взрослые. Видимо, это был какой-то праздник, потому что маленький Кир был наряжен в стильный костюм с бабочкой, а на девочке было пышное платье с блестками.
Ася улыбнулась, разглядывая этот портрет. Однако что-то заставило ее сердце екнуть и пропустить удар. Возможно, это услышанный в тишине тихий скрип половиц за ее спиной. А возможно то, что лицо девочки на портрете показалось ей смутно знакомым.
Разобраться в собственных мыслях Ася не успела. Потому что в следующую секунду сердце с оглушительным ударом едва не проломило ребра.
– Здравствуй, Ася, – прошелестел чуждый голос, и тут же руку обожгло прикосновением.
По телу пробежал электрический импульс. Ася распахнула рот, попытавшись вскрикнуть, и с ужасом поняла, что не может издать ни звука. Неловко взмахнув руками, она запуталась в собственных ослабевших ногах и с благодарностью упала в темноту.
Глава 12
“– Испугалась? – спросил знакомый теплый голос.
– Нет, – соврала девочка, улыбнувшись.
Руки сжали платочек сильнее, а улыбка дрогнула. Она снова оказалась посреди торгового цента одна, а вокруг сновали пугающие тени. Вместо мамы рядом была незнакомка. С короткими черными волосами и ласковой улыбкой. У нее была родинка под правым глазом, а когда она улыбнулась, на щеках появились ямочки.
– Вот и хорошо, – ответила незнакомка голосом мамы. – Не отставай!
Она протянула руку, но девочка только сильнее прижала платочек к груди. Улыбаясь, она попыталась шагнуть назад, но не смогла сдвинуться с места. В груди запульсировала паника, хотя незнакомка оставалась такой же спокойной и дружелюбной.
– Ну же… вай… тайся!
В ушах зашумело, и мир вокруг всколыхнулся, как помеха на старом телевизоре. Девочка открыла рот, чтобы ответить, но не смогла выдавить ни звука. И так и застыла, глядя в глаза незнакомки, пока та не растворилась в темноте.”
Сознание возвращалось медленно. В голове не переставая гудело, каша из мыслей и образов бурлила, мешая понять что происходит. Сначала Ася услышала голос, знакомо холодный:
– Как долго это продлится?
– Здесь я не могу дать точных прогнозов, – а вот этот голос ей был неизвестен. Кто это? – У всех слияние происходит по-разному. Может пройти день, может час, а может – неделя.
– Семь дней – это максимум?
– Да.
– И она вернется?
– Если слияние пройдет успешно.
– А если нет?
– Тогда она не вернется уже никогда. Или, если ей не повезет, очнется полностью обезумевшей.
Обезумевшей? Это Ася, что ли? Это про нее они говорят?
Стоп… Слияние?
Значит, ей не показалось? Это что же, была она на том портрете? То есть… другая она? Отражение? Ее отражение было знакомо с Киром?
И он знал… Он с самого начала знал, кто Ася такая… Но зачем… Зачем? Зачем тогда это все? Зачем он заставил ее поверить?..
От паники голова закружилась сильнее, и Ася провалилась в спасительную темноту.
Второй раз, когда она очнулась, в комнате не было никого из тех, кто был бы ей знаком. Только люди в белых халатах, молчаливо снующие вокруг. Ася чувствовала, как под кожу были воткнуты иголки, слышала острый запах медикаментов, и ничего не могла поделать. Тело, покорно принимая в себя растворы капельниц, отказывалось шевелиться, так что все, что она могла, это разглядывать белый расплывающийся потолок над своей головой.
Асе хотелось забыть о том, что произошло. Но как назло, именно прошлое свое пробуждение она помнила отчетливее всего. Все остальные воспоминания подернулись дымкой, будто прошлого не существовало вовсе, а был только фильм с ней в главной роли. Странный, непоследовательный фильм, собранный из мешанины несвязанных между собой образов.
Разглядывая эти образы, вспыхивающие картинками под полузакрытыми веками, Ася старалась не думать о том, что с ней произошло. То, чего она так панически боялась всю свою сознательную жизнь. Ее отражение само нашло ее. И силой заставило пройти через слияние.
Гораздо спокойнее было воспринимать все свои воспоминания как сны. Иногда это было что-то знакомое, вроде дачного домика родителей или собаки, которая была у Аси в детстве. А иногда – лавандовые луга или бескрайнее море с белоснежным парусником. В памяти всплывали запахи морской воды и жаренного мяса. И каждый раз сон обрывался, переворачивая сознание с ног на голову.
Вскоре она совсем потеряла счет времени.
В одном из снов Ася даже видела зеркало. В комнате с камином висело огромное, от пола до самого потолка гладко отполированное зеркало. Она смотрелась в него и впервые в жизни видела себя со стороны. Девушка, что смотрела в ответ, выглядела печальной и лишь отчасти виноватой. На ней не было ничего, кроме красного комплекта белья, просвечивающего сквозь тонкий газ пеньюара. Ее волосы были гораздо длиннее чем те, которые носила Ася. Они красиво лежали на обнаженных плечах, резко контрастируя своим черным цветом с бельем.
Девушка молчала. Да и можно ли ждать чего-то от отражения?
Ася отвернулась, разрывая зрительный контакт. В тот день, когда ей приснилась девушка в отражении, она впервые смогла сесть в кровати.
Хотя даже сама не могла ответить себе, зачем?
Поначалу Асю навещали только санитарки, меняющие постель и обтирающие ее неподвижное тело. По их лицам было сложно о чем-то судить. Они были сосредоточены и собраны. Они просто делали свою работу и не заговаривали с очередной пациенткой.
Когда же Ася очнулась, раз в день к ней стал приходить лечащий врач. Приятный седовласый мужчина с крохотными очками на носу все время улыбался и пытался разговорить девушку. Но его голос, к счастью или нет, был тихим и убаюкивающим, поэтому Асе почти не приходилось притворяться, что она засыпает.
Потом стали появляться другие. Они садились рядом, тянули к ней руки
