больше домоседка. Лучше завалиться перед ноутбуком на кровати. Можно делать паузы, когда тебе нравится, заснуть на середине и всё такое. Что угодно можно творить.
Фильм мне не нравится почти с самого начала. И не переключишь же теперь! Ненавижу драмы, но сама же выбрала. Кошусь на притихшего Кирилла, а он… смотрит! Будто ему интересно. Реально не пристаёт, ничего такого...
Забавно. Хотела увидеть, как Воронин будет мучиться от розовых соплей и бесконечной любви… Думала, что он больше по части экшена и взрывов… А тут, оказывается, романтик в душе прячется. Ну-ну, сейчас мы это исправим.
На экране слезливая сцена: главная героиня теряет память, а герой страдает. Вот это занудство! Надо что-то делать. Срочно, пока я не уснула.
— Фу, какая мерзость, — громко фыркаю я. Специально так, чтобы услышали все вокруг.
Катя хмыкает, а Ворон… вообще не реагирует. Железный какой-то. Это ему настолько на меня пофиг? Может валерьянки напился перед встречей со мной? Будто знал, что я буду чудить.
Беру попкорн и начинаю демонстративно хрустеть прямо у него над ухом. Ем максимально неаккуратно, роняя кусочки себе на платье и на пол. Пусть полюбуется на свинью.
— Аккуратней, Алиса. Не думаю, что после сеанса уборщица будет в восторге, когда придётся лазить под сиденье за твоим попкорном, — спокойно говорит Кирилл, не отрывая взгляда от экрана.
Голос ровный, без раздражения. Чёрт! И главное ведь, я и в самом деле начинаю смущаться. Хочется тут же подскочить и начать убираться тут. Совесть — такая штука. Неудобно теперь перед обслуживающим персоналом.
Но нужно держаться. Раз уж начала.
— Что за бред? — качаю головой, комментируя очередную душещипательную сцену. — Это слишком слащаво и нереалистично! Где настоящие эмоции?
Ворон не реагирует, даже бровью не ведёт.
Я поворачиваюсь к нему. Серьёзно? Вот вообще ничего не сделает за весь фильм? Что-то тут не так. Может беруши надел? Или ещё чего придумал…
Я наклоняюсь к нему с подозрением. Намерена своими глазами убедиться, что он вообще тут находится, а не в наушниках сидит, а он как раз в этот момент поворачивается ко мне.
Чуть ли не сталкиваемся носами. Отшатываюсь назад.
— Хм… Хочешь целоваться? Теоретически я не против. Если ты скажешь, что мы с тобой теперь пара, — вдруг выдаёт и хмыкает.
— Обалдел, что ли?! Я просто хотела спросить… осталась ли у тебя вода?
— Конечно. Для тебя мне ничего не жалко, Алиса.
Он протягивает бутылку. Я беру в руки и вижу, что он ждёт. Смотрит на меня.
Не хотела пить вообще-то. Но и это плюс мне в карму. Сейчас ещё побуду капризной девочкой.
Я верчу бутылку в руках, смотрю на неё, а потом кривлюсь.
— Извини, но что-то я не хочу пить с тобой с одной бутылки. Ну знаешь… микробы.
Однако Ворона даже это не напрягает. Он наклоняется ко мне. Заставляет меня вжаться в сиденье. Я не хочу реагировать, но сердце безумно стучит в груди. Его я не могу заставить перестать выделывать трюки.
— Боишься… микробов? Мы же с тобой уже ими успели обменяться, Ростовская. Так что расслабься и пей.
Пробегается взглядом по моему опешившему лицу. Я вдруг понимаю, куда движется дело. Сейчас начнёт. Напирать снова. Наверное, поцеловать хочет… Но он вдруг с самым невозмутимым видом отодвигается.
И просто переводит взгляд на экран.
Всё. Будто сразу же погружается в сюжет фильма и ему на меня всё равно. Какого… вообще происходит?!
На секунду мне показалось, что он хочет продемонстрировать, как мы с ним менялись микробами, но нет… Не стал. Он просто взял и отвернулся. Кирилла будто подменили. Как это вообще анализировать? Как понимать?
Моя тактика идёт крахом. Кирилл сегодня не такой как всегда. Ломает стереотип. Не пристаёт, не проявляет особого интереса, не комментирует мои закидоны.
Мне же хочется увидеть хоть какую-то реакцию от него. Хоть что-то кроме этого непроницаемого спокойствия.
Я блуждаю растерянным взглядом по залу.
И вдруг вижу то, что надо. Идеально. Наклоняюсь вперёд и хлопаю по плечу высокого парня с копной светлых волос, завязанных в хвостик. Он удивлённо оборачивается.
— Простите, вы случайно не знаете, кто режиссёр этого… кхм… шедевра?
Я растягиваю губы в улыбке, глаза парня загораются интересом и… наконец-то я чувствую, как справа от меня собирается грозовая туча. Бинго!
Глава 20. Развлечения
— Привет! Без понятия, если честно. Но если б я снимал это кино, то точно вырезал бы половину, — улыбается незнакомец.
Я оцениваю обстановку. Парень сидит в компании друзей, судя по всему. Тут есть и девочки и мальчишки, он же, видимо, без пары. Ну это просто судьба. И симпатичный, между прочим. Отличный кандидат, чтобы позлить Ворона.
— Полностью согласна! — восторженно шепчу я. — Меня Алиса зовут, кстати.
— Очень приятно, я — Витя.
Мы начинаем перешёптываться, глумясь над дурацкими поворотами сюжета и над слащавыми диалогами. Смеёмся, переглядываемся… А я чувствую на себе прожигающий взгляд Воронина. Супер.
— Слушай, а ты часто в этот кинотеатр ходишь? Может, как-нибудь сходим на что-нибудь… менее сопливое?
Ого! Вот это парень скоростной. Но мне хватает приключений. Я вообще не планировала ни с кем знакомиться. Это всё представление для Кирилла, который, на удивление, сидит и молчит. Странно, что он до сих пор не вклинился в мой диалог с Виктором.
А вдруг мне показалось? Вдруг он не напрягся? Что с ним происходит-то?
Хочется обернуться и посмотреть на его реакцию, но тогда я спалюсь. Покажу, что на самом деле меня больше интересует не общение с Витей, а злые взгляды Кирилла.
— Заманчивое предложение… Я подумаю, — тяну я довольно громко.
Наконец-то сбоку раздаётся шевеление. Мне на плечо прилетает тяжёлая рука. По телу пробегает волна мурашек. Дождалась. Только почему-то теперь в душе всё переворачивается от волнения.
В голове мечется пугливая мысль, что зря я вообще всё это затеяла. Но… меня уже несёт. Поздно останавливаться!
— Алиса, — цедит Воронин сквозь зубы. Голос звучит как предупреждение. — Мы вообще-то фильм смотрим. Забыла?
Оборачиваюсь к нему с самым невинным видом.
— Извини, но это кино полная нудятина. Мне скучно.
Ох, ну и взгляд. Вариантов несколько. Либо он сейчас встанет и уйдёт, чтобы больше не мучиться со мной, либо… а вот о втором варианте думать страшно. Глаза Кирилла горят даже в полумраке кинотеатра. В нём смешались гнев, вызов и… что-то ещё, чего я не могу прочитать.
Я скидываю руку Ворона с себя и отворачиваюсь от него. Сердце выпрыгивает из груди. Кажется, я движусь к какой-то опасной отметке. После
