глаза. Кладу голову на плечо Дениса лишь для того, чтобы не смотреть в эти наглые чертовы глаза. Денис неправильно понимает мои действия, спускает руки на мои ягодицы, чуть сжимая их. Эти действия отрезвляют мой затуманенный мозг. Боже, что я творю? Зачем я все это делаю? Даю надежду одному мужчине, пытаясь привлечь внимание другого. Мне срочно надо вырваться отсюда. Упираюсь руками Денису в грудь, пытаясь оттолкнуть от себя. Вырываюсь, но он не отпускает. Убирает руки с моих ягодиц, просто обнимает за талию, прижимая к себе.
– Лизочка, ну что ты? Не сопротивляйся, расслабься. Я тебя не обижу, – нежно мурлычет мне на ухо, отчего меня передергивает. Становится противно. От него. От себя – за то, что все это сама ему позволила, дала повод так себя вести. Ищу глазами Ксюшу, Лешу, но не нахожу. Черт, где они?
– Отпусти меня! Немедленно! – кричу Денису в лицо.
В следующую секунду Денис резко отрывается от меня, летит на пол, задевая танцующих рядом людей. Не сразу понимаю, что происходит. Слышу визг девушек, стоящих рядом с нами. Вижу Роберта, который молниеносно налетает на ничего не соображающего Дениса. Резко впечатывает свой кулак ему в челюсть. Вижу кровь на губах Дениса. Роберт хватает его за рубашку, притягивает к себе, что-то кричит ему в лицо. Ничего не слышу из-за нарастающего шума в ушах. Меня словно парализовало. Наблюдаю весь этот ужас и не могу пошевелиться. К нам подлетает охрана, тоже застывает на месте, видя, что в драке участвует хозяин клуба. В их глазах замешательство. Роберт сам отпускает бедного парня. Резко встает, поворачивается ко мне, награждает презрительным взглядом, от которого просто хочется провалиться сквозь землю.
Ничего не понимающий Денис медленно садится, сплевывает кровь. К нему подлетают два охранника и поднимают его на ноги. Спрашивают у Роберта, что с ним делать. Роберт приказывает не трогать его, говорит, что где-то здесь его друзья, нужно передать Дениса им и больше не пускать его на порог клуба.
Не давая опомниться, мужчина хватает меня за запястье, сильно сжимает, тащит за собой через весь к клуб к лестнице. Я ничего не понимаю, просто бегу за ним, как в прострации. На лестнице начинаю спотыкаться на каблуках. Роберт останавливается, резко подхватывает меня, забрасывает себе на плечо, продолжая подниматься. Да что он себе позволяет! Кто дал ему такое право! Сначала избил бедного парня. Теперь тащит меня неизвестно куда, как будто я его собственность. Вещь. Я начинаю дергаться у него в руках. Бью его кулаками по спине.
– Отпусти меня! – кричу. Роберт резко хлопает меня по заднице.
– Успокойся. Не дергайся. Все равно не отпущу, – зло произносит он, продолжая идти.
Мы доходим до двери его кабинета. Роберт пинком открывает дверь. Заходит. Проходит на середину кабинета. Ставит меня на пол. Отходит от меня. Встает возле своего стола, опираясь на него руками. Смотрит исподлобья. Взгляд тяжелый, прожигающий насквозь. Тяжело дышит. В моей голове вертится только одна мысль. Уходи! Беги отсюда!
Краем глаза замечаю, что мы не одни. Справа от меня на диване сидит блондинка, с интересом наблюдая за развернувшейся перед ней картиной. Она самодовольно улыбается, рассматривая меня. Становится так мерзко. Я стою, словно парализованная, лихорадочно соображая, что вообще происходит? Роберт тоже не сразу ее замечает, резко поворачивает голову в ее сторону.
– Яна! Выйди вон! – громко и властно. Яна не торопится. Она медленно поднимается с дивана, окидывает меня презрительным взглядом, проходит мимо, намеренно задевая плечом. Вот сука! – Яна! – зло кричит Роберт. Блондинка прибавляет шаг. Выходит из кабинета, громко хлопнув дверью.
Роберт отталкивается от стола, надвигается на меня. Его взгляд пугает. Глаза горят гневом. Я отступаю до те пор, пока не оказываюсь прижатой к стене. Роберт обхватывает мою шею, не сжимает, просто удерживает на месте, не позволяя пошевелится. Тишина. Мы оба молчим. Сверлит меня своим пронзительным взглядом, смотрит в самую душу. Я не уступаю, не сдаюсь, пытаюсь выдержать его взгляд. Это борьба. Но стоит ли бороться? Сил больше нет.
Роберт наклоняется, прикасается к моим губам, но не целует, просто дышит мне в губы, продолжая удерживать за шею. Другая его рука сжимает мою талию. Дергает на себя, и вот уже я крепко прижата к нему. Ведет рукой вниз, сжимает мою попу, рука спускается к ноге. Поднимает ее, заставляет обхватить его бедро. Я ощущаю его возбуждение.
– Он трахает тебя без ванили? – зло шипит прямо в губы. Я отчаянно не понимаю, о чем он говорит.
– Что? – выдыхаю я.
– Ты слышала! Отвечай! – зло рычит он, продолжая удерживать мою ногу на своем бедре, вдавливая меня еще сильнее. Огонь в моем теле разжигается мгновенно. Мои руки впиваются в его рубашку, сильно сжимая ткань.
– Никто меня не трахает! Отпусти! – кричу я. Вот она, причина его поведения, он ревнует!
– Хорошо. Правильный ответ, – его голова наклоняется, он проводит носом по моей щеке. Убирает руку с моей шеи, заменяя ее губами, прокладывает дорожку из жарких поцелуев. Прикусывает чувствительную кожу. Возвращается назад к губам. – Никто, слышишь? Никто! Не имеет права к тебе прикасаться! ТЫ. МОЯ! Только моя, – властно, с триумфом в голосе говорит в мои губы. – Это тело принадлежит мне! – заявляет он. Его пальцы впиваются в мою ногу.
– С каких это пор я твоя? Я не принадлежу тебе! Я не вещь, – задыхаюсь от его самоуверенности. Я не ЕГО! Я никому не принадлежу!
– Ошибаешься. Ты моя! С тех самых пор, как отдалась мне вот здесь, в этом кабинете. А потом у меня дома, на моем столе. И еще несколько раз в моей постели, – сквозь зубы цедит он. Его глаза наполнены гневом и похотью одновременно. В моем воображении тут же всплывает образ блондинки, которую он тянет на себя и целует. И сколько у него таких ЕГО?
– Отпусти! – кричу ему в лицо. Пытаюсь вырваться. – Иди целуй свою Яну. И рассказывай ей, что она ТВОЯ! А я не принадлежу тебе, понятно?!
Он не отпускает меня. Выпускает мою ногу. Его руки крепче сжимают мою талию. Долго смотрит мне в глаза. Запрокидывает голову, начинает смеяться, чем злит меня еще больше. Что его так развеселило?
– Ревнуешь? – наконец успокоившись, спрашивает он, приподнимая свои черные брови.
– Нет. Не ревную. Не обольщайся! – уверенно отвечаю я. А сама с ужасом понимаю, что я действительно ревную. Безумно ревную. Черт. Что со мной не так?
– Ревнуешь, – утвердительно говорит он. Роберт как будто видит мое замешательство и смятение. Его лицо становится серьезным. Мое дыхание становится частым. Роберт с силой хватает меня за волосы, наматывает их на кулак. Дергает, запрокидывая мою голову. Смотрит мне в глаза.
– Неужели ты не понимаешь, что со
