— Мне говорили, что здесь можно узнать об Анитвилле.
Унгарион скрыл разочарование за неподдельным удивлением:
— Об Анитвилле? Это айлейдские руины рядом с городом. Налево от ворот.
— Ты бывал там?
— Да, — спокойно отозвался маг. — Я помогал своему другу с исследованиями, когда тот был жив. К сожалению, там мало что сохранилось: многие помещения завалены обломками, а все ценности растащили мародёры. Зато рядом с Анитвиллем есть энергетический колодец.
— Несколько лет назад была одна история с работающим там некромантом…
Эльф вздохнул.
— Карандиал рассказывал мне что-то такое, но это было уже очень давно. Вроде бы, это был чародей из местного отделения Гильдии Магов, которого то ли выгнали, то ли ещё что-то. Я плохо помню.
— Некромант до сих пор там?
— Никто не знает и проверять не собирается. Когда поползли слухи о некроманте, Карандиал свернул своё исследование и не успел его возобновить. И я тоже ходить туда перестал. С тех пор всё сильно изменилось, и Анитвилль давно уже никого не интересует. Если некромант там, то на жизнь города он никак не влияет. Но, честно говоря, я сомневаюсь, что он ещё жив.
Габриэль выложил на прилавок несколько монет — он знал, когда нужно платить за информацию. Унгарион приятно удивился.
— А в последнее время ни о чём таком не говорили? Может, в Бравиле появился чёрный маг?
— Нет, — протянул торговец. — Здесь редко что-то происходит, но если происходит, то об этом непременно знает весь город.
Рэл улыбнулся. Вряд ли Унгарион смог бы ещё что-то ему сказать, поэтому оставалось лишь одно — наведаться в Анитвилль и самому обо всём разузнать.
*
По сравнению с Чертогами Тавэла Анитвилль казался какой-то айлейдской подделкой. Внутри всё было разграблено, пустовали пьедесталы для велкиндских камней, колонны крошились из-за попыток вырвать из них металлические узорчатые вставки, на полу в некоторых местах отсутствовали плиты, остальные, какие не удалось достать, были расколоты. Казалось, что выносить отсюда уже попросту нечего, однако Габриэль заметил, что трава у входа не росла. Значит, сюда часто ходили. Это подогрело любопытство.
Он спустился по узкой лестнице под землю, вышел на каменный балкон, с которого открывался вид на большой зал Анитвилля, где стояли в два ряда низкие скамьи — похоже, здесь проводились какие-то церемонии. Чтобы хоть что-то различить в царящей тьме, Рэлу пришлось пустить вперёд светящуюся фосфоресцирующую сферу, которая скудно освещала путь. Этого вполне хватало, чтобы не переломать ноги, споткнувшись о давно упавшую на пол статую, обезображенную последствиями удара. Стало заметно, как блестит на стенах густая паутина, и только несколько минут спустя Габриэль осознал, что ему не приходится убирать её руками. На уровне человеческого роста никакой паутины не было. Он аккуратно взял сферу в ладонь и отправил её скользить вдоль пола. Магическое сияние тут же выцепило из густой темноты следы принесённой на сапогах грязи, которая осталась лежать на белых плитах. Значит, здесь действительно кто-то бывает. Этот факт не позволил Габриэлю расслабиться, но и оружие доставать он не спешил.
Идти пришлось намного осторожнее. Он был в Анитвилле впервые и понятия не имел, куда следует сворачивать. Для того, кто здесь обитает, это место давно заменило дом. Так что у Рэла не было никаких преимуществ, кроме внезапности. Вряд ли его здесь ждали.
Подземелье оказалось больше, чем Габриэль предполагал. Он проходил залы и длинные коридоры, пару раз забредал в тупики и возвращался. За всё это время он не встретил ни единой живой души и не услышал ни звука. И спустя время всё это начало утомлять. Он брёл в одиночестве по развалинам айлейдских залов, высокие стены давили со всех сторон, а потолок сыпался мелкой крошкой на плечи, и это ещё больше усугубляло чувство потерянности. Дышать затхлостью древнего города тоже было непросто.
