нему.
В его глазах неподдельное изумление. Дан явно в шоке, что я вдруг усомнилась в его здоровье. Только эта эмоция — другой нет.
Всё у него в порядке со здоровьем…
— Показал бы я тебе, сколько всего оно мне позволяет, — нагло ухмыляется Дан, явно быстро придя в себя: вон уже взглядом мне по губам скользит. — Впрочем, успеется… Надеюсь, ты не использовала все те презики.
Поджимаю губы, чтобы не вспылить. Обязательно быть таким мудаком? Просто пообщаться со мной, не напоминая, что я — ставка; никак?
Сухо прощаюсь и иду к выходу. Основное я узнала. И да, пусть так топорно — со слов лишь, но ведь и без того была уверена. По нему и видно. С остальным потом разберусь…
******
Неделя перед решающей гонкой, как назло, движется довольно быстро. Прошлую мы с братом провели абсолютно непродуктивно и, кажется, теряем и эту.
Мне удаётся застать Дана однажды на трэке — видимо, теперь Филатов занимается глубокой ночью. Говорю, что просто хочу посмотреть. Пытаюсь взять на слабо — мол, если он такой крутой, что ему стоит продемонстрировать свои возможности перед девчонкой, которая в гонках и не участвует? Жёстко обозначает, что дело принципа: не тренить с теми, кто пытался его подставить. Даже если эти те будут в качестве зрителей. Снова говорю, что не выступала против него, наоборот. Как не слышит, нахуй посылает. Уже откровенно враждебно. Посылаю в ответ и ухожу — понятно же, что дальше только хуже. Не достучаться до него.
Дальше ещё две почти такие же неудачные встречи… Я постоянно гуляю возле здания, на крыше которого Дан любит зависать вечерами. Уж не знаю, как это выяснил Макс, но решаю, что это возможность — пусть меня как бы невзначай тут увидят. Если бы сама поднялась на крышу, было бы палевно. А так там напротив спортивный комплекс с бассейном. В первый день захожу туда узнать тарифы, во второй с Алисой поплавать, в третий одна. Тогда мне и приходит сообщение от Дана в соцсети, где я ему «нечаянный» лайк ставила.
«Посмотри наверх», — лаконично, без предисловий.
Смотрю. Делаю вид, что удивлена ему там. Даже хмурюсь, давая понять, что сбита с толку и не знаю, как реагировать на Дана наверху.
«Вот так встреча», — только и пишу.
«Хочешь, поднимайся ко мне. Могу обрисовать, как это сделать», — получаю ответ.
Снова смотрю наверх. Так высоко…
«Надеюсь, ты на этой крыше не занимался паркуром?» — неожиданно даже для себя пишу, толком не осмыслив, зачем это спрашиваю.
В смысле, мысль о том, что кто-то так может, ужасает, конечно. Но ответа Дана жду чуть ли не с замиранием сердца. Важен как будто.
«Поднимешься — покажу», — приходит обнадёживающий ответ.
Колеблюсь. С одной стороны, подняться стоит — до гонки остаётся мало времени, а способов сблизиться с этим парнем у меня минимум. А тут как бы сам предлагает.
С другой… Во-первых, я ему не доверяю, и оставаться с ним наедине на такой высоте не кажется хорошей идеей. Конечно, он не столкнёт меня вниз или типа того, но вряд ли покажет что-то безобидное. А у меня сердце и так еле выдерживает наваливающиеся друг за другом потрясения.
«Я не настолько любопытная», — осторожно подмечаю.
«Ну и зря», — приходит мгновенный ответ.
Некоторое время так и стою на улице напротив здания, на крыше которого сидит Дан. И да, он уже делает это, свесив ноги вниз. Даже отсюда на это жутко смотреть.
Парень, который играет со смертью снова и снова. В то время как я, крайне осторожная, балансирую к ней куда ближе просто потому что. И знаю ценность жизни наверняка куда больше него.
Ему как будто… Всё равно?
«Просто я боюсь высоты», — решаю признаться, потому что уходить всё равно не хочется.
Просто потому, что других шансов мне не предвидится наверняка.
«Можем вместе подняться. Спускаюсь к тебе?», — довольно быстро приходит ответ.
Колеблюсь, размышляя, как и задержать это своеобразное общение между нами, и не подвергать себя таким вот приключениям. Мысль оказаться на крыше так пугает, что я в итоге не выдерживаю и пишу то, на что вряд ли решилась бы при другом раскладе:
«Давай лучше просто поужинаем вместе и погуляем по вечерне-ночному городу. Тут недалеко есть отличный ресторан», — ну ага, как будто Дан не в курсе. Это же вообще-то его район.
Ответ жду с замиранием сердца. Умом понимаю, что даже если отошьёт сейчас — всё равно что-нибудь придумаю, но такое ощущение, словно его ответ прям важен.
И ничего с этим ощущением я поделать не могу… Даже дыхание непроизвольно затаиваю.
«Поднимешься на крышу — будет и ужин, и прогулка, и сюрприз», — пишет Дан.
Вроде бы ничего такого в его словах нет, а читаются почему-то с мягкой интонацией. Завораживающей. Обезоруживающей.
В моём воображении Дан говорит эти слова чуть ли не с теплом. И неважно, что в реальности это ну вот вообще не вписывается в наши непростые и уже даже непонятные взаимоотношения.
«Кстати, отсюда охуенно видны звёзды», — приходит мне ещё один аргумент.
«Хорошо, спускайся за мной», — аж зажмурившись, соглашаюсь.
Сама себя не понимаю. Я серьёзно пойду на это? Да я наверх даже смотреть боюсь, не то что оказаться там.
«Только ты дождись», — Дан как мысли читает.
Потому что именно желание уйти начинает пульсировать в висках. Прям всё более настойчиво. Причём сначала убежать, а потом уже сказать ему, что не могу.
И всё же я остаюсь на месте… Хотя лучше бы сразу ушла.
Потому что желание сделать это реально не отпускает ни на секунду, пока я жду Дана. Как ни странно, я держусь только на понимании, что мы с ним скоро будем смотреть на звёзды, а потом нас ждут ресторан, прогулка и… Мне обещали сюрприз?
Отдаю себе отчёт, что всё это звучит непривычно романтично. И… Волнующе для меня. Ловлю себя на предвкушении. И да, всё это связано с Даном! С парнем, от которого стоит держаться подальше.
И который, вообще-то, проявлял уже себя с далеко не лучшей стороны. Бросал мне вызов, рисковал моим здоровьем, демонстрировал беспринципность, напористо и дерзко вёл себя даже при знакомстве. Зажимал, набрасывался с жаркими поцелуями, лапал, всячески сбивая с толку пошлыми действиями и словами.
Почему это меня не останавливает? Вернее, так: не будь у меня необходимости втираться ему в доверие, я осталась бы здесь?..
— Думал, ты уйдёшь, — словно ответом на это звучит слегка напряжённый голос Дана.
Неожиданно он спустился…
