ни стоило.
Форд Грант
Генеральный директор и продюсер Rose Hill Records
Мистер Грант,
мне нужны цифры, если я собираюсь составить для вас бюджет.
И вам нужно добавить заключительное приветствие в подпись к электронному письму. Иначе люди будут знать, что вы полный придурок.
Всего наилучшего,
Розали Белмонт
бизнес-менеджер Его Королевского Придурка в Rose Hill Records
Привет, Розали,
Мне не особо важно, что думают обо мне случайные люди.
Номера указаны здесь.
Счастливого дня!
Его Королевское Дерьмо
Генеральный директор и продюсер Rose Hill Records
Я слышу тихий смешок, когда это письмо попадает ей в папку «Входящие».
Затем мы работаем в тишине. Она то и дело напевает, а я грызу ручку, пытаясь составить расписание для звукорежиссёров с учётом постоянно меняющихся сроков. Я отвечаю на запрос звукозаписывающей компании по поводу альбома, который я записал с Айвори Касл. По мере распространения новостей о новой компании я просматриваю всё больше запросов от заинтересованных артистов. Моё внимание привлекает звезда кантри-музыки, у которой проблемы с пиаром. Я видел Скайлар Стоун в новостях — да и все видели. Но это письмо все равно привлекло мое внимание.
Я люблю спасать людей.
Мой пульс учащается, когда я вижу еще одно письмо от Рози.
Добрый день, Темный Лорд,
прилагаю таблицу с моим предполагаемым бюджетом на ремонт офиса и студии звукозаписи. На одной вкладке указан бюджет, на следующей — прогнозируемый. Я буду работать с подрядчиком и субподрядчиками, чтобы завершить последнее. Пожалуйста, проконсультируйтесь по поводу осуществимости и не стесняйтесь указывать на любые проблемы, которые вы можете обнаружить, поскольку я знаю, как сильно вы любите создавать проблемы там, где их нет.
Всего наилучшего,
Розали Белмонт
Бизнес-менеджер Death Eater Records
P.S. Я проголодалась и ухожу на обед. У тебя есть свободный час, чтобы собрать души или что-то ещё, пока меня не будет.
Она встаёт и выходит за дверь, когда я пишу:
Розали,
спасибо тебе за это. К счастью для тебя, я могу работать за столом, поедая души на обед.
Счастливого дня!
Том Риддл, генеральный директор и продюсер Rose Hill Records
Я знаю, что у неё есть электронная почта, подключённая к телефону, поэтому я не удивляюсь, когда слышу её смех за дверью. Затем она кричит:
— На самом деле, я хочу, чтобы у тебя был счастливый день.
И я качаю головой, потому что меня бесит её смех.
Я не лгал, когда сказал, что мне всё равно, если случайные люди считают меня придурком.
Но Рози Белмонт — не случайный человек.
* * *
Я делаю фотографии сарая-офиса снаружи, чтобы отправить их дизайнеру, с которым я работал в городе для своего бара. Цель состоит в том, чтобы сохранить атмосферу горного шале в этом месте, сохранив старую древесину амбара.
Я не хочу, чтобы она выглядела блестящей, новой и банальной.
Мне нужен характер. Я хочу музыку с характером и пространство, которое вдохновляет на нее.
Я представляю себе очаровательные коттеджи, утопающие в зелени, где художники могли бы уединиться. Горы, озеро, дикая природа — безмятежное место, где можно успокоиться и сосредоточиться на своем искусстве, вдали от блеска и гламурности того, что может быть уродливой индустрией.
Здесь тишина. Это... потрясающе. И я не осознавал, как сильно я в ней нуждался, пока не попал сюда.
Вот почему пронзительный звук офисной телефонной линии, доносящийся изнутри, заставляет меня поморщиться, нарушая мой момент покоя.
Затем звонок прекращается.
Затем: «Алло, офис Форда Гранта-младшего».
Я стискиваю зубы при упоминании моего имени. Я люблю своих родителей, но серьёзно, к чёрту их за то, что они придерживаются этой традиции.
— О боже мой, настоящий Форд Грант? — Рози фальшиво взвизгивает, и я замираю.
— Мистер Грант! Мы так давно не виделись. Как вы?
Ноги несут меня по неровной траве, окружающей здание, и я поднимаюсь по ступенькам, перепрыгивая через одну, чтобы быстрее попасть внутрь.
Когда я распахиваю дверь, то вижу широко раскрытые голубые глаза Рози, которая опирается бедром о стол. На улице сегодня прохладно — уже не так похоже на весну, скорее на зиму, — наверное, поэтому она машет мне рукой, чтобы я заткнулся.
— О, малыш Форд? Он хорош. Усердно работает над этим заведением и, возможно, у него хмурый вид.
На мгновение воцаряется тишина, пока ее взгляд блуждает по моему лицу.
— Я уверена, что он не игнорирует вас. Просто… ну, нет, я здесь, потому что он меня нанял.
Она поджимает губы, и я провожу рукой по волосам. У моего отца благие намерения, но иногда он чертовски властный, и мы много раз спорили.
— Я слышу, что вы говорите, Сеньор. Но Форд уже большой мальчик, хоть иногда и ведёт себя как маленький, и если ему понадобится ваш совет, я уверена, он спросит. Он умный, ответственный мужчина, так что мы должны доверять ему и позволять принимать мудрые решения. На самом деле он неглупый, хоть и симпатичный, понимаете?
У меня такое чувство, будто челюсть вот-вот отвалится. Рози смотрит в стол, крутя в руках карандаш, как будто она не только что сделала мне два комплимента и бросилась на мою защиту на одном дыхании.
— Вы с Джеммой собираетесь приехать сюда этим летом? Конечно, было бы приятно повидаться с вами, ребята. Давно не виделись. К тому же рок-звезды стареют одним из двух способов: Стинг или Кит Ричардс. В какую сторону направляетесь вы? Мне любопытно.
Я слышу, как мой отец смеется в телефонной трубке. В сознании Рози нет ни единой гребаной границы. В ее представлении он не всемирно известный гитарист из Full Stop. Он — папаша из соседнего дома.
— Вы не так уж и стары, как они? Ну, чёрт. Разве не забавно, что в детстве люди среднего возраста кажутся тебе суперстарыми?
Она кивает и мычит в такт тому, что он говорит.
— Звучит неплохо. Я дам ему знать. Пока, старший. — Затем она кладёт трубку и смотрит мне прямо в глаза. — Ты у меня в долгу.
Я с трудом сглатываю и киваю.
— Зачем ты это сделала?
Она выглядит усталой, когда ее плечи опускаются, а подбородок опускается вниз.
— Иногда нам нужна минута, чтобы собраться с мыслями, прежде чем начинать серьезные разговоры, да?
Я не уверен, что с этим делать. Я не уверен, о ком мы говорим — о ней или обо мне.
Или нас?
Я отмахиваюсь от этой мысли. Нас нет. Разве что в рабочем плане.
— К тому же, я могу подшучивать над тобой, но мне не нравится, когда это