Однако именно это помогло ему сразу почувствовать, что что-то изменилось, когда он попал в новое помещение. Здесь дышалось совсем иначе: вечерней прохладой Нибенейского залива. Похоже, в этом помещении айлейды решили позаботиться о поступлении свежего воздуха. В полу в центре комнаты располагалась квадратная вентиляционная решётка довольно больших размеров, и Габриэль опрометчиво шагнул к ней, не сразу сообразив, как абсурдно это выглядело: вентиляционная решётка в полу подземной комнаты. Анитвилль будто этого и хотел. Выжидал момент, чтобы посмеяться над глупостью незваного гостя. Как только Рэл почувствовал угрозу, плиты под ногами завибрировали, и к потолку взметнулась сплошная каменная стена, преградив путь вперёд. Габриэль резко обернулся — путь назад тоже был отрезан. Он оказался в ловушке один на один с этой странной узорчатой решёткой в полу и точно знал, что она здесь не просто так.
Почти сразу же он заметил, как над ней начало скапливаться облако бледно-зелёного дыма. Едкий газ просачивался из-под земли, и глаза тут же начали слезиться от яда. Габриэль судорожно прикрыл лицо рукавом и пригнулся, пытаясь выиграть хоть немного времени, чтобы успеть разгадать загадку. Выход должен был быть! Какая-то нажимная пластина, рычаг, скрытая дверь, что угодно. Айлейды не могли не продумать вариант на случай, если ловушка сработает непредвиденно. Вентиляцию в этом помещении они же продумали!
Однако Габриэль уже по третьему кругу ощупывал стены и пол, но ничего не находил. А дышать становилось сложнее с каждым осторожным вдохом, в глазах всё отчётливее появлялись тёмные пятна.
Как же это было глупо. Столько раз уходить от смерти, чтобы подохнуть по неосторожности в проклятых айлейдских руинах!
Габриэль сел на пол, прислонился к стене и закашлялся. Его клетка почти полностью наполнилась ядовитыми парами, даже воздух окрасился в зелёный, а выхода он так и не нашёл. И совсем скоро перед глазами всё смешалось.
В голове гудело сильнее, чем после праздника в Корроле, а тошнило примерно так же. Габриэль с трудом заставил себя разлепить веки, но мгновенно вновь зажмурился от яркого света — белые стены отражали огонь лампы, и это почему-то было невыносимо больно. Однако он помнил случившееся, и любопытство взяло верх. Ему пришлось осмотреться, чтобы понять, где он и как смог выжить. А он был живее живых — мёртвые так паршиво себя не чувствуют.
Это несомненно был Анитвилль, только комната отличалась от той, где Габриэль потерял сознание. Потолок над головой был испещрён сетью трещин, пронзён корнями деревьев, с него сыпались комья сырой земли, по углам бегали трусливые насекомые. Пахло здесь очень странно и почему-то знакомо. Не ядовитым газом, не древностью подземелья и не лесным вечером. Чем-то другим, тошнотворно-кислым.
Габриэль вдруг вспомнил, где уже сталкивался с этим запахом. Так пахло от данмерки в «Фарегиле», именно его она пыталась перебить ароматом духов. И до него дошло: это был запах разложения.
Он резко приподнялся на локте, ища её взглядом. Эльфийка сидела за столом в дальнем конце комнаты, делала какие-то заметки в толстой книге и забавно болтала ногой. Наверное, она почувствовала, что он на неё смотрит, и с улыбкой обернулась.
— Поздравляю с очередным чудом, — промолвила она, и её голос звучал по-прежнему легко и беззаботно. Габриэль не сразу понял, что она имела в виду.
— Это ты меня вытащила?..
— Я ведь была должна тебе, — напомнила она и, поднявшись на ноги, приблизилась. Рука Габриэля невольно коснулась рукояти кинжала. Эльфийка была сумасшедшей. — Нормально себя чувствуешь? Ты весьма длительное время дышал этой дрянью…
— Вроде нормально. — Она протянула ему руку, но Габриэль отказался от помощи и сам поднялся. Комната перед глазами всё ещё плясала.
— И как тебя угораздило? Что ты вообще делаешь здесь?
— Судя по всему… — Габриэль запнулся. Эта данмерка только что спасла его от смерти. Как он мог сказать ей, что пришёл её убить?
— Ты точно в порядке?
Рэл обошёл данмерку, бросил взгляд на её стол. Тот был завален книгами, пустыми флаконами из-под зелий, рядом была обустроена алхимическая лаборатория. Справа висела плотная чёрная ширма, и Габриэль медленно её отодвинул, заранее зная, что увидит. В нос сразу же ударил яркий запах гниющей плоти.
