прищурился, глядя в темноту.
— Ничего, — тихо сказал он. — Память — штука упрямая.
Он уже знал, с чего начнёт.
Глава 102
Лана сидела, сжимая пальцами край салфетки. Улыбка, ещё минуту назад такая лёгкая и искренняя, погасла, словно её выключили. Она подняла взгляд на Эрика — медленно, настороженно, будто боялась услышать ответ.
— Эрик… — голос вышел тише, чем она хотела. Она нервно сглотнула. — Почему тот человек назвал меня Ванессой?
Он не ответил сразу. Эрик смотрел в стол, на бокал с вином, в котором дрожали отражения огней ресторана. Его челюсть едва заметно напряглась. Несколько секунд тянулись слишком долго.
— Возможно… — наконец произнёс он, нехотя, подбирая слова, — возможно, это твоё настоящее имя. Ванесса. Но это не точно.
Лана вздрогнула. По коже пробежал холод, она поёжилась, будто в зале вдруг стало сквозить.
— Что значит «не точно»? — она подняла плечи, будто пытаясь защититься. — Эрик, что вообще происходит? Кто он?
Эрик поднял на неё взгляд. Теперь в нём не было ни мягкости, ни улыбки — только сосредоточенность и скрытая тревога.
— Его зовут Давид Дзержинский, — сказал он глухо. — И он очень опасный человек. Жестокий. Влиятельный. Такой, от которого лучше держаться подальше.
Лана побледнела.
— Он… он меня знает? — спросила она почти шёпотом.
— Да, — Эрик не стал лгать. — Определённо знает. Откуда — я не понимаю до конца. Я пытался выяснить, поднять информацию, но… — он коротко выдохнул. — Это сложно.
Лана отвела взгляд, её пальцы дрогнули, сжавшись в замок на коленях. Внутри нарастала тревога, липкая и тяжёлая, будто что-то давило изнутри, требуя вспомнить, понять, испугаться сильнее. Эрик это заметил. Он потянулся через стол, накрыл её руки своими — тёплыми, уверенными, удерживающими.
— Послушай меня, — сказал он мягче. — Я рядом. Я тебя защищу. Тебе не о чем волноваться, хорошо?
Она посмотрела на него, и в её глазах мелькнуло сомнение, но страх оказался сильнее. Она кивнула — маленьким, неуверенным движением.
— Давай просто поужинаем, — продолжил Эрик спокойным тоном, будто возвращая мир на место. — Постараемся насладиться вечером. А завтра утром мы уедем.
Лана снова кивнула, пытаясь вдохнуть глубже. Но спокойствие не возвращалось. Где-то внутри уже поселилось чувство, что это имя — Ванесса — не случайно. Лана сделала над собой усилие — медленно выдохнула, будто стряхивая с плеч липкое чувство тревоги, и подняла на Эрика взгляд. В нём снова появилась мягкость.
— Знаешь… — сказала она тише, — я не ожидала, что ты приедешь на концерт. Ты же всё время работаешь.
Эрик усмехнулся, в его глазах мелькнуло искреннее тепло.
— Такое зрелище я пропустить не мог, — ответил он спокойно. — Я хотел увидеть тебя на сцене. И поздравить. Ты была потрясающей.
Она улыбнулась — чуть смущённо, по-детски. Но улыбка продержалась недолго. Лана скользнула взглядом по залу, задержалась на нескольких фигурах в чёрных костюмах, слишком одинаковых, слишком собранных для случайных посетителей ресторана.
— Эрик… — она наклонилась к нему ближе. — А у нас точно всё в порядке?
Он сразу понял, о чём она. Проследил за направлением её взгляда, едва заметно нахмурился и тяжело вздохнул.
— Давай я провожу тебя в номер, — сказал он негромко. — А с остальным я разберусь.
Лана напряглась.
— Я… я боюсь за тебя, — призналась она честно, сжав пальцы на его рукаве.
Эрик тихо рассмеялся, почти беззаботно, наклонился к ней ближе.
— Не стоит, — сказал он мягко. — Ничего страшного не случится. Обещаю.
Он расплатился по счёту, встал и, приобняв Лану за плечи, повёл её к выходу. Снаружи воздух был прохладным, ночным, полным звуков города. Люди Дзержинского действительно были везде — у входа, у стойки, в холле гостиницы. Они не шли следом, не делали резких движений, не смотрели в упор, но их присутствие ощущалось кожей. Эрик это чувствовал особенно остро.
Он ускорил шаг, почти незаметно, держась уверенно, не выдавая напряжения. Лифт, коридор, мягкий свет бра. У двери номера он остановился, повернулся к Лане, наклонился и коротко чмокнул её в щёку.
— Отдыхай, — сказал он. — Я скоро вернусь.
Она кивнула, закрыла за собой дверь, и щелчок замка прозвучал для Эрика слишком громко.
Он постоял секунду, прислушиваясь, убедился, что всё тихо, и только потом развернулся и пошёл по коридору — уже другим шагом, быстрым, собранным, холодным. Теперь нужно было вызвать своих людей. И подготовить транспорт к утреннему отъезду.
Лана закрыла дверь на замок, машинально провернула его дважды и только потом позволила себе выдохнуть. Сердце всё ещё билось быстро — вечер, концерт, странный мужчина, назвавший её чужим именем, тревожные взгляды в ресторане. Она прошла вглубь номера, бросила сумку на софу, скинула туфли, провела ладонью по вискам.
— Всё хорошо… — пробормотала себе под нос и шагнула в спальню.
И остановилась.
В кресле у окна сидел мужчина. Неспешно, уверенно, будто всегда здесь был. В темноте она сначала различила только силуэт — широкий, неподвижный. Потом вспыхнул огонёк сигареты. Короткая вспышка выхватила резкие черты лица, холодный прищур глаз.
Страх ударил мгновенно, сковал грудь, лишил дыхания.
— Ты… — голос сорвался, — что вы здесь делаете?
Она отступила на шаг, потом ещё на один, пока спиной не упёрлась в стену. Пальцы судорожно сжались. Она узнала его сразу. Того самого мужчину из ресторана. Того, кто произнёс имя, которого она не носила… но которое почему-то больно задело где-то глубоко внутри.
Давид не шевельнулся. Он сидел в кресле расслабленно, почти лениво, закинув ногу на ногу, словно был здесь хозяином, а не незваным гостем. Мужчина медленно выдохнул дым, не спеша, будто наслаждаясь паузой.
— Ну что ж, — его голос был низким, ровным, пугающе спокойным, — продолжим наш с тобой разговор.
Глава 103
Он поднялся. Не резко — наоборот, слишком плавно, слишком уверенно. Сигарета погасла в пепельнице, и теперь он стоял в нескольких шагах от неё, высокий, собранный, опасный именно этим спокойствием.
— Ты правда меня не узнаёшь, Ванесса?
Имя ударило снова. В висках закололо, перед глазами на мгновение поплыло. Лана непроизвольно прижала ладонь к боку, туда, где под тканью скрывался шрам.
— Меня зовут Лана, — прошептала она упрямо. — И если вы сейчас же не уйдёте, я закричу.
Давид чуть наклонил голову, внимательно следя за каждым её движением. За тем, как она держится. За тем, как дышит. За тем, как защищает тело — рефлекторно, неосознанно.
— Кричи, — спокойно сказал он. — Мои люди уже здесь. А Эрик… — он сделал короткую паузу, — сейчас очень занят.
Лана побледнела.
— Что вам от меня нужно? — спросила она почти шёпотом.
В его взгляде что-то дрогнуло. Не
