начинаю двигаться.
— Артур, мягче, — жалобно просит и сгибает локти, силясь отодвинуться от меня.
До мозга, объятого красным туманом похоти, доходит, что надо переключиться в щадящий режим. Спихиваю со стола ещё какие-то блюда и салатники, чтобы разложить свой главный деликатес. На глаза попадается блюдце с шоколадным фонданом и оплывшим шариком мятного мороженого. Размазываю зелёное холодное месиво по Ксюхиной груди. Получается то ещё лакомство, бля.
Она визжит, упирается пятками в стол, пробует вывернуться. Вдавливаю в себя и наклоняюсь, чтобы слопать угощение. Хохочет, извивается, стискивает меня внутри так крепко, что тянет всю искупать в мороженом.
Пока вылизываю одну грудь, она собирает кашицу с другой и умудряется размазать по моей щеке. Выдыхаю сквозь зубы, когда проталкивает в мой рот, занятый соском, кончик большого пальца и с интересом смотрит в глаза. Замираем оба.
Поднимаю голову, зажимаю её палец зубами и загоняю себя глубже. Без резких движений, раз уж ей так неприятен сплошной грубый секс. Она зажмуривается и приподнимает бёдра, приглашая продолжить.
И я даю желаемое. Пару минут мы тихо стонем почти в унисон, потом выливаю ей на живот половину стакана апельсинового сока. Ледяные брызги летят и на меня.
Ксюха снова верещит, но и сокращается внутри ещё острее. Руками собираю лохмотья мякоти ей в пупок и слизываю всё до крошки. Закидываю на себя, и вместе падаем на стул. Так она не достаёт до пола даже кончиками пальцев.
— Держись за спинку и двигайся, — подсказываю и сплющиваю губами мятную горошину соска.
Сам подкидываю её вверх за попу, потому что её скольжений явно недостаточно нам обоим.
В этот раз экстаз куда приглушённее первых двух, но всё равно удовольствие такое, что прошибает до позвоночника.
Ксюха повисает на моей шее и укладывает голову на плечо.
— Кажется, у меня утюг остался не выключённым, — бормочет бессмысленно. — Я, пожалуй, пойду.
— Так быстро насытилась? — глажу обеими руками спину и перебираю пряди волос на затылке.
— На месяц вперёд, наверное.
— А я только хотел предложить завалиться в джакузи.
— Без секса!
— Без вагинального, да, — соглашаюсь со смехом, и она отлипает от меня (вот буквально, потому что мы оба перемазаны сладким), чтобы уставиться с ужасом.
— Не сотрёшься?
— Вот и проверим, — прикусываю за подбородок, спускаюсь к шее, и она вся изгибается под меня.
Трётся грудью и промежностью, вонзает ногти в плечи. Невозможная девка. Жалуется, что вымоталась, но при этом отчаянно ищет ласку.
Через десять минут лежания под шапкой пены приходит в себя, садится на мои колени и елозит пальчиками по груди.
— Почему ты ездишь на заправку, когда можешь работать из дома? — вопрошает задумчиво и целует ямочку на подбородке.
— Потому что это дисциплинирует, — кусаю за кончик носа и демонстративно скалюсь, когда отстраняется и плещет в меня водой. — Просыпаешься с утра, пьёшь кофе и дуешь в офис, вместо того чтобы упасть на диван и вести переговоры, почёсывая зад.
— А вкалываешь по шестнадцать часов тоже ради самодисциплины?
— Иначе просто не успеваю. Строящийся объект в твоём городе — отнюдь не единственный у меня на подотчёте. Таких строек от Иркутска до Владивостока висит на мне около двух десятков и все на разных этапах. По каждому я должен делать анализ отклонений от графика строительства. Сверять поставки материалов по накладным. Корректировать графики подрядчиков с учётом погодных условий. Вести разбор узких мест, как например задержка поставки бетона или нехватка сварщиков. Ещё я готовлю заявки на дополнительные ресурсы. Согласовываю изменения в проектной документации с надзорными органами. Оформляю пропуска для спецтехники — допустим, тому же асфальтоукладчику требуется перекрыть движение автомобилей в таком-то часу такого-то числа. Все работы заранее согласовываются с администрацией и ГИБДД, продумываются маршруты объезда, или, если нет такой возможности, оговаривается участие регулировщика либо введение временного светофора, если речь идёт о мостах, путепроводе или другом специфическом объекте. Дальше перечислять?
Она пялится на меня с восхищением, подсаживается ближе и целует в висок.
— И всё это помещается в твоей голове?
— Приходится помещать. Большие деньги, — отыскиваю под водой чувствительную точку у неё между ног и потираю пальцем, — с неба не сыпятся. В отличие от других подарков судьбы.
— Это ты на меня намекаешь?
— Прямо говорю, Ксюх, — устраиваю стояк у неё меж ягодиц и медленно вожу вверх-вниз. — Свалилась мне на башку, так теперь отрабатывай.
— Чем изволите? — она нарочно отклянчивает зад и игриво зажимает нижнюю губу зубами, предлагая неоднозначный выбор.
— Без смазки меня вытерпишь?
— Не-не-не, даже не думай.
— Тогда я выбрал, — ссаживаю её с себя, устраиваюсь на широком бортике, развожу ноги и пальцем приманиваю к члену.
Она начинает с яичек. Облизывает целиком, потом нежно вбирает в рот и со стонами посасывает. Тянет материться, до того она хороша, особенно когда работает язычком и быстро двигает кулаком по стволу.
Заглотить целиком у неё не получается, скользит губами лишь до середины, потом начинает давиться и отступает. Жаль, конечно, в горловом минете есть свой кайф, однако и без него у нас на пятёрку с плюсом.
Ксюха держится за мои бёдра и уверенно сжимает меня губами. Плеск воды и её чмоки погружают в медитативное состояние. Меня не корёжит от вожделения, но быстро подталкивает к финалу.
— Расставь ноги, — прошу на выдохе и включаю на полную мощность режим пузырьков.
Она вздрагивает, когда там внизу её касаются струйки воздуха и стонет мне в пах, а после с утроенной энергией стискивает губами и оглаживает языком. Старательно и со вкусом.
На последних секундах не выдерживаю, перехватываю за затылок и несколько раз глубоко толкаюсь в глотку. Её прошибает на слёзы, меня... Ну младший Артур тоже «всплакнул», хоть и своеобразно.
Ксенька отстраняется и сплёвывает.
— Не нравится вкус? — сажусь рядом и задираю лицо вверх, чтобы убрать мокрые дорожки со щёк.
— Не очень, — она пытается отереть рот ладонью.
Ловлю запястье и удерживаю.
— Сейчас научу любить вкус моей спермы, — предупреждаю и обвожу языком раскрасневшиеся губы.
А потом заталкиваю ей в рот и пробую вместе с ней. Идеальное сочетание.
Засыпаем мы в обнимку. Она настолько истощена физически, что отрубается сразу, как только закрывает глаза. А я смотрю на её лицо и ощущаю внутри ликование. Подростковая фантазия, и вдруг моя. Без заморочек и клятв. Целиком. Всё тело в моём полном распоряжении. Притом не только в свободное время, но и в офисе.
Где-то здесь должен быть подвох. И кстати, что за дурацкое название «Агафья» для противозачаточных?
Глава 15
Вернуться вместе с Артуром было гигантской ошибкой. Хотя
