Дождь в наших сердцах - Кристи Грей

Мне пришлось найти для сестры опытного психотерапевта, не важно, скольких денег мне это стоило, ведь главное — чтобы ей было лучше. Детский психолог Айла была милой женщиной на первый взгляд. В субботу был первый сеанс. Софи вела себя очень скованно, почти не шла на контакт, по словам Айлы, но ей всё же удалось поговорить с ней, насколько бы сестра ни была зажатой.

Мне пришлось брать на себя ночные смены, чтобы иметь возможность теперь оплачивать ей психолога. И это выматывало.

♡⁠♡⁠♡

Я только-только вернулся с ночной смены, едва стоящий на ногах. Припарковав свою машину в гараже, я сразу завалился домой спать, так как у меня оставались каких-то несчастных сорок минут. Конечно, этого было мало, чтобы выспаться — будем откровенны, я даже не успею заснуть. Стоило мне начать проваливаться в сон, как телефон зазвенел мерзким звоном, который уже по горло у меня сидит.

Потом всё, как обычно: пошёл будить Софи в школу, делать ей и себе завтрак. А после ехать в школу. Благо, мы учимся в одной, и мне не приходится вставать ещё раньше, чтобы отвезти сначала её, а после добираться самому. Хоть в чём-то мне в этой жизни повезло.

— Когда я ещё приду к мисс Айле? — внезапно задала вопрос сестра, когда мы были на полпути к школе. Видимо, думала о их первом сеансе.

— В следующую субботу. Она понравилась тебе? — отвечаю на её вопрос и завязываю диалог, не отрывая своего внимания от дороги. Когда я еду не сам, то вдвойне чувствую ответственность за своё внимание за рулём.

— Хорошая и милая. У неё приятный голос.

Я улыбаюсь и ненадолго перевожу свой взгляд на Софи. Приходит осознание того, как она выросла. Ментально. Хотя, по правде, для меня она всегда будет моей маленькой сестрой, которая, пока никто не видит, прокрадывается в мою комнату ночью, чтобы заставить меня смотреть с ней мультик вместо крепкого сна.

Я хотел с ней о чём-то поговорить, но даже не знал о чём. Мне не нравилась её замкнутость, необщительность со сверстниками. Я должен был что-то сделать этим, как-то ей помочь, но просто не знал как.

Несколько часов спустя моё настроение снова стало отвратительным. Я сорвался и наорал на Кимберли, которая прибежала ко мне, пока я шёл в раздевалку. Она смеялась и хотела мне что-то рассказать, но я её прогнал. А настроение изменилось всего из-за одной особы — Лауры. Почему она так действует на меня? Я решил рассказать ей правду, чтобы она не думала обо мне плохо. Я сказал, что не вредил её подруге, а наоборот, — хотел помочь. Но она смотрела на меня с таким отвращением и думала, наверное, также, что мне стало дико. От неё, от самого себя. Меня злила она. Её вид. Её присутствие. Я оправдывался перед ней, непонятно для чего. Я переступил через себя, но она не поверила. Сказала, что я врун. И тогда я мысленно послал её куда подальше, но вживую сказал ей спасибо, что пришла, — язык не поворачивался ей нахамить. А вот почему — странно. Я могу послать любого и любую, меня не загрызёт совесть. Но вот почему-то её… не смог. Есть в её внешности что-то такое, что заставляет сдерживать хамство.

Лаура. Лаура. Лаура. Я думаю о ней так часто, что это начинает пугать меня. Но мысли о ней стали проходить, стоило мне зайти в раздевалку, где меня встречали мои знакомые, друзья. У каждого из них был такой жалостливый взгляд. Я снова злился. Только теперь не на неё, не на себя, а на них. За их жалость ко мне. Я в ней не нуждаюсь.

Меня попустило сразу, как только ко мне подошел Элай, заметив мой дым из носа.

— Эй, Аарон, как ты? Что нового? Как Софи?

Только его сочувствие меня не злило. Он самый близкий мне друг. Все его эмоции я принимаю.

— Хреново, — выплюнул я, снимая с себя рубашку.

— Чего?

— Чувствую себя придурком.

— Чего?

— Хотел извиниться за непонятно что, а в итоге получил оплеуху в качестве дополнительных оскорблений в свой адрес. Идиот.

— Че-го? — по слогам произнёс друг, теперь уже с удивлением.

— Малыш, у тебя заела пластинка. Смени её на новую, — улыбнулся я.

— Да нет, я серьёзно! Чего? Ты извинился?! Перед кем?

— После твоих удивленных слов о том, что я извинился, я чувствую себя придурком ещё больше, чем мог. Думаешь, что я на такое не способен?

— Нет, что ты, — хлопнул меня по плечу Элай, сев на лавку, меняя обувь. — Я просто удивлён. От тебя такое редко можно услышать! И кто же это?

— Новенькая одна. С одиннадцатого.

— А-а-а, неужели та? — край губ дрогнул в ухмылке, а левая бровь быстро запрыгала.

— Я тебе сейчас вмажу.

— Ладно, молчу.

Быстро переодевшись, я снова повернулся к Элаю, который завязывал шнурки. Мне так много хочется сказать, высказаться, но не при всех этих даунах.

— Так всё-таки она? — не отставал друг.

— Лаура Хилл, если ты подумал о ней. Знаешь, мне просто не хотелось, чтобы она считала меня быдлом каким-то. Не хотел, чтобы она шипела на меня, как дикий зверь. Хотел расставить все точки над «і». Рассказал ей правду, что было на самом деле. Но она просто назвала меня лгуном. Теперь я не хочу её видеть и слышать. Я старался быть хорошим, понимаешь? Но как можно быть им, когда люди просто раздражают?

— Не кипятись. Со временем она, может быть, поймёт. Не обращай на неё просто никакого внимания и всё, — подмигнув, Элай направился на выход из раздевалки, а я последовал за ним. Мы вышли на школьный стадион. Физкультура — наверное, единственный школьный предмет, который мне по душе. Здесь я могу отдохнуть морально, привести свои мысли в порядок. Спорт — всегда помогает остепениться.

Как обычно, парни гуляют в футбол, а девочки в волейбол, на другой части поля. Однако для меня этот урок не просто, как игра, а как полноценная тренировка. Я выкладываюсь на полную. И тем не менее именно на поле я привожу себя в норму.

Проведя небольшую разминку, весь класс разделился. Девушки ушли на свою часть поля, занимаясь своими делами. Кто-то отдыхал, а кто-то играл в волейбол. Некоторые парни засматривались на них, каждый рассматривая ту часть тела, которая нравилась