Пришло время принять окончательное решение и уехать. Элла понимала, что другого варианта нет. Стало ясно, что Золтан намерен вышвырнуть ее. И после того, как он спас ей жизнь, рискуя своей собственной, она ни в чем не могла его упрекнуть.
Ей очень не хотелось выходить из своей комнаты, чтобы услышать приказ упаковывать вещи. С тех пор как Золтан в бешенстве закричал: «Через полчаса в кабинете», прошло уже тридцать три минуты, и Элла чувствовала, что ее судьба скоро изменится в худшую сторону.
Для решающего разговора Элла выбрала прекрасное голубое платье, подчеркивавшее синеву ее глаз. В волнении она подошла к дверям кабинета и постаралась придать своему лицу бесстрастное выражение, чтобы ничем не выдать внутренней дрожи. Потом открыла дверь и вошла.
Золтан ждал ее. Он показался ей еще более красивым и мужественным, чем обычно, и она быстро отвела глаза.
— Прошу извинить меня за опоздание, — проговорила она и снова взглянула на него, отметив, что он тоже переоделся в сухую одежду, но по-прежнему выглядит очень рассерженным. — Также прошу прощения за лодку, то есть за то…
— Один-ноль в пользу твоей воспитанности, — отрезал он. — Ты что, не видела, какой был шторм? — спросил он, и лицо его напряглось, словно он заново переживал все происшедшее. Затем у него вырвалась какая-то фраз! на венгерском, абсолютно для Эллы непонятная. Но она не удивилась тому, что он наградил ее парой крепких словечек. Конечно, она это заслужила.
— Я не знала, что там настолько страшно! — затараторила она. — Я смотрела на озеро долго-долго и не видела ничего особенного…
— В таком случае позвольте мне сообщить вам, мисс Торнелоу, — прервал он ее, — что озеро Балатон известно своими внезапными штормами. Волны высотой в шесть футов здесь нередки!
О Господи, думала Элла, неужели волны могут быть такой высоты? Но хорошо бы узнать, не собирается ли Золтан выгнать меня. Нет, сначала надо поблагодарить его за спасение.
— Я… э… — начала она, боясь, что он снова прервет ее, — ты должен был объяснить… — Теперь она решила, что лучший способ защиты — это нападение. Однако серые глаза Золтана зажглись новым приступом ярости.
— Кто бы мог подумать, что ты настолько глупа! — взорвался он.
— Да, конечно, прошу простить меня. — Элла начала извиняться, но вспомнила, как Золтан рисковал своей жизнью ради, нее, и поняла, что должна все объяснить. — Я и не собиралась кататься на лодке, — честно сказала она. — Я думала совсем о другом, когда садилась в нее.
— Не собиралась? — удивленно переспросил Золтан.
— Именно так, — торопливо ответила она, боясь, что он заподозрит ее во лжи.
— Продолжай: ты села в лодку, канат вдруг отвязался…
— Нет! — воскликнула она горячо. — Я сама это сделала! — Внезапно волнение покинуло ее и она продолжила более спокойно: — Я машинально поигрывала канатом… а лодка вдруг стала двигаться.
— И ты решила, что было бы неплохо поплавать.
— Нет! — снова воскликнула она. — Я уже сказала, что не собиралась делать этого! Мои мысли были далеко отсюда…
— И где же?! — воскликнул Золтан, снова закипая от ярости.
Эллу бросило в жар. Она должна была срочно найти подходящий ответ. Ведь она не может сказать, что думала о своей любви к нему и о том, как ей хочется остаться. Она ревновала его к Жене Халаш со злости дернула канат.
Внезапно ей пришло в голову, что она может отвлечь его, затронув другую животрепещущую тему.
— Если ты так хочешь знать, то я думала о моем портрете и не замечала, что делаю.
— О твоем портрете? — медленно произнес он и как-то странно посмотрел на нее. Видимо, он вспомнил, что сегодня впервые оставил ее одну в мастерской.
Элла обрадовалась, что удалось, наконец, перевести разговор, и приготовилась выслушать его упреки за то, что она совала свой нос куда не следует.
— О чем же еще я могла думать? — торопливо сказала она, когда Золтан встал и холодно посмотрел на нее. — Неделями я позировала тебе, а потом вдруг обнаружила… Когда ты пошел к телефону, я увидела, что ты так и не начал меня рисовать, — едва дыша от напряжения, закончила Элла.
Золтан отвернулся от нее, словно и не собирался ничего объяснять. Однако спустя мгновение бросил на нее ледяной взгляд через плечо и объявил:
— Должно быть, ты устала после всех своих приключений. Сядь здесь, — указал он на диван.
Элла не любила, чтобы ею управляли. Но этот человек спас ей жизнь, и она были благодарна ему. Она действительно очень устала и решила подчиниться.
Золтан подошел к окну и стоял, отвернувшись. Она не знала, о чем он думает. Наверно, подбирает слова, чтобы повежливей отослать меня домой, подумала она.
После долгой паузы Элла решила начать первой.
— Ты тоже, должно быть, устал, — мягко сказала она. — Даже больше меня! — добавила она, вспомнив, чего ему стоило спасти ее.
Но Золтан только хмыкнул в ответ, давая, видимо, понять, что не нуждается в благодарности. Он по-прежнему стоял и смотрел в окно.
Как же я люблю его! — думала Элла. Я должна упасть на колени и умолять его позволить мне остаться, хотя бы еще ненадолго…
Она поднялась с дивана и, не дожидаясь больше его ответа, прошептала:
— Конечно, я уеду.
К ее полному изумлению, Золтан резко повернулся и закричал так, словно она выстрелила ему в спину:
— Уедешь?!
Она растерялась, но, сделав над собой усилие, продолжила:
— Ведь ты хочешь, чтобы я уехала.
— Да совсем я этого не хочу! — Он отошел от окна и приблизился к ней. — Когда я это говорил?
Элла удивленно уставилась на него. Пожалуй, она сделала поспешные выводы. При этой мысли ее сердце радостно забилось, и вдруг она все поняла.
— Ах да, мой портрет, — сказала она. Видимо, Золтан рассердился, что ему придется нарушить свое слово и отправить ее в Англию без портрета, не выполнив обещания, данного ее отцу. — После того как ты рисковал жизнью ради меня, у моего отца не будет никаких сомнений в том, что ты порядочный человек, — быстро сказала она.
На свою беду, она услышала только очередной смешок. Он наверняка прекрасно понимает, о чем она говорит, просто нарочно сводит ее с ума своим молчанием.
— Значит, ты все-таки хочешь уехать! — вдруг выдавил из себя Золтан. — Ты не можешь дождаться, когда вернешься в Англию, чтобы, наконец, подытожить прогулки с Джереми Крейвеном и, безусловно, протанцевать целую ночь с Дэвидом.
Сраженная его атакой, Элла молчала. Золтан на нее нападал, и она чувствовала, что он имеет на это полное право. Но она никак не могла взять в толк, при чем здесь Джереми Крейвен и ее брат Дэвид.
— Я думала, ты хочешь, чтобы я уехала! — лихорадочно воскликнула она.
