и убрать его в холодильник.
Макс не расстроился. Облизал ложку и заглянул в духовку.
— Раньше я называл его Мат-перемат. А потом на ум пришло, что он Матрасик. Прикольно же?
— Согласна, — кивнула я ехидно.
Ля, мы крысы!
— Мне кажется, уже готово, — резюмировал Макс.
— Вырубай тогда. Но без Матвея есть не разрешу.
— Да, блин!
Пошёл обследовать кухонные ящики один за другим.
— А как ты меня так ловко в прихожке скрутил? Спрашиваю в целях самообороны.
— От кого тебе оборонятся-то? Кот скрутит? — хмыкнул он, кивнув на Кокоса. — Здорово, бродяга! Ты ещё не сдох?
— Просто в целях самообороны интересуюсь. Как ты успел заметить, я мелкая. Сильно ударить не смогу. А вот так скрутить кого-нибудь — было бы прикольно.
Мне ведь и правда нужно позаботиться о том, чтобы защитить саму себя в случае чего.
— Тебе тот приём не подойдёт. С твоей комплекцией надо… Иди сюда. Покажу для разминки.
Он отложил ложку на стол.
Я к нему подходить не спешила, но он и не ждал — подошёл сам.
— Берёшь так. И вот так.
Макс схватил меня за пальцы руки — это единственное, что я успела понять и заметить. А вот как я снова оказалась повернута к нему спиной, да ещё взята на удушающий, я не поняла.
— Только в твоем случае тебе придётся запрыгнуть на плечи. Поняла?
— Нисколько, — хохотнула я.
И в этот момент в кухню вошёл Матвей.
По его взгляду я сразу поняла, что всё плохо. А уж по тому, как он эпично бросил пакеты с продуктами на пол, стало понятно, что ситуация вообще ахтунг.
— Я её не убиваю, — Макс тут же отпустил меня и поднял руки.
— Зато я тебя сейчас убью, черкаш ты вонючий! — Матвей сейчас был зверски зол.
Но Макса отчего-то это только повеселило.
— Я тоже по тебе скучал, братишка, — лыбился тот, но при этом принимал стойку для драки.
— Плюша, лучше уйди, — бросил мне Матвей, даже не глянув на меня.
Он был занят тем, что сверлил брата взглядом и сбрасывал с себя дубленку.
— Кто? Плюша? — забавлялся Макс.
А затем они схлестнулись. Началась борьба, гремела посуда, падали стулья. Я достала большую кастрюлю, поставила её в раковину и включила холодную воду. Глядя на борьбу двух медведей, набрала половину кастрюли. И выплеснула её содержимое на дерущихся.
Они резко отпрянули друг от друга, и в полном шоке уставились на меня.
Два мокрых кота в подворотне.
— Поужинаем? — спросила я с нарочито милой улыбочкой, когда завладела их вниманием.
— Поужинаем, — тихо рыкнул Матвей. Широкой ладонью обтёр лицо от капель воды и посмотрел на брата, который сделал то же самое. — А ты нахрен идёшь отсюда, — припечатал он сурово.
Мне было неловко. Стало понятно, что между этими двумя есть какой-то конфликт.
Жуть как интересно, что они не поделили, но я пока старалась делать вид, что мне всё равно, и, раскидывала пюре по тарелкам. При этом старалась держаться поближе к Матвею. Всё же, ему я доверяла сильно больше, чем его только что прибывшему братцу. Да и за все мои выкидоны Матвей меня ещё не прибил, а этот тип уже дважды с абсолютной лёгкостью чуть не свернул мне шею.
По глазам Матвея можно понять, что он терпеливый, но по резкому, прожженному, но при этом холодному взгляду Максима что-то мне подсказывало, что он тот ещё псих.
Братья привели себя в порядок, вернулись на кухню и сели за стол друг напротив друга.
Сверлили друг друга взглядами и стучали пальцами по столу: татуированными и теми, что вырывают меня ночами из кошмаров.
Сидели и, похоже, ждали, когда их обслужат.
Типичные мужики…
— Я вам нанималась, что ли? — не выдержала я, не спеша ставить перед ними тарелки. — Чай, ложки… — многозначительно намекнула обоим.
Они молча встали. Матвей налил всем по кружке чая, Максим положил всем по ложке и расставил на столе наполненные мной тарелки и салат в центре стола.
Они снова сели друг напротив друга. Я села в центр стола, примерно между ними.
Братья есть не спешили, а я взяла ложку и резко покачнулась, когда Матвей молча, но весьма красноречиво придвинул стул со мной к себе поближе. Тарелку поближе ко мне тоже не забыл придвинуть.
Макс на это действо лишь тихо хохотнул, качнув головой. Взял ложку и начал есть. Сначала неуверенно, а затем накинулся на еду с большим аппетитом.
— Зря ты её так далеко от меня отодвинул, — сказал он вдруг, с полным ртом. — Такая и мне бы пригодилась.
— Рот закрой, — желваки Матвея начали жить своей жизнью.
Внутренне я напряглась сильнее и пожелала держаться к Матвею ещё ближе. Сама ещё немного к нему придвинулась. Он же есть не спешил, сверлил сердитым взглядом прожорливого брата. Я положила ладонь на кулак, что он держал сжатым на столе. Только это заставило его отвлечься от брата и посмотреть на меня.
— Покушай, — произнесла я почти шепотом и ласково погладила его по кулаку, который начал смягчаться.
Матвей глубоко и шумно вдохнул, моргнул, будто переключился на более мирный лад, и тоже начал есть.
Мы ели молча. Братья периодически стреляли друг в друга взглядами, а я смотрела на них.
— А между вами какой-то конфликт, да? — прикинулась глупой овечкой.
— Интересами не сходимся, — похоже, Матвей ответил весьма поверхностно.
А вот у его брата секретов не было:
— Угу. По разные стороны законы.
— Да?! — я изумленно выгнула брови. — Получается, если ты полицейский, — указала на Матвея. — … то ты… бандит?
Максим самодовольно ухмыльнулся.
— А она у тебя умная, — хмыкнул он. — Из универа какого-то забрал?
— Да. Я у крыльца дралась с собакой, — гордо созналась. — А ваша мама в курсе ваших тёрок?
— Матушке вообще лучше не знать, чем её сыночки-корзиночки занимаются. Она не знает, чем занимаюсь я, поэтому для неё я просто предприниматель. А Матрасик у нас специально для мамы сидит только в кабинете и перебирает бумажки, а не ловит на свою задницу пули, ножи и конченных по дворам.
— Обалдеть! — протянула я. — А ваша мама какие-то сериальчики турецкие смотрит. А тут такие страсти! Братья по разные стороны закона — это так романтично!
— Знаю, детка, — подмигнул мне Макс.
Матвей сжал в кулаке ложку.
Пора срочно смягчать ситуацию.
— Кому-нибудь добавки? — поинтересовалась я.
— Мне! — Макс тут же протянул мне свою уже пустую тарелку и учтиво добавил. — Пожалуйста.
Я взяла тарелку и вопросительно посмотрела на Матвея.
— Не надо, Плюш, — произнес он сдержанно.
— А мне надо, Плюш, — Макс словно дразнил его.
— Для тебя она
