будет наше самое лучшее время.
Если, конечно, он этого захочет..
«Для тебя я есть всегда»
Так он говорил.
Это же что-то значит? Я уверена, что значит. Мне хочется в это верить.
Дома, не успев нормально раздеться, я буквально в одной футболке и стрингах хватаюсь за свой блокнот и начинаю рисовать эскиз будущей картины для моего Александра.
А уже в конце этой недели передо мной стоят две почти идентичные картины, написанные в моей узнаваемой технике.
На картинах крупным планом изображена луна, вернее большая ее часть. А кратер, или как говорит Александр, лунное море, что является акцентной частью картины, не пуст и не безжизнен, а наполнен водой. Потому что мой Александр, мой Саша, он не одинокий. Он наполнен жизнью, добротой, силой, гениальными идеями, пошлыми фантазиями и любовью к своему делу и к близким. Он разный и я, кажется, его люблю!
Глава 20
Александр
Вчера в театре Русалки состоялась первая премьера. Сказка с элементами мистики. Действия проходят и в сказочном лесу, и в городе, и в квартире. Представляю, сколько в этом всем моей Русалки — труда, души. В каждой декорации, в каждой сцене. Я следил за мероприятием удаленно. В Телеграме. И даже зарегистрировался в запрещенной социальной сети и подписался на страницу театра. Стоит отдать должное PR команде театра, страничка ведется интересно, хочется сейчас же взять билет на самолет и лично прочувствовать атмосферу, посмотреть постановку, увидеть сцену и даже посетить буфет.
Конечно, заглядываю в профиль Саши. Изучаю долго и жадно. Большая часть постов — это ее работы и репортажные фото. Последние фотографии рассказывают о том, чем она занимается сейчас: улицы города, здание театра, кусочки эскизов, закулисье. Фото самой Саши тоже есть, их немного. Она за мольбертом, на выставке, со спины на фоне гор, с бабушкой. Аристократичная она у нее, с прямой осанкой, естественно стареющая, с собранными в низкий пучок волосами. Саша обнимает ее сзади. Теплый кадр, живой. На одном фото замечаю фото ее ног с розовым лаком, перед ногами лежит яркий постер. А на пальчике колечко с лебедью, которое я подарил. Тот факт, что она его носит, отзывается во мне теплом и мальчишеским счастьем.
Сегодня, едва открыв глаза, захожу на страницу театра, где уже выложены фотографии с вчерашнего мероприятия. Здесь и интерьер театра, и гости, и актеры. На нескольких из них команда театра. Родственники и друзья пришли поддержать премьеру. И Сашу тоже пришли поддержать. Не я. На общем фото рядом с Русалкой стоит Виктор. Приобнимает ее за талию. Саша держит в руках букет. Не мой.
— Сука.
Вчера на домашний адрес Саши я отправил большую корзину с цветами. Белая композиция из самых разных цветов, от пышной гортензии до нежных ромашек, с небольшими вставками зелени. К цветам прилагался небольшой конверт с запиской: «Для самой красивой и талантливой. Александр»
Адрес мне подсказала Маруся, они с Платоном тоже отправили Саше букет. Думаю, Маруся догадывается о моих душевных метаниях относительно Саши, но тактично не лезет в душу. Люблю эту черту в своей сестре, она никогда не навязывается, если чувствует, что это сейчас не нужно.
Саша: «Это самые красивые цветы, которые мне когда-либо дарили. Спасибо. Я по тебе скучаю. Очень»
Знала бы ты, девочка моя, как скучаю я. Хочется выть на луну от тоски. Канаты моей силы воли держатся на последних нитях, как хочется мне быть рядом с тобой. Взять билет и рвануть к тебе, обнять и никогда не отпускать, даже если ты будешь сопротивляться.
«Я по тебе скучаю»
Это хорошо. Скучай, пожалуйста, по мне.
Еще раз смотрю на фото, где Виктор обнимает Сашу. Смеюсь в голос. Представляю, каким буду дебилом, если мою отстраненность Саша сочтет за безразличие. А тут и Виктор рядом, внимательный, молодой, красивый.
— Сука-а-а.
Неужели я дурак, и нужно было брать Сашу напором?
Глава 21
Саша
В тот самый момент, когда я призналась себе, что люблю Александра, мне стало ужасно хорошо и легко. В работе я почувствовала новый виток вдохновения и переделала несколько задников и передвижных конструкций для детского спектакля, добавив ярких акцентов. Я радовалась каждому сну, в котором был Александр. Я любила всех вокруг. Я с нетерпением ждала премьеру нашей первой постановки. Она, кстати, прошла великолепно. Зря я переживала. Зрители остались в восторге от постановки и от самого театра.
На премьере был Виктор, все такой же красивый и внимательный. Его пригласил Герман Станиславович. Для меня это не было неожиданностью, потому что периодически мы переписывались в мессенджерах и даже перекидывались фотографиями. Оказывается, он успел влюбиться и даже сделал предложение своей подруге. Эта новость принесла мне облегчение и огромную радость за друга.
Еще до премьеры я поговорила с Мирославой и призналась, что к Новому году планирую вернуться домой. Благо, все запланированные спектакли должны стартовать до середины декабря. Я поделилась с ней всем, что меня беспокоило и что грело сердце. Удивительно, но мне ни разу не захотелось сделать этого с мамой, хотя мы созванивались минимум раз в неделю. А с Мирославой все случилось легко и само собой.
Говорить «до свидания» театру и его жителям было очень грустно. Я полюбила здесь все, даже этот обычный, по сравнению со столицей, город. Я намеренно не называю это прощанием, потому что не исключаю совместную работу в дальнейшем. И уж точно я появлюсь здесь как зритель, и надеюсь, не одна.
Едва переступив порог дома, я побежала к окну и просто смотрела на 12 этаж соседнего бизнес-центра. Ожидаемо, в субботу за любимыми окнами царила тишина. Тишина царила и в понедельник, и вторник. В среду я не выдержала и написала сообщение Саше.
«Привет. Я дома. Я бы хотела увидеться. А ты?»
Ответ пришел спустя полдня, ближе к вечеру.
Мой Александр: «Привет, Русалка. Меня нет в городе. Планирую вернуться ближе к Новому год. Ты надолго?»
«Навсегда. Я буду ждать»
Мой Александр: «Спасибо»
Все последующие дни я много гуляла, украшала квартиру, покупала подарки к праздникам, рисовала исключительно для души и даже встретилась с университетскими подружками. Каждое утро начиналось в семь утра с большой кружки капучино с корицей у окна. Мне ужасно хотелось написать ему сообщение, а еще лучше позвонить. Не знаю, что меня останавливало. Наверное, я боялась услышать то, что мне не понравится. Или, наоборот, очень понравится, но возможности обнять его не будет. И как тогда
