деревне было безлюдно.
– Погуляем? Мне кое-что надо рассказать тебе. – Каюн с надеждой взглянула на подругу.
Дженни улыбнулась. Этой ночью Тхеджагви пришла к ней во сне и попросила ее и Каюн приехать в это место. Проснувшись, Дженни понятия не имела, как будет уговаривать на это Каюн. В последнее время они очень отдалились друг от друга. И вдруг та позвонила сама…
– Расскажешь мне про Муна? – поинтересовалась Дженни.
– Да, но не только… Сегодня мне приснился такой сон… Вернее… я смогла вспомнить!
Дженни схватила Каюн за руку в несвойственном ей резком порыве.
– Что тебе приснилось?! – требовательно выкрикнула она.
– Ты попробуй только мне поверить! Хотя это чистое безумие.
Каюн пытливо всмотрелась в лицо подруги. Но Дженни не выказала ни капли сомнений, наоборот, нетерпеливо сжала ей руку.
– Мне приснилась моя прошлая жизнь – та, которую я так крепко забыла. Это полный бред, но я уверена, что это даже не сон был, а, скорее, грезы наяву. Этого никак не могло быть, но точно было, и я никак не могу это объяснить! Я действительно смогла вспомнить… И теперь не представляю, что с этим делать.
– Я верю тебе! – сразу же отозвалась Дженни. – Я тоже кое-что узнала из своего сна, а я в них вообще не верю. Но тот, что мне приснился сегодня, – совсем другой!
От волнения обе девушки не могли говорить, и Дженни жестом показала на ряд скамеек у небольшой деревянной сцены. Сцена была пуста, представления не намечалось, и «ангелы» присели на первый ряд.
Реакция Дженни показалась Каюн неожиданной.
– Послушай, а в твоем сне было упоминание обо мне? Может, я была где-то рядом или ты узнала меня в другом человеке?
Каюн расширила глаза от удивления – откуда Дженни могла знать?! – и открыла было рот, чтобы рассказать о плакате с «ангелами» на стене, но их разговор внезапно прервали.
– Каюн, Минсу – наконец-то вижу вас вместе!
Одновременно обернувшись, девушки в ошеломлении обнаружили, что к ним обратилась девочка лет десяти – хотя голос ее и манера говорить принадлежали, казалось, взрослой женщине. Девочка была одета в традиционный ханбок ярко-бордового оттенка с объемной красной юбкой-чимой и оттого выглядела попаданкой из прошлого. Лицо ее лучилось счастьем. Она переводила взгляд с одной девушки на другую и молчала. Каюн в замешательстве покосилась на Дженни.
Та сразу же догадалась, что перед ними – Тхеджагви. Пусть в ее снах она больше напоминала привидение, а сейчас выглядела вполне здоровой румяной девчонкой, не узнать ее Дженни бы не смогла.
– Тхеджагви? – на всякий случай уточнила Дженни.
Девочка с видимым удовольствием закивала.
– Больше четырехсот лет прошло… Сегодня с моих плеч свалился тяжелый камень! Я ношу его с тех пор, как пообещала тебе, Минсу, соединить вас с сестрой. Сегодня моя миссия, наконец, выполнена!
Тхеджагви встряхнула узкими девчоночьими плечиками, показав, как тяжело ей далась их встреча.
У Каюн снова голова пошла кругом. Дженни была оплотом ее стабильности в этом странном мире, который сегодня дал серьезную трещину. И вот когда она, Каюн, только-только обрела опору, реальность вдруг снова сменила фокус… Что с ней происходит?! Она обернулась к Дженни в поисках спасения.
– Это какое-то представление?..
Но Дженни не смотрела на нее. Она буквально набросилась на девочку в ханбоке:
– Откуда ты знаешь о моем сне?! Я никому о нем не рассказывала!
Тхеджагви молча улыбалась.
– Этого не может быть! – с усилием выдавила Дженни. – Каюн не может быть моей сестрой из Чосона, которая умерла четыреста лет назад у меня на руках… Этого просто не может быть!
– Скажем так… в это трудно поверить, – терпеливо проговорила Тхеджагви. – Но объяснение можно со временем найти всему…
Они снова замолчали надолго, разглядывая друг друга.
Каюн очнулась от оцепенения первой.
– Даже если это звучит как бред… я была бы рада быть твоей сестрой, Дженни! Не знаю, что смогу еще вспомнить… Может быть, то, что поможет нам разобраться, но… ты для меня уже больше чем сестра!
Дженни тепло улыбнулась в ответ.
– И я тоже люблю тебя, Каюн!
– Вы можете продолжать сомневаться, – прервала их Тхеджагви, – но я все-таки расскажу вам кое-что. Это было очень давно.
Она подбадривающе улыбнулась обеим девушкам.
– Все случилось очень-очень давно, Каюн, но… ты все еще вспомнишь, дай себе время. Мы все проходим через сотни и тысячи жизней, в них мы переживаем бесконечный спектр чувств: от страданий и боли до эйфорического блаженства. В вашей чосонской реинкарнации вам выпала тяжелая доля. Ты, Каюн, рано ушла из жизни, а ты, Минсу, весь отведенный тебе отрезок земного пути несла в себе тяжелый груз утраты сестры… Лишь спустя четыреста лет кармический пазл сложился в вашу пользу, и вам удалось соединиться!
Она перевела взгляд на Дженни, и та ощутила, будто волны информации, воспоминаний заструились из глаз прорицательницы. Они теплыми волнами, кадр за кадром заполняли голову Минсу. Она еле сдержалась, чтобы не зареветь, когда вновь на секунду пережила смерть своей любимой младшей сестры тогда, несколько веков назад.
– У меня есть сестра… Настоящая сестра! – еле слышно выдохнула она.
В голове Каюн тем временем разноветным калейдоскопом кружились обрывки сразу нескольких жизней: ее кастинг в агентстве и уверенный взгляд Дженни: «Все получится, я с тобой!» – первый «настоящий» концерт с «ангелами», знакомство с Джунхо, наглые глаза Лики, то, как Юрик выволакивает ее из класса, чтобы спасти от расправы… Она вспомнила. Каюн даже показалось, что она видит себя в традиционном корейском ханбоке на низкой кровати-чимдэ. Над ней склонилась пожилая женщина. Она меняет ей повязку на лбу и еле сдерживает слезы. Это мама. Каюн понимает, что это было давно-давно, всех подробностей теперь не восстановить, но это и не важно – ведь и тогда у нее была семья… любящая семья.
– Невозможно поверить!
А еще был Джехи. Каюн вспомнила о нем, и ее лицо омрачилось. Как ей удалось за такое короткое время так глубоко погрузиться в такого странного и опасного человека? Теперь выбраться из этой ямы казалось почти невозможным: она успела наломать столько дров…
Одновременно вспомнив о Тхеджагви, девушки обернулись. Маленькой прорицательницы уже не было рядом. Каюн показалось, что чей-то красный ханбок мелькнул за деревьями – и вскоре из-за них показалась семья с дочками-близнецами в одинаковых исторических нарядах. Возможно, одной из них и была хранительница их судеб – Тхеджагви?
Каюн снова с надеждой взглянула на Дженни. Теперь у нее есть сестра!
– Я так давно пыталась рассказать тебе, но это жутко трудно…
– Господин Мун? – быстро уточнила Дженни. И Каюн заметила,
