стало достаточно взрослой, чтобы топить свою боль в спиртном, но вместо этого бросилась ему на шею и как можно крепче прижалась своей щекой к его груди.
— Ох, маленькая проказница… — выдохнул Люк, проведя рукой по моей голове, словно пытался успокоить не двадцати четыре летнюю женщину с разбитым сердцем, а всё ту маленькую девочку с разбитыми коленками. — Ты просто влюбленная женщина, вот и всё. И ты не виновата, что твоё сердце решило выбрать своим хозяином этого мудака.
Вывернулась из рук брата, подошла к большому окну и бросила взгляд на шумный город, который продолжал жить своей жизнью, а моя жизнь … У меня нет жизни без него.
— Что ты будешь делать дальше, Мия? — услышала я взволнованный голос Люка, который вплотную подошел ко мне.
Дальше? Закуплюсь анальгетиками и… не знаю. Я не знаю, что мне делать дальше!
— Не знаю, — честно ответила я брату. — А мне нужно решить прямо сейчас?
— Чем быстрее ты решишь, тем будет лучше, Мия. Лучше для тебя и твоей жизни. Ведь если память мне не изменяет, ты не может долго жить без него.
— Как показала практика — могу, но это чертовски больно! Это очень больно…
Кажется, в этот раз мне потребуется большая пачка анальгетиков, а лучше две!
Глава 14. Иногда многоточие в отношениях не означает конец истории..
Мия
Люк сравнивал меня с привидением, которое пробуждалось только когда солнце пряталось за горизонт.
Несколько дней я отчаянно пыталась убедить себя в разных причинах появления красного пигментам на его губах — он выпил с того бокала, на котором остался след от помады или случайно испачкался… Ха! Смешно! Случайно испачкался…
И когда мой мозг, наконец-то, перестал отрицать то, что произошло, я просто стала сгорать от злости. Я была зла, чертовски зла. Зла на весь мир вокруг меня и на него.
Три дня. Я провела без него три дня, а от меня осталась только тень. Казалось, что и так изнеможенная и подавленная я просто дотлевала до конца.
Но были и свои плюсы в сложившейся ситуации — я сменила то дерьмовое платье на пижаму своего брата, которая была мне на несколько размеров велика и я наконец-то почувствовала себя в безопасности. И это стало настоящим открытием для меня, будто мир перевернулся и встал с ног на голову — я чувствовала себя в безопасности, когда рядом не было Алека.
— Доброе утро, точнее ночь, — поприветствовал меня Люк, когда тень по имени Мия появилась в его гостинной. — Булочки! Твои любимые!
Чарующий запах корицы… это было самое приятное, что случилось со мной за последние дни.
Благодарно кивнула в ответ, но к еде не прикоснулась.
— Мия, тебе бы следовало принять душ, — услышала я озорные нотки в его голосе.
Снова кивнула, но с места не сдвинулась.
— Если тебе нужно с кем-то поговорить, то я — самый удачный вариант!
Люк хлопнул крышкой ноутбука и я от неожиданности подпрыгнула на месте. Мои нервные окончания были оголены и воспринимали происходящее вокруг не просто ярко, а пронзительно и больно.
Возможно мне было бы легче, если бы я могла поговорить с ним. Выплеснуть ему в лицо всю боль, которую испытывала. Но… как только я думала о Алеке меня сразу же начинало мутить, а мне не хотелось испортить дорогой пол в квартире брата.
— От тебя плохо пахнет, маленькая проказница, — прошептал мне на ухо Люк. — Очень плохо!
Не пахло от меня плохо! Он делал так всегда, чтобы я разозлилась и сделала так, как он хотел!
— В детстве ты всегда мне говорил, что от меня пахнет цветочками, — хрипловатым голосом ответила я и это стало первыми моими словами за последние двадцать четыре часа.
В прошлый раз я попросила стакан с виски, но Люк вместо спиртного принес мне воду. Чем не на шутку разозлил меня и я со злостью воткнула вилку в его любимый йогурт. Я извинилась, дважды. А Люк и не злился на меня, он лишь крепче прижал мою голову к своей груди и погладил меня по голове. И это была настолько ласково, что я разрыдалась. Разрыдалась так сильно, что на плотной ткани его любимой толстовки остались большие, мокрые следы. И я снова извинилась, а он и не злился...
— Не все цветочки хорошо пахнут. Сегодня ты воняешь, как болотный скунс!
Я ахнула от такой дерзости!
— Скунс? — переспросила я и тут же швырнула в него диванную подушку.
— Ай, Мия! Ты что прогуляла все уроки ботаники? Болотный скунс — это цветочки такие, желтенькие! С виду очень даже симпатичные и миленькие, а вот запах не очень! — Люк уклонился от очередной подушки, которая полетела ему в голову. — Прям как ты!
Смартфон Люка издал противный звук вибрации, который отвлек нас от столь “важного” разговора. Люк сделал вид, что ничего не произошло — взял в руки булочку и стал с особым наслаждением поглощать её, всем своим видом показывая мне, как же ему вкусно. Но я заметила как немного потряхивало его руки.
Его мобильный затих и буквально через несколько секунд снова завибрировал. И мне показалось, что эта вибрация оказалась куда настойчивее прежней.
— Кто это? — поинтересовалась я, почувствовав знакомое волнение в теле, которое всегда ощущала от тяжелого взгляда лишь одного человека в своей жизни.
Люк сделал вид, что не расслышал мои вопрос и продолжил с непринужденным видом потягивать кофе из картонного стаканчика.
— Это он? — слегка дрожащим голосом спросила я и моя внутренняя маленькая и очень глупая девочка, которая всегда желала лишь одного — всецело принадлежать этому взрослому мужчине скрестила на удачу пальчики за спиной, в ожидании положительного ответа.
— Мне солгать? — с непринужденным видом спросил Люк.
Вздернула вверх бровь и посмотрела на него суровым взглядом. Он уже знал ответ на свой вопрос.
— Он звонит мне каждые полчаса, а иногда и чаще. У меня уже мигрень от этого началась. Упёртый сукин сын!
Его малышка Мия облегченно выдохнула и уголки моих губ приподнялись.
Дура!
— Он ищет меня? — продолжила вести разговор маленькая глупая девчонка с моим братом, нагло закрыв мне рот рукой.
— А ты хочешь, чтобы он нашел нас? Тебя?
— Не хочу! — снова включила я свою возможность принимать разумные решения. Хочу, еще как хочу! Он обидел меня, а я уже успела соскучиться по его запаху… — Почему он всё ещё не нашёл нас?
— Потому что никто не знает о существовании этой квартиры. Никто, кроме…
Не успел Люк договорить, как раздался
