завороженная, смотрю в его темные глаза. Они затягиваю меня, будто в опасный, но такой манкий омут.
Он кладет ладонь на мое бедро и скользит ею ниже до самой кромки платья. Останавливается и начинает медленно тянуть подол вверх. Я ахаю, но звучит это так, будто я получаю удовольствие.
Мне самой себе стыдно признаться, что так и есть. Что мне действительно нравятся его чувственные движения и тяжелый взгляд, который он от меня не отрывает.
Ладонь оказывается под платьем, скользит на внутреннюю сторону бедра. Я вздрагиваю. Кожа покрывается мурашками. Непроизвольно всхлипываю, когда пальцы касаются кружева трусиков.
— Отчего же ты такая мокрая, куколка? — хрипло спрашивает Сабуров.
Опять берет меня за щеки и впивается поцелуем в губы.
Черт! Я не должна хотеть этого поцелуя!
Он страшный человек! Он убийца! Он монстр!
А я млею в его руках.
Пальцы проникают под кружево и размазывают мою влагу по нежным губкам.
Язык проникает в рот и настойчиво, жадно ласкает мой собственный.
Я сошла с ума, если позволяю этому мужчине творить то, что он делает.
Но какие у меня шансы отказаться?
Разве я могу это остановить?
Но вопрос не в этом. А в том, что я не хочу это останавливать.
Палец проникает в меня, и я, промычав, встаю на носочки, чтобы избежать настолько интимного контакта.
— Что такое? — тихо спрашивает бандит, оторвавшись от моих губ. Опускает голову и расслабленным языком скользит им по моей шее. — Неужели красавица Арина все еще девственница? Неужели никто еще не проникал сюда?
Он глубже входит пальцем, а я ахаю громче.
— О, боже, — вырывается из меня, а Сабуров вынимает палец и продолжает кружить по клитору.
— Какая прелесть. Я с радостью распечатаю такую красоту.
— Прошу вас, — задыхаясь, умоляю, сама уже не зная, о чем.
Перед глазами встает пелена. Я уже не могу рассуждать здраво.
Бьюсь в своих оковах и пытаюсь избежать контакта, но ничего не получается. Сабуров крепко держит меня свободной рукой за талию.
— Пожалуйста, — стону, когда ощущения становятся интенсивнее.
— Милая, молочная девочка, — тихо говорит Сабуров и… присаживается на корточки.
Я замираю и затаиваю дыхание в ожидании его следующих действий.
Здравый рассудок кричит: ударь его! Замахнись и воткни острую шпильку туфли ему в лоб!
Но я дрожу, пока жду, что он сделает дальше.
Знаю, глупая. Совершенно ненормальная.
Только вот ничего не могу с собой поделать. Смотрю на его темные волосы. На то, как длинные, красивые пальцы аккуратно отодвигают кружево трусиков в сторону. На то, как Сабуров подается вперед и, приблизившись к моей промежности, делает глубокий вдох носом.
— Какой сладкий, соблазнительный аромат. Чистоты и невинности. Обещание неземного удовольствия, — произносит он таким голосом, что кружится голова.
Сабуров словно змей-искуситель. Ему удается сделать так, что я перестаю видеть в нем страшного бандита и начинаю видеть мужчину, который умеет подарить девушке наслаждение.
Это ужасно! Так не должно быть!
Встряхиваю головой. Напоминаю себе, кто передо мной.
Но в следующую секунду Сабуров раздвигает пальцами мои складочки, и горячий язык касается сокровенного местечка.
Я вскрикиваю и дергаюсь, потому что это… ощущения за гранью. Это настолько приятно, что даже больно. А от осознания того, кто это делает, внутренности скручивает ужасом.
— Пожалуйста, — всхлипываю, когда его язык умело выводит круги на самом чувствительном месте.
Мне так тяжело сопротивляться!
Я не хочу получать удовольствие от этого мужчины! Не хочу, чтобы мне нравились его действия.
Он пугает меня! Наводит ужас!
Только я совершенно бессильна в этой ситуации. И морально, и физически.
— Пожалуйста, не надо, — дрожащим голосом прошу я.
Сабурову плевать на мои мольбы. Он вводит в меня один палец, слегка сгибает его и нажимает на какую-то очень чувствительную точку. В сочетании с движениями его языка это действие делает ощущения еще острее. Я вскрикиваю и вздрагиваю. Дергаю цепи, но они закреплены слишком надежно, чтобы я могла сорвать их.
— Дамир… — стону хрипло. — Пожалуйста…
Он рычит, затем ускоряется, и я понимаю, что пропала.
У меня просто нет шансов избежать того, к чему так стремительно меня ведет Сабуров. Просто нет возможности…
Я вскрикиваю и выгибаюсь, когда ощущения достигают пика. Замираю на мгновение и начинаю биться в руках страшного бандита… кончая на его языке.
Черт его подери!
Начинаю плакать от удовольствия на грани боли. От сожаления. От страха и ненависти.
— Что ж, — вытирая рот тыльной стороной ладони, Сабуров встает на ноги. — Кажется, в этой дырочке флешки нет. — Но у тебя есть еще одна…
Он хватает меня за попку, а я вскрикиваю.
— Босс! — раздается голос от лестницы, и Сабуров одергивает подол моего платья.
Прямо сейчас я благодарна бандиту за то, что не выставляет мои прелести всем напоказ.
— Я сказал, не беспокоить! — рявкает он.
— Простите, босс, но это важно. Насчет флешки.
Сабуров подходит к лестнице, и через секунду в поле зрения показывается один из громил. Он что-то шепчет на ухо своему боссу, и они оба переводят на меня взгляды.
Кровь в жилах застывает и превращается в лед. Что они задумали?..
Глава 4
Амбал покидает подвал, и я опять остаюсь наедине с Сабуровым. Он подходит ко мне и проводит пальцами по щеке.
— Что ж, милая Арина. Кажется, кто-то тебя подставил.
— Вы поняли, что я ничего не знаю, да? — спрашиваю. — Вы меня отпустите?
Он медленно качает головой и проводит зубами по нижней губе.
— Если я тебя отпущу, в течение часа ты будешь мертва.
— Но… почему? — выдыхаю в ужасе.
— Потому что ты оказалась замешана в истории, которую не потянешь. Я оставляю тебя здесь. Не в подвале. Выделю тебе комнату. Сам разберусь с проблемой, вернусь, и тогда мы решим, что делать с тобой дальше.
— Просто отпустите меня! — восклицаю. — Какая вам разница, что произойдет со мной дальше?!
— Слишком уж сладкой ты оказалась, — понизив голос, произносит Сабуров и отступает на пару шагов. Идет к лестнице. — Ник! Отвяжите! Поселить в гостевую комнату и охранять, — приказывает, а сам скрывается наверху.
Тут же в подвале появляются те два амбала, которые меня пристегивали к этому крюку, и начинают освобождать. Сначала я хочу попросить их отпустить меня, но понимаю, что обращаться к ним без толку. Они все равно подчиняются только командам своего босса. Который, судя по его словам, еще не насытился мной.
Меня провожают на второй этаж особняка и заводят в просторную гостевую комнату. Оставляют и выходят.
Я бросаюсь к окну. Дергаю ручку, но она не поддается. Как будто заела.
В
