стала чуть глубже, а взгляд холоднее. Все остальное… до боли знакомо.
— Тебе, — отвечает он спокойно, чуть склоняя голову на бок, разглядывая меня как какую-то диковинку.
— Ожидала от начальства большей вежливости при обращении к сотрудникам, — сухо бросаю я.
— Хочешь играть в эти игры? — приподнимает он бровь.
Голос низкий, ровный. Этот легкий балканский акцент все так же болезненно царапает изнутри.
— Боюсь, я не понимаю, о чем вы.
Он тихо хмыкает, сжимая губы в тень улыбки.
— Вот как.
На секунду его взгляд скользит по мне — коротко, будто оценивающе.
— Хорошо выглядишь.
Это сказано почти небрежно, но в голосе слышится что-то похожее на удивление.
— Надеялся увидеть меня на помойке? — приподнимаю я брови.
Его губы чуть кривятся.
— Если честно, надеялся не увидеть тебя вовсе.
Эти слова словно удар.
Но я не морщусь. Только чуть сильнее сжимаю пальцы на папке.
— Взаимно, — фыркаю я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— В таком случае, предлагаю как-то решить этот вопрос, — спокойно произносит он.
Что?..
— В смысле?
— Ну, как ты понимаешь, я отсюда никуда уйти не могу. Это теперь моя компания. Может, тебе стоит поискать другую работу? — произносит он мягко, почти доброжелательно.
Но я слышу, как за этим "мягко" скребется сталь.
Во мне все тут же закипает.
Ах ты скотина!
— А если я не хочу?
Он слегка приподнимает брови, будто искренне удивлен:
— Ты всего лишь помощник бухгалтера. Таких вакансий — море. Не вижу причин держаться.
— А я вижу. Мне здесь нравится.
— Или ты просто хочешь быть поближе ко мне? — в его тоне скользит легкая, хищная насмешка.
Кровь приливает к щекам.
Я в этот момент так его ненавижу, что с удовольствием вцепилась бы в него ногтями.
Чувствую, как мышцы на лице сводит от усилия, чтобы не показать эмоции и не дать тем самым ему ни малейшего удовольствия.
— Мечта всей моей жизни, — парирую я, — работать под началом человека, который считает себя центром вселенной.
В его взгляде мелькает что-то едва уловимое — будто он не ожидал, что я отвечу.
Потом губы чуть дергаются в усмешке.
— Изменилась, — говорит он негромко, почти с интересом.
— Ты даже себе не представляешь насколько.
— Вот как, — хмыкает он. — Сомневаюсь, что так сильно. Всем уже рассказала про нас?
— Никому не сказала.
— Неужели? — недоверчиво смотрит на меня.
— Это не то, чем можно хвастаться перед коллегами, — бросаю я.
Он смеется, а меня даже в дрожь бросает.
Господи, я почти забыла его смех и улыбку. Да нет, ну точно же забыла… блин! Ну зачем?..
— Помнится, раньше это был повод для гордости, — все еще улыбаясь говорит он.
— Раньше я была молодая и глупая. Вот и гордилась совсем не теми вещами, которыми нужно, — пожимаю я плечами.
— Ну да, ну да, — недоверчиво кивает он. — Ну, в любом случае, постарайся держать это при себе. Мне никакие слухи в компании не нужны.
Как же он меня бесит! Считает, что я до сих пор должна гордиться, что была за ним замужем? Настолько, чтобы бегать и всем об этом рассказывать?
Боже… Охренеть, у него самомнение!
— Я уж очень постараюсь, конечно, — с сарказмом отвечаю я. — Буду рот пластырем заклеивать, чтобы не дай бог не сболтнуть никому.
Он смотрит на меня оценивающе.
— Не нравится мне, что ты тут.
Как будто мне нравится, что он тут!
— Уволишь меня? — я поднимаю подбородок и с вызовом смотрю на него.
Он чуть заметно морщится.
— Если будет повод — уволю. Но сейчас это будет выглядеть странно. Не хочется давать людям пищу для сплетен.
— Как благородно, — говорю я сквозь зубы.
Он улыбается — устало, почти по-настоящему.
— Нет, Яна. Просто рационально. Я всего лишь предложил тебе подумать… и взвесить все "за" и "против".
Он чуть подается вперед, а в голосе появляется то знакомое, ледяное спокойствие, от которого когда-то пробегали мурашки.
— Только "против", — добавляет он тише, — могут оказаться очень весомыми.
У меня дрожит все внутри от злости. Он еще смеет мне угрожать!
— Я тебя не боюсь, Горан, — усмехаюсь я. — И бегать от тебя не собираюсь. От твоего присутствия в офисе в моей жизни ничего не изменится. Так что… я как-нибудь переживу.
Он чуть улыбается так, будто я сказала что-то забавное.
— Посмотрим, — тихо говорит он и нажимает кнопку.
Двери лифта открываются с глухим звоном.
Он делает шаг вперед, но не входит — сначала пропускает меня.
И это почему-то раздражает еще сильнее, чем если бы просто прошел мимо.
Я встаю в кабине, глядя прямо перед собой.
Он рядом — тепло, запах, дыхание, все слишком близко.
Хочется сделать шаг в сторону, но я стою.
Не дам ему почувствовать, что меня все еще трясет.
Тишина. Только ровный гул лифта и его дыхание где-то рядом у уха.
— Приятного рабочего дня, — наконец произносит он тихо, почти шепотом.
И выходит первым.
Глава 13
Я выхожу из лифта следом и еще несколько мгновений стою одна в холле.
Затем прижимаю к груди папку с документами и почти бегом направляюсь к ресепшену.
Хочется просто двигаться — лишь бы не думать.
Девушка у стойки улыбается, принимает бумаги, ставит штамп.
— Спасибо, все передам, — говорит она ровным голосом.
— Да, конечно, — киваю и выдыхаю.
Голос все еще чуть дрожит, но она, кажется, не замечает.
Обратно иду медленно. Пульс потихоньку возвращается в норму.
Спокойно, Яна. Все нормально. Ты выдержишь.
Каждый шаг будто возвращает меня в реальность — холодный блеск мраморного пола, запах кофе из автомата, гул принтера из соседнего кабинета.
Работа. Просто работа. Никаких Горанов.
Но едва я переступаю порог бухгалтерии, как меня встречает ехидный голос Гали:
— А ты, оказывается, и правда только притворяешься тихоней, Яна! Мол — "мне не интересно", "обычный мужик", а сама, пока мы тут всем коллективом вздыхаем издалека, уже начальству глазки в коридоре строишь?
Я останавливаюсь.
— С чего ты взяла?
— А я все видела, — многозначительно прищуривается она. — За кофе вышла, а тут смотрю — вы стоите такие у лифта,
