мне сказать тебе вот что, Роуэн. Я не заинтересована в том, чтобы быть любовницей наследника мафии. Это то, что ты мне предлагаешь, и это отличается от моих отношений с Крисом.
Я замечаю, как он слегка вздрагивает, словно мои слова задели его за живое.
— Любовницей? — Роуэн хмурится. — Я ещё не женат, девочка. Ты же не...
— Может быть, прямо сейчас. — Я свирепо смотрю на него. — Обе мои самые близкие подруги замужем за членами Братвы, Роуэн. Возможно, я не знаю всех тонкостей мафиозного образа жизни, но я знаю достаточно. Я немного разбираюсь в том, как устроены семьи. Если ты наследник, то, как ожидается, рано или поздно женишься и родишь наследника. А что потом? Я не заинтересована в том, чтобы быть твоей любовницей, и я не хочу, чтобы меня водили за нос, пока ты не обручишься и не бросишь меня. Я хочу самостоятельности в своих отношениях, Роуэн. В этом нет никакой самостоятельности. Я не собираюсь быть твоей игрушкой.
— Женевьева, — теперь в его голосе звучат умоляющие нотки, но я больше ничего не хочу слушать.
Я решительно качаю головой.
— Уходи, — говорю я, стараясь быть грубой. — Мне нужно сосредоточиться на выступлении, и на это у меня нет времени. Просто уходи, черт возьми.
При этих последних словах, я вижу, как Роуэн сникает. Он проводит рукой по своим медно-рыжим волосам и коротко, отрывисто кивает.
— Хорошо, — говорит он, выдыхая. — Будь, по-твоему, девочка. Я... хорошо.
Он разворачивается, чтобы уйти, а я смотрю, как он уходит, и дверь за ним с грохотом закрывается. И когда она закрывается, я чувствую, как выдыхаю воздух, о котором и не подозревала, что задерживаю.
Значит, всё кончено. Я должна почувствовать облегчение. Я должна быть рада, что, скорее всего, больше никогда не увижу Роуэна Галлахера.
Вместо этого всё, что я ощущаю, это пустота, как будто я потеряла что-то, о чем даже не подозревала, что хотела.
ГЛАВА 6
ЖЕНЕВЬЕВА
Не успеваю я снова сесть за туалетный столик, как дверь снова распахивается.
— Я же говорила тебе, Роуэн, — выдавливаю я из себя, оборачиваясь... и слова замирают у меня на губах, когда я вижу, что в комнату входит Крис.
Выражение его лица, и без того раздражённое, мгновенно становится суровым.
— Я подумал, — вкрадчиво произносит он, когда дверь за ним захлопывается, — был ли он здесь, когда я проходил мимо него по коридору. Но я думал, что это уже в прошлом. Что нашей последней ссоры было достаточно, чтобы положить конец тому, что происходит между вами двумя.
Я прижимаю руку ко лбу, чувствуя, как на меня накатывает усталость, и бросаю взгляд на часы. У меня действительно нет на это времени.
— Ничего не происходит, Крис.
Он переводит взгляд с меня на мусорное ведро, стоящее рядом с туалетным столиком, и прищуривается.
— Цветы — это ерунда?
— Я их выбросила, как видишь, — спокойно отвечаю я. — Так что да, ерунда.
— Но он принёс тебе цветы.
— О, боже мой! — Я повышаю голос и вижу, как его глаза вспыхивают гневом. — Хватит, Крис. Да, он проявил ко мне интерес на вечеринке. Он также интересуется балетом и, возможно, станет его меценатом. За последнюю неделю я устала слышать это слово от него, Винсента и тебя. И я сказала ему «нет». Я сказала ему, что мне это неинтересно. И только что я выбросила эти чёртовы цветы и попросила его уйти. Тебе этого достаточно?
Крис приближается ко мне с такой скоростью, что я отступаю назад, спотыкаясь о свой туалетный столик. Он усмехается, глядя на меня сверху вниз, его глаза сужаются, словно в них затаилась свирепость.
— О, не веди себя так, будто я собираюсь причинить тебе боль, Женевьева, — с сарказмом говорит он. — Как будто я когда-либо поднимал на тебя руку. Это так чертовски драматично.
Он поднимает руку и обхватывает пальцами мой подбородок, и я стараюсь не показывать страха. Я не хочу, чтобы он понял, что прямо сейчас я больше ни в чем не уверена.
— Я дал тебе все, о чем ты просила, — холодно говорит он. — Я баловал тебя и заботился о тебе. Я обеспечил тебе доступ в эксклюзивные клубы, купил тебе дизайнерский гардероб, подарил бриллианты и дорогие украшения. Я поддерживаю тебя во всём, в чем ты нуждаешься. Так скажи мне правду, Женевьева. Он прикасался к тебе?
Я медленно выдыхаю, пытаясь успокоить бешеный ритм своего сердца.
— Один раз мы танцевали, — тихо говорю я. — На вечеринке. Как я бы танцевала с любым другим, кто хотел танцевать. Вот и всё, Крис. Это вышло из-под контроля.
Его пальцы нежно касаются моего подбородка.
— Я собираюсь поверить тебе, — шепчет он. — Но если я узнаю, что ты солгала...
Я поднимаю глаза, и гнев, словно твёрдый, горячий ком, поднимается у меня в груди.
— А что насчёт тебя? — Тихо спрашиваю я. — Скажи мне правду, Крис. Ты спал с женщиной, чьи духи были на твоей рубашке?
Это было неправильно с моей стороны. Он отпускает меня так резко, что это почти похоже на толчок, и туалетный столик позади меня качается. В этот момент я осознаю, что не должна идти к нему домой сегодня вечером. Мне следует снять отель или остановиться у Эвелин, или Далии, или кого-нибудь из моих друзей. Что-то изменилось в Крисе, и где-то в глубине души я слышу тревожный сигнал, который предупреждает меня, что ситуация становится опасной.
Однако, несмотря на его присутствие, тихий голос в моей голове шепчет, что, возможно, я слишком остро реагирую. Если я не вернусь домой сегодня вечером, это может вызвать больше проблем, чем того стоит. Может быть, лучше перетерпеть и расстаться с ним через несколько дней, когда у меня будет время отдохнуть и привести мысли в порядок? В любом случае, я вернусь домой поздно вечером, после выступления и вечеринки после ужина...
Мой желудок сжимается. Вечеринка после ужина... Я совсем не хочу, чтобы он был там сейчас, но не думаю, что у меня есть выбор. Как покровитель балета, Крис должен быть там, и, судя по его поведению сейчас, я сомневаюсь, что он отпустит меня без присмотра на вечеринке, где может появиться Роуэн.
Пожалуйста, Боже, не допусти, чтобы это произошло. Мысль о том, что они оба будут на вечеринке и испортят мне вечер из-за настойчивости Роуэна и безумной ревности Криса, вызывает у меня тошноту. Этот гнев всё ещё бурлит во мне, потому что это мой вечер. Я трудилась над ним
