Антагонизм - Натали Ният

— Да, хочу.

— Тогда собирайтесь. А где Игорь?

— Тут рядом, у соседей, там его одноклассник.

— Ну хорошо, я скоро, но, может, мы с Витей съездим ещё по делам, вы ждите всё равно.

— Ладно, делайте всё, что нужно, — всхлипнула мама.

Я смотрела на лежащего в гробу дедулю. Гроб стоял в гостиной в доме Вадима, на двух табуретках. Когда я ехала туда, я думала, что смогу спокойно попрощаться с ним, поцеловать, потрогать его за руки. Но когда вошла в дом, то поняла, что тётя Катя, их соседка, взяла на себя роль главного распорядителя.

— Так, вы садитесь туда, к стеночке. Вот он, ваш дорогой папочка и дедушка, вот он лежит сейчас здесь. Наверное, ему страшно, и не хочется оставлять вас одних, но надо. Все мы будем проходить через это... — Тётя Катя делает слезливое лицо, а на самом деле получается противное.

«Да заткнись ты!» — мысленно ору на неё.

— Вот он, ещё мог бы жить да жить...,- не унимается соседка.

— А зачем под гробом стоит миска с творогом? — спрашиваю я, бесцеремонно прерывая её словесный поток.

— А?.. Эта? — не сразу соображает она, потом, спохватившись, говорит: — Это чтобы тело поменьше разлагалось, не испортилось раньше времени. Творог впитывает в себя всё плохое. Это так надо, — решительно подводит итог тетя Катя.

Сидя на стуле возле стенки, осматриваюсь по сторонам. Присутствие незнакомых людей смущает меня и злит. Две старушки, сидящие на диване, переговариваются между собой и периодически бросают взгляды в мою сторону. А мне так хотелось попрощаться с дедулей спокойно, посидеть рядышком, повспоминать прошлое. Из моих мыслей меня резко вырывает голос тёти Кати:

— Ну что, вы можете попрощаться с ним, подходите, посмотрите на него в последний раз.

Да пошла ты! Моё терпение на исходе. Чувствую себя ужасно. Через некоторое время мы возвращаемся домой.

«Ничего, — думаю про себя, — на кладбище я попрощаюсь с ним как следует».

Папа договорился с Вадимом, что он привезёт гроб, а папа организует всё необходимое для похорон. Людей на кладбище было мало, только наша семья и копачи. Потом приедет Вадим с гробом и Тася, и я думаю, что все остальные с Осмака: тётя Оля, Лида, соседи. Когда хоронили бабулю, на кладбище было больше людей: и с папиной работы, и новые знакомые, и наши соседи на тот момент. А так как дедулю привезут с Осмака, то люди приедут оттуда, те, кто его знал.

«Что-то они запаздывают" — думала я, мне почему-то казалось, что они, наоборот, приедут пораньше. Ждём. Через некоторое время появляется Вадим, он один.

— Вить, мне надо помочь, здрасьте, ребята, — обращается он к копачам, — и вы помогите тоже. Пойдёмте, я покажу всё на месте.

Сначала я не совсем поняла происходящее: а где все? Тася, тётя Оля, знакомые? Вадим приехал один? Бабулина могила находится недалеко от дороги, и мне хорошо видно, что поблизости только машина Вадима. А где же гроб? Я в недоумении. И в чём он просил помощи?

Никто не приехал, кроме Вадима. Гроб он привёз на прицепе. Вадим, оказывается, не смог найти подходящую машину и решил, что так как ехать недалеко, то можно прицепить прицеп к машине и на нём перевезти гроб с дедулей. Прицеп был небольшой, гроб в него не помещался, но Вадим, недолго думая, просто открыл заднюю перегородку прицепа и перевязал гроб покрепче верёвками. А так как дорога до Светлого плохая, одни кочки да ухабы, чтобы совсем не создавать себе проблем, они с Тасей решили, что будет проще забить гроб сразу. Поэтому дедулю похоронили без принятых церемоний и условностей. А я так хотела попрощаться с ним на кладбище. Вадим идиот!

Впрочем, так думала не только я, но и мои родители. Вечером, после похорон дедули, папа сказал:

— Сука, твой брат неблагодарный! Тасина подстилка! Родного отца как собаку похоронил. Я ему, гаденышу, и так всё организовал. Он не то что людей не мог привезти по-человечески проститься, но даже с гробом решил не канителиться. Просто забросил, как полено, и все дела. Ублюдок! Сэкономить хотел. Сука! Даже Таська, шалава, с ним не приехала. В голове не укладывается!

— Ах, Витя, что ты хочешь? Родную мать, родного отца — всех доконал, сволочь! Чтоб сам подох под забором, как собака. Чтоб за всё своё говно он проклят был! Чтоб в этой Германии ему погано было, чтоб эта Германия ему поперёк горла встала!

Вадим поступил подло, на мой взгляд. Разве он не мог похоронить дедулю достойно? Найти машину, не закрывать сразу гроб. Он даже цветочка не привез. А Тася? Ведь она же была в состоянии приехать и похоронить дедулю. Вадим сказал, что ей некогда, она готовит стол. Но когда мы приехали на поминки, после кладбища, то увидели из знакомых за столом только тетю Катю. Даже тети Оли не было.

— Тась, а тети Оли не будет? — всё-таки я не выдержала и спросила об этом Тасю.

— Она знала, что он умер, звать её не собираюсь. Знает, что натворила, вот ей и стыдно.

Так что думаю, Тася могла бы приехать на кладбище с Вадимом. Может быть, ей тоже было стыдно, ведь она, наверняка, понимала, что так нормальные люди не поступают. Хотя, может, ей просто было лень.

Вот и нет больше дедули. Грустно. Остался только Сачок. Но я не знаю, как он сейчас поживает, надеюсь, что у него всё хорошо. Надя говорит, что встречает его временами, общается с ним и отдает ему денежки. Когда она уезжала от нас с Лилечкой, мы передали ей для Сачка немного гостинцев, ещё папа отдал ему свою старую куртку. Она не то чтобы старая, довольно хорошая и тёплая. А себе папа купил длинный пуховик.

На поминках, когда я выходила в туалет, на крыльце курил Вадим, он уже был выпивший.

— Вот, Линда, видишь, как случается...

— Ты о чём?

— О деде твоем. Мы все тут переживали, куда его девать, хотели его в интернат, документы готовили, а оно вон как случилось. Умер твой дед. Вот она, судьба, Линда. Судьба решает всё за нас. Мы переживали, а судьба, видишь, как всё разрешила.

«Или дедуля устал от тебя, идиот!» — подумалось мне. Кажется, Вадим действительно уверен, что судьба решила помочь ему.

Папа снова сильно напился. Хорошо, я заметила: он притащил в прихожую вату и две книги и хотел разжечь костер. Вата немного подгорела, я выхватила у