– пока.
Стон сожаления вырывается из его груди. Он протягивает руку, и заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо.
- Понятно, что я дурак. Всю жизнь теперь жалеть буду, что не набрался смелости в юности и не пригласил тебя на свидания. – Он не спешит убирать руку.
Задумавшись, он проводит указательным пальцем по моей скуле, затем мазнул им по подбородку. Не сводя горящего взгляда от моих губ. Его близость и слова будят внутри панику и сожаления одновременно.
Распахнув глаза, я отстраняюсь от него. Свожу брови на переносице, в непонимании его слишком фривольных жестов.
- Лень, я думаю, мне пора.
- Прости. – Он успевает поймать мою руку, прежде чем я ее одернула. – Правда. Я тебя не понимаю, Вера. Ты ведь проводишь со мной время. Посылаешь двусмысленные ешь знаки. Улыбаешься, смеешься, но не подпускаешь к себе близко.
Ошарашенная услышанным, погружаюсь в шок. Опускаюсь на стул и смотрю на него. В голове рой мыслей, смешиваются с его словами и претензиями. Он не шутит, его слова кипят правдой. Только не моей, а его.
- Я замужем. – Тихо напоминаю ему. – Какой близости ты от меня ждешь? – Руки держу на коленях, так как боюсь, что он начнет меня удерживать опять.
- Простой, женской. Что тут непонятного. – Его голос, обманчиво легкий, но под тон, пробирает до костей. – Ты не рассказываешь, почему вы уехали из столицы. Скрываешь, что у твоего мужа была любовница. Его бывшая жена. А ты знала и молчала.
Он напоминает мне правду бегства, а я ее и не забывала. Она всегда на повторе в моей голове. Тело покрывается гусиной кожей.
- И что теперь? Я должна поступить также, и переспать с тобой? – Голос бесцветный, но твердый. Сама удивляюсь своему спокойствию и даже, скорее всего, безразличию.
- А почему нет? Ты отомстишь, а я закрою гештальт из далекой юности. Все будут в выигрыше.
Смотрю на него и пытаюсь понять, когда он стал таким циничным. Мерит всех одной мерой. Приписывая ужасные стандарты. Возможно, для кого-то это выход из зоны боли и унижения. Но для меня это значит пасть настолько низко. Что после уже только пустота.
Да и как после всего, смотреть на себя в зеркало. Где все будет напоминать о мести. Губы, глаза, кожа, все покроется чужими следами. Стирая последние грани, за которыми только отвращение и презрение к себе.
- Знаешь, Лень, уж лучше бы мы с тобой не встречались. Ты был в моей памяти добрым, справедливым и милым мальчиком. А сейчас ты просто сволочь.
Поднимаюсь из-за стола и выхожу на свежий воздух. Пусть на улице печет солнце, и жарко, как в духовке. По коже все равно ползут мурашки. Я не чувствую пекла, а только легкое покалывание на открытых участках тела.
Внутри ядерная зима, с минус тысячей градусов. Будто каждый орган покрылся ледяной коркой. Легкие поглощают кислород, но я не чувствую ничего. Запах стойких специй или свежесть цитрусовых. Все проходит мимо моего обоняния.
Не могу поверить, что я так легко доверилась ему. Поверила в проверенную юностью дружбу. Что решила, будто он действительно рад меня видеть и проводить время.
Его не нарочные касания, я списывала на нежный порыв. Ведомый старой дружбой. И сама отвечала ему взаимностью. Но без намека на продолжения в интимном плане.
Тут же в голове мелькнула неприятная мысль. А может, я сама его спровоцировала и дала ложную надежду? Где-то позволила больше чем нужно? Не отпустила взгляд, когда должна была отвести сразу.
Первое время я оборачивалась. И каждый раз боялась увидеть, что Леня идет за мной. С содроганием представляла его объяснения и просьбу, все забыть.
Представляла свои мысли и прокручивала в голове его слова. Все смешалось. И уже, когда я подошла к дому, потеряла нить всего происходящего.
Прогулка под активным солнцем, обернулась для меня тошнотой и черными пятнами перед глазами.
И как только я зашла в дом, то сразу побежала в туалет. Скидывала обувь под удивленное лицо мужа.
После того как меня стошнило. С трудом поднялась на ноги и подошла к раковине. Выкрутила кран с холодной водой до упора и ополоснула лицо. Стало заметно лучше. Горечь во рту оставалась, но уже без скручивающих позывов.
Прислоняюсь лбом к холодной плитке и прикрываю глаза.
- Вера, с тобой все в порядке? – Стук в дверь и слова Роберт доносятся до меня издалека.
Сглатываю ком в горле и облизываю пересохшие губы.
- Да. – Тихо и почти неслышно отвечаю ему.
Даю себе еще минуту, чтобы выровнять дыхание. Ступни чувствуют холод кафеля, и по телу пробегается дрожь. Мышцы и кости словно желейные.
Тело начинает, будто лихорадить.
Тянусь, чтобы повернуть задвижку на двери. Роберт распахивает дверь и тормозит, видя меня. Бледное лицо, резко контрастирует на фоне яркого сарафана.
- Видимо, у меня тепловой удар. – Все симптомы совпадают.
Хмуриться, но решает промолчать. Нравоучения мне сейчас ни к чему. Знаю, что сама виновата.
- Давай я тебе помогу дойти до спальни. Не дожидаясь моего ответа, он подхватывает меня на руки. Поднимается на второй этаж, без лишних усилий. Будто я ничего не вешу. Укладывает в кровать, и ложится рядом со мной.
Прикрываю веки и борюсь с ознобом, что разбивает мое тело. Роберт монотонно гладит мои волосы, и я засыпаю в его объятиях.
Глава 18
Глава 18
Утром проснулась с головной болью. Вчерашняя ломота в теле сохранилась. В висках пульсирующая боль, которая только увеличивается с каждой минутой.
Закидываю руку за спину. Но она ударяется о матрас.
