались повсеместно. Дойдя до условного места, Катя позвонила другу.
— Юра я на месте, — предупредила подруга, что готова.
Таксист, которого она отпустила, уже должен был вернуться к тому зданию, где проводилось бойцовское мероприятие. Рутковский должен был обратиться к таксисту, отвёз ли он его девушку домой? И услышав, что высадил у парка, забеспокоиться, позвонить, а, не дозвонившись, полететь искать её. И всё это должно было быть сделано на любопытных глазах.
Всё просчитано до автоматизма. Хотели кровавого зрелища, получите!
Глава 27
Где-то в городе стук в железную дверь привлёк внимание заспанного охранника.
— Кто там?
— Свои! Открывай, друг.
Услышав знакомый голос, мужчина открыл бронированную дверь. На пороге банка стоял его бывший коллега, уволенный месяца два назад. Мужчине было чуть за тридцать, но выглядел он за пятьдесят, и всё от чрезмерного употребления спиртного.
— А я иду, думаю, ты, не ты, на смене? Решил, тебе компанию составить. Впустишь? — неуверенно улыбнулся подвыпивший человек из-под натянутой на лицо кепки, при этом показав на бутылку крепкого алкоголя в кармане.
— Заходи!
Маленький, неприметный банк работал круглосуточно, расположившись обособленно между жилыми многоэтажками и ночным игровым заведением. В ночное время на работе дежурили один кассир и один охранник, днём кассиров было пять-семь, не считая начальника. Проходимость у банка считалась средней, минимальные кредиты и займы оформлялись с минимумом документов в любое время суток. Казалось бы ничего такого. Но прибыль организация отрабатывал с лихвой. А что? Никто никого не тянул за руку в их банк, мало того, чтобы брать под большой процент маленькую сумму, так ещё и расписываться, что отдадут всё в срок, оставляя под залог как движимость, так и недвижимость. Движимостью считалось рабское отрабатывание долга на какой-нибудь каменоломне. И попробуй, задолжай и не отдай. Отделение банка принадлежало Рутковским, и находилось под частной охранной самого Романа Рутковского. Вернее, под одной из его «левых» дочерних фирм по охране мелких предприятий. А на «левых» работах работали у Романа некомпетентные специалисты — люди с улицы — на таких неприглядных местах,
