качнул ногой, сцепив пальцы перед собой. Взгляд у него был цепкий, внимательный, слишком спокойный для незваного гостя.
— Вообще-то я пригнал твою машину, — произнёс он ровно. — И занёс пульт. Взамен сломанного.
Он кивнул на стол, будто это должно было всё объяснить.
— А потом подумал, — добавил он спустя паузу, — что нам есть что обсудить.
Ванесса напряглась ещё сильнее. Плечи непроизвольно поднялись, дыхание стало поверхностным.
— Я не думаю, что у нас есть темы для разговора, — отрезала она.
Фобос ухмыльнулся краем губ, медленно, почти лениво. В этой улыбке не было веселья — только уверенность человека, который знает больше, чем говорит.
— Я видел запись, — сказал он.
Ванесса устало выдохнула.
— Поздравляю. Её, кажется, уже весь универ видел.
Фобос не отвёл взгляда.
— Я видел полную версию.
Её рука замерла в воздухе. На долю секунды — всего на одну — что-то дрогнуло в её лице. Но она быстро взяла себя в руки, отвернулась, сделала шаг к окну.
— И что? — бросила она через плечо. — Хочешь обсудить качество съёмки?
Фобос медленно встал с кресла, но не приблизился. Он говорил спокойно, без нажима — от этого становилось только хуже.
— По твоей реакции я понял, что это тебя задело, — сказал он. — Сильно.
Ванесса молчала. Смотрела в тёмное окно, где отражалась её собственная фигура — собранная, жёсткая, чужая.
— Есть информация, — продолжил Фобос, — что Каин переводится в наш университет. А значит, вопрос времени, когда полная версия всплывёт. Не в чатах. Не случайно.
Она медленно повернулась. Голос её был спокойным. Слишком спокойным.
— Если ты видел, что там на записи, — сказала Ванесса, — ты должен понимать, что мне нечего стыдиться. Гордиться, правда, тоже нечем.
Фобос внимательно посмотрел на неё. Долго. Будто проверял не слова — а то, насколько она в них верит.
— Стыд — не всегда главное, — тихо ответил он. — Иногда главное — кто и зачем этим пользуется.
В комнате повисла плотная, тяжёлая тишина. Прошлое, от которого она так долго бежала, не просто догнало её. Оно село в кресло напротив и никуда уходить не собиралось. Девушка молчала. Несколько секунд. Потом выдохнула и спросила коротко, без эмоций:
— Чего ты хочешь?
Фобос улыбнулся. На этот раз — почти одобрительно.
— Правильный вопрос.
Он полез во внутренний карман пиджака, достал визитку и положил её на стол рядом с пультом.
— Тебе нужна защита, — сказал он прямо. — И просить её нужно у Давида. Потому что иначе Каин не оставит тебе никаких шансов. Он не из тех, кто отпускает свои игрушки.
— Если передумаешь, — добавил он уже на выходе, — ты знаешь, как меня найти.
Дверь закрылась. Тишина навалилась сразу, всей тяжестью. Ванесса медленно прошла вглубь комнаты, будто тело стало тяжелее вдвое. Опустилась в кресло, где только что сидел Фобос, и обхватила голову руками. На секунду накрыло ощущение, что год прошёл впустую. Что все усилия, тренировки, холодный расчёт — иллюзия. Но мысль не задержалась. Она выпрямилась. Медленно. Сжала челюсти. Нет. Она не та, что год назад лежала на холодной земле. Не та, что ждала, что кто-то её спасёт. Она стала сильнее. И научена горьким опытом.
Глава 19
Утро она прожила на холодной дисциплине, будто на автопилоте. Конспекты лежали раскрыты ровно, страницы учебника шуршали под пальцами, строки впечатывались в память без эмоций — формулы, термины, схемы. Ванесса не позволяла себе отвлекаться. Мысли о вчерашнем она отодвинула в самый дальний угол, как отодвигают опасный предмет, зная, что он никуда не делся, но сейчас трогать нельзя. Сначала учеба. Всегда сначала учеба.
Потом — музыка. Она подключила новый пульт, аккуратно, почти настороженно, словно проверяя, не укусит ли. Пальцы легли на регуляторы привычно, и напряжение чуть отпустило. Аппаратура была хорошая — отзывчивая, точная, послушная. Звук ложился чисто, без искажений. Ванесса быстро собрала дорожки для группы поддержки, подогнала биты под счёт, усилила кульминации. Работать было удобно — слишком удобно. Мысль о том, откуда взялся этот пульт, царапнула, но она тут же отрезала её. Прошлый сломали — этот купили. Логика простая. Без чувств. Без долгов.
К обеду она уже шла в спортзал. Коридоры университета гудели голосами, но для неё они были фоном, шумом, который не имеет значения. В раздевалке она быстро переоделась: топ, спортивные брюки, волосы собрала в хвост. Разминка — чётко, по минутам. Суставы, плечи, шея. Тело отзывалось болью, но эта боль была правильной, честной, той, что делает сильнее.
Груша раскачивалась под первыми ударами. Ванесса била сосредоточенно, вкладываясь в каждый замах, чувствуя, как напряжение выходит через плечи, через кулаки, через резкий выдох. Удар — шаг — поворот корпуса. Ещё. И ещё. Пот стекал по вискам, мышцы горели, но именно в этом огне ей было легче дышать. Здесь всё было просто: либо ты бьёшь, либо тебя.
Тренер наблюдал со стороны — молчаливый, внимательный. Иногда подходил ближе, коротко касался локтя или плеча, поправляя траекторию.
— Не докручиваешь, — бросал он. — Руку веди до конца.
Она кивала и делала снова. Жёстче. Точнее.
Когда Ванесса на секунду остановилась, чтобы вытереть пот со лба, и подняла взгляд, что-то внутри неё резко сжалось. На балконе спортзала, над тренировочной зоной, стояли двое. Давид и Фобос. Расслабленные, будто это не зал, а частный клуб. Они о чём-то говорили, Фобос чуть наклонился к перилам, но Давид… Давид смотрел прямо на неё. Не просто смотрел — изучал, медленно, пристально. Его взгляд не скользил, не отвлекался. Он прожигал. Ванесса почувствовала это физически, как прикосновение к коже.
Она сжала кулаки, не отводя глаз первой. Сердце билось ровно, холодно. Пусть смотрит. Она здесь не для него. Груша всё ещё раскачивалась рядом, и Ванесса снова ударила — резко, со злостью, вкладывая в движение всё, что не собиралась никому показывать.
Через несколько минут тренер хлопнул в ладони, объявляя короткий перерыв. Ванесса сняла перчатки, бросила их на скамью, взяла бутылку воды. Пила жадно, чувствуя, как холод пробегает по горлу. Сердце всё ещё колотилось — не только от нагрузки.
Когда она снова подняла взгляд, балкон был пуст. Это не принесло облегчения. Наоборот — внутри поселилось неприятное, вязкое чувство, будто за ней просто перестали наблюдать в открытую. Ванесса собрала вещи быстрее обычного. Переоделась, зашнуровала кеды, проверила телефон — ни пропущенных, ни сообщений. Хорошо. Тишина ей сейчас была нужнее всего.
У выхода из зала она почти столкнулась с Фобосом. Он появился бесшумно, как и всегда. Спокойный, собранный, в тёмной куртке, словно спортзал был всего лишь ещё одной
