и, кажется, наслаждалась спектаклем. Да, об этой сбежавшей стерве она уже тоже знала.
— Мы можем обсудить это наедине. — произнесла Жанна, намекая, чтобы нас оставили наедине, а я только покачал головой. Нет, плохая из нее актриса, не удержала просительный тон, сорвалась на рассерженный и капризный.
— У меня нет секретов от матери, так что можешь говорить при ней.
Жанна снова покосилась на Марьяну и продолжила, вернув в голос слезливые нотки.
— Арт, я поняла, что в Италии мне не место. Ты не представляешь, как я скучала по родине. Каждый день думала о тебе. И о спектакле тоже думала. Мне было так плохо там… Я хочу вернуться в театр, тут моя жизнь. Если хочешь наказать меня я готова.
На последних словах она посмотрела на меня, как саба на своего доминанта, предлагающая себя для самых изощренных наказаний. Я рассмеялся, собираясь уже популярно объяснить блондинке, куда она может катиться со своими намеками на грязный секс, как встряла моя маман.
— Дорогуша, а вы, простите, кто такая?
— Меня зовут Жанна, я работала в этом театре, — рассерженно ответила моя гостья, обернувшись к матери.
— Нет, я спрашиваю, кто вы такая, чтобы разговаривать подобным образом с Артуром Данилевским? Если вы работали здесь когда-то, это не значит, что можете заявляться так просто к директору театра и нести полную ахинею. Если вам нужен визит, запишитесь в приемной. Телефон можете посмотреть на сайте театра.
Жанна задохнулась от возмущения, а я с восторгом посмотрел на Марьяну. Вот никогда не понимал всех этих женских разборок, сплетен, интриг, считал ниже своего достоинства вмешиваться и вникать в них. Но сейчас моего участия точно не требовалось, Марьяна прекрасно справлялась сама. Ох не зря она столько лет проработала в театре, где змеи не в пример какой-то там Жанне. Одна Регина чего стоила. Ну сейчас маман укатает блондинку, даже стало ее немного жаль. Я присел на краешек стола и сложил руки на груди. С лица не удавалось согнать усмешку.
— Я для него больше, чем просто актриса. И не надо лезть в наши с Арчи отношения. Если он с вами не делился своей личной жизнью, то значит, не счел нужным.
— Если бы у вас с Артуром были серьезные отношения, вы бы знали, что мой сын не любит, когда его называют Арчи, — я аж умилился такой заботе. Похоже, право называть меня дурацкой кличкой Марьяна оставила за собой. — А о вас я слышала. Вы та самая актриса, которая сбежала перед премьерой, оставив театр в крайне сложной ситуации.
Марьяна говорила спокойно, таким скучающе-пренебрежительным тоном, что он один мог вызвать бешенство. И Жанна вышла из себя. Лицо исказила злая гримаса, из голоса окончательно исчезли мурлыкающие нотки. И куда только делась стоявшая передо мной пару минут назад скромница?
— Да, я совершила глупость, и очень о ней жалею. Я уже сказала, что влюбилась, поэтому уехала. И прощения уже попросила у Артура.
Марьяна помолчала, сканируя раздраженную блондинку понимающим и даже сочувствующим взглядом.
— Кажется, вы были в Италии? — спросила маман после театральной паузы и тут же сама себе кивнула. — Говорят, не все итальянцы щедрые. Что-то мне подсказывает, что ваш возлюбленный просто оказался не тем принцем, которого вы себе вообразили. Он вас выгнал? Или вы сами сбежали?
— Да он оказался просто придурком! Ему семью подавай, детей сопливых, а жена дома сидеть должна, мамашу и сестер его развлекать! А я актриса, я в театр хочу, на сцену!
Я все-таки расхохотался. Нет, мне никогда не понять подобной наглости.
— Жанна, я не знаю, на что ты рассчитываешь, но я не собираюсь брать тебя обратно в свой театр. Ты предала, кинула меня, а я такого не прощаю.
— Но… Артур… Я ведь знаю роль Катерины. Я слышала, что ты остался без актрисы, и спектакль поэтому прикрыл. Так я же вернулась! Мы можем снова начать показ.
Мне вдруг расхотелось смеяться. Мысль о том, что Катерину будет играть не Элли, показалась мне кощунством.
— Жанна, просто уходи. Для тебя в моем театре нет ролей, и места тоже нет. Ты его потеряла, когда свалила в Италию. Я не пригласил бы тебя обратно, даже если мне грозил полный провал. Ты сделала свой выбор.
— Но… как же так? — теперь блондинка плакала по-настоящему. Я видел в ее глазах растерянность, нежелание верить в мой отказ, отчаяние. Похоже, она всерьез рассчитывала на то, что я окажусь идиотом и приму ее с распростертыми объятиями.
Я собирался повторить свой посыл уже жестче, но тут снова заговорила Марьяна.
— Откуда вы узнали о том, что актрисы на роль Катерины в театре больше нет? Элиночка просто уехала в отпуск, потому что сезон закончился.
Этот вопрос вдруг прошил меня насквозь. А правда, откуда Жанна знает о том, что Элли в театре нет?
— А это что, секрет? — ехидно спросила блондинка, шмыгнув носом. — Мне Марго и Эдик рассказали.
Упоминание режиссера еще больше меня напрягло. Почему-то почудился подвох в присутствии Эдика в этой истории. Я, как и обещал, обеспечил ему ту славу, которой он заслуживал. Даже нашел девушек, которых он раньше домогался, и те с удовольствием публично добавили свои истории в копилку его «подвигов». Теперь он сидел без работы, а по последним слухам собирался уехать куда-то в другой город. Но, похоже, остался.
— И что именно они тебе рассказали? — спросил я, и тон мой не предвещал ничего хорошего.
Жанна вдруг успокоилась и посмотрела на меня уже другим, оценивающим взглядом.
— Я расскажу тебе, но только если ты дашь мне хорошую рекомендацию в другой театр и поспособствуешь устройству на работу. А еще я хочу, чтобы никто не узнал о нашем разговоре.
Я задумался. Способствовать устройству жизни Жанны я не хотел, но она успела подогреть мой интерес.
— Все зависит от того, насколько эта информация окажется ценной. Я ничего не обещаю. Если то, что ты расскажешь, будет бесполезным, то ты просто уйдешь. То, что расскажешь, останется между нами.
Жанна с сомнением покосилась на Марьяну.
— Дорогуша, я являюсь хранителем такихПодруга? тайн, о которых вы и мечтать не смели. При мне можете говорить смело, я не предам интересов своего сына.
Жанна закатила глаза и проговорила.
— Эдик и Марго подставили твою ненаглядную Элли, — это имя Жанна произнесла с издевкой. — Заплатили ее бывшему парню, чтобы тот немножко поприставал к ней, пока Марго снимки сделает. Ты купился на эту подставу, а она смоталась от тебя.
Меня словно кипятком окатило от этого признания.
— Что? — только
