партнёров.
Войдя в конференц-зал, я наткнулась взглядом на сидящего во главе стола Чернова. Он тяжёлым взглядом прошёлся по моей фигуре, останавливаясь на груди, и сразу же я увидела, как презрительно дернулся уголок его губ в усмешке. Закусила щеку изнутри и сжав кулаки, прошла к своему месту.
В большом, светлом помещении с овальным стеклянным столом на двадцать персон, стояли таблички с фамилиями напротив стульев. Наш юрист быстро отдал копии договоров секретарю Чернова и тоже занял свое место.
— Итак, Василий Максимович, — Андрей даже не посмотрел в мою сторону, обратил своё внимание на генерального директора «Аида тур». — Договор мне нравится. Мы будем с вами неплохими партнерами. Но я приготовил ещё несколько дополнений, пожалуйста, ознакомьтесь.
Перед нами легли листы с примечаниями и дополнениями. Я трясущейся рукой, подвинула один из них к себе и стала вчитываться в текст. Стандартные условия, кроме одного. Я лично должна буду приезжать каждые полгода и проверять, как идет наше сотрудничество.
— Андрей Александрович, я согласен со всеми вашими пунктами. Так же, как и вы, согласились с моими. Только, может быть, нужно внести не фамилию Любовь Семёновны, а её должность в последний пункт. Я, конечно, не собираюсь её увольнять, но хотелось бы себя обезопасить, — чётко произнёс Василий Максимович, смотря в глаза Чернову.
— Нет, — резко бросил Андрей, даже не посмотрев на меня. — Это условие неизменно.
— Хорошо, — согласился носов и поставил свою подпись на всех листах. — Теперь мне придётся оберегать любовь Семеновну как зеницу ока.
Странно, зачем он прописал именно этот пункт? Ведь я не собираюсь уходить со своей работы, — подумала я.
— Я назначил фуршет на шесть часов вечера. Отметим подписание договора, и вы можете остаться ещё на некоторое время отдохнуть в моем отеле, — не улыбаясь, произнес Чернов.
Я же точно знала, что уже через пару часов окажусь в аэропорту и полечу домой. Для меня отдых в «Favorite beach» закончит так толком и не начавшись.
— Всего доброго, — Андрей вальяжно встал и протянул руку моему боссу.
— Рад с вами сотрудничать, Андрей Александрович, — расплылся в улыбке, мой начальник. — И благодарю за приглашение. Мы обязательно будем.
Чернов кивнул и вышел из конференц-зала, даже не обратив на меня внимание. Почему я думала, что он хотя бы раз посмотрит мне в глаза? Стало немного неприятно от его отношения. Хотя какие могут быть у нас отношения? У нас был просто секс.
— Любовь Семеновна, вы не передумали остаться? — шёпотом спросил носов, подойдя ближе.
Я лишь покачала головой и мягко улыбнулась.
— Нет, уже купила билет на самолёт.
— Хорошо, Любочка, — потрепал он меня по плечу и вышел вместе с Дмитрием.
Я же поплелась к себе в номер, чтобы собрать чемодан и уехать. Вызвала такси и уже через полчаса ехала в сторону аэропорта.
На душе скребли кошки. Я не знала, что ждёт меня впереди, но точно знала, что как приеду, сразу же подам на развод с Артёмом. Если папа ещё не подсуетился и не развел нас. Также нужно будет вызвать слесаря и поменять замки. Собрать вещи Артёма и отправить их к Марианне Михайловне. Я не хочу, чтобы об Артёме что-то напоминала в моей квартире. Да больно осознавать, что столько лет прожила с человеком, и он тебя предал. Предавал столько времени и улыбаясь смотрел в глаза, говоря, что любит. Скорее всего, я виновата в том, что Артём загулял. Он же так хотел ребёнка, а я все тянула.
Доехал до дома, я открыла своим ключом квартиру и вошла в тихое, тёмное помещение. Не стала предупреждать родителей о том, что вернулась. Мне нужно было ещё какое-то время прийти в себя. Практически всю ночь собирала вещи Артёма и составляла их в прихожей. За столько лет совместной жизни накопилось немало, и мне с трудом удавалось сдерживать себя и не реветь, складывая все в черные пакеты.
Уснула уже на рассвете, разбитая и вымотанная физически. Мне снился какой-то странный сон, и я все никак не могла понять, что же мне нужно делать. С одной стороны, стоял Андрей и молча смотрел на меня, а с другой, Артём протягивал руку и звал.
Проснулась от звонка телефона и не сразу сообразила, где я нахожусь. Потерев лицо руками села на кровати и посмотрела на незнакомый номер. Сразу же услышала дверной звонок и вспомнила, что на двенадцать часов дня заказывала слесаря, чтобы поменял замки.
Быстро накинула халат и пошла открывать дверь, едва, не спотыкаясь о стоявшие пакеты.
Улыбчивый мужчина стоял и внимательно смотрел на меня.
— Хозяйка, что нужно поменять? — громогласно спросил он.
— Вот эти замки, — показала я фронт работы.
— Хм… У меня таких нет, сначала нужно новые купить, — хмурился он.
— Можете сами? — с надеждой спросила я. — За дополнительную плату.
— Без проблем. Скоро вернусь, — расплылся он в улыбке. Сфотографировал дверь и ушел.
Я покосилась на пакеты и решила, что сейчас же вызову грузчиков и отправлю их к бабушке Артема. Надеюсь, замки мне поменяют раньше чем она успеет прийти с разборками. Хотя я сразу же поеду к родителям, пусть поцелует дверь и уходит к себе.
Слесарь не подвел и уже через десять минут вернулся с новыми замками сразу же приступая к работе. Практически сразу приехали грузчики и получив от меня расчет, забрали вещи Артема.
— Хозяйка, готово! Иди проверяй работу, — прокричал слесарь.
Я проверила и рассчитавшись, взяла свою сумочку, чтобы ехать к родителям.
— Любаша, мы не ждали тебя так рано, — мама всплеснула руками и отложив кухонное полотенце, подошла ко мне и обняла.
— Я решила вам сделать сюрприз. Как папа? — я вглядывалась в лицо матери и улыбалась. Хотя на душе был такой кавардак и я не знала, как все это перенести с достоинством.
— Ему гораздо лучше, дочь, — заверила меня родительница. — Но сейчас папа отдыхает. Где-то через часик спустится, а завтра уже рвётся в «бой», на работу, — возмутилась она.
— Вот в этом весь папа. Даже поболеть нормально не может, — проговорила, я присаживаясь за стол и наблюдая, как мама уже суетится ставя чайник.
— Дочь, я очень перед тобой виновата. Прости, — поставив передо мной любимую кружку и вазочку с вареньем, заламывая руки, говорит она.
— В чем, мам? Или ты тоже знала, что у Артёма есть вторая семья? — я прищурилась и внимательно наблюдала за реакцией мамы.
— Что ты, Люба! Разве я тебе не сказала? Такое нельзя скрывать от своего ребёнка. Возможно, тебе было бы плохо, но мы бы с отцом были рядом с тобой.
